Меня поставили в тупик. Я лишилась дара речи. На глаза навернулись слезы. Внезапно я очень сильно занервничала как от такого отношения, так и политических последствий этого поступка.
Но, несмотря на удивление словами Этана, его благородства, то, что он защищал меня, Дариус не купился. Он гнул свою линию, из-за чего теперь пострадает Дом.
— Без назначения распорядителя явно не обойтись, — сказал он. — В данных обстоятельствах у Дома Кадогана нет ни единой возможности избежать надзора ГС. Вы предоставите распорядителю такой же доступ и выкажете такое же уважение, как и мне. Понятно?
Этан проговорил:
— Да, Сир.
— В таком случае, меня в машине ожидает Чарли. Мне нужно попасть в аэропорт, — отодвинув стул, он встал и направился к двери. — Я сам найду выход.
В комнате повисла тишина. Однако Дариус остановился в нескольких шагах от двери и оглянулся.
— Так или иначе, с вашего одобрения или без, распорядитель наведет в этом Доме порядок. Полагаю, вы привыкните к этой мысли.
А затем он развернулся и вышел, плотно закрыв за собой дверь.
Этан уперся локтями в колени и запустил руки в волосы.
— Мы сделали, что были должны. ГС поступит по собственному усмотрению.
— Они ведут себя как наивные дети, — мы оба посмотрели на Малика. Он пребывал в ярости. — Я понимаю, что ты оказываешь им должное уважение, Этан. Но это абсолютно лишено здравого смысла. Они должны благодарить Мерит за то, что она сделала. Дариус должен благодарить Дом, за то, что мы устранили угрозу. Однако вместо этого они пришлют распорядителя? За действия Селины они наказывают этот Дом?
— Не за её действия, — сказал Этан, — а за то, что мы предали их огласке. Тут дело не столько в самих поступках, сколько в позоре, который мы, по его убеждению, нанесли ГС, — он перевел дыхание. — Если бы только ты вонзила в неё кол, когда выпал шанс.
Я его вонзила, подумала я. Просто не попала в сердце.
— Селина созналась слишком охотно, и Пауль все еще на свободе. Уверена, она уже заложила его копам. Селина ведь любит делать из кого-то козла опущения. В любом случае, это еще не конец.
— Все вполне закончилось, — сказал Этан. — Мы сделали все, что могли, для этого города, чтобы решить этот спорный вопрос. Тейт удовлетворен, а в этом-то и была суть.
Я почти начала с ним спорить, но увидела в его глазах утомление и разочарование. А я не желала утяжелять его ношу.
— Остаток ночи ты свободна, — сказал он, поднимаясь из-за стола и не встречаясь со мной глазами. — Отоспись. Мы вернемся к этому завтра и разработаем план, чтобы выдержать переход в управление.
Мы послушно кивнули, наблюдая, как он пересек комнату и покинул кабинет.
Я сделала ровно столько, сколько требовала моя работа. Но почему я чувствовала себя такой несчастной?
***
Я подыскала себе место — присоединилась к Линдси за бессмысленным просмотром телевизора в её комнате. Это помогло скрасить ночь, но не успокоило нервы и не уняло дрожь в груди.
Двумя часами позже, я встала, пробралась сквозь толпу вампиров, устроившихся на полу, и направилась к двери.
— Куда идешь? — спросила она с любопытством, склонив голову на бок.
— Пойду найду парня, — ответила я.
Я нервничала, пока шла в его комнату, опасаясь, что если зайду внутрь — а мы оба были эмоционально истощены — он сможет проникнуть сквозь мои щиты, которые следует держать неприкосновенными. И еще хуже, что из-за этого он никогда не останется прежним. Что из-за этого Дом никогда не останется прежним.
В течение пяти минут я стояла за дверью, сцепляя и расцепляя пальцы, пытаясь собраться с духом, чтобы постучать.
В конце концов, когда больше не смогла выносить ожидания, я перевела дыхание, сжала пальцы в кулак и коснулась двери костяшками пальцев. Звук эхом прокатился по коридору, раздавшись в тишине необычно громко.
Этан открыл дверь. Вид у него был измученный.
— Я как раз собирался спать, тебе что-то нужно?
Помолчав в течение нескольких секунд, я нашла в себе мужество спросить:
— Можно мне остаться с тобой?
Было очевидно, он остолбенел от вопроса.
— Можно ли тебе остаться со мной?
— Сегодня. Никакой сексуальной близости. Просто…
Этан засунул руки в карманы.
— Просто?
Я посмотрела ему в глаза и позволила ему увидеть в моих — страх, отчаяние и изнеможение. Я слишком устала, чтобы спорить, чтобы беспокоиться, чем просьба может обернуться завтра. Слишком устала, чтобы сопротивляться ГС и ему.
Я нуждалась в обществе и ласке. Мне нужно было кому-то довериться и чтобы мне доверились взамен.
И я нуждалась в этом от него.
— Входи, Мерит.
Я шагнула в комнату. Он закрыл двери в свои апартаменты и выключил свет. Сквозь двери его спальни проникал свет ночников. Не сказав ни слова, он положил руки мне на предплечья и прижался губами к моему лбу.
— Если сейчас ты мне можешь дать лишь «просто», значит, займемся только им.
Закрыв глаза, я обвила его руками и позволила хлынуть слезам.
— А вдруг он решит, что я его враг? — спросила я. — Вдруг он решит, что мое убийство или разрешение убить меня Селине, это способ сохранить контроль над Домами?
— Ты вампир Дома Кадогана от мозга до костей. Ты сражалась за этот Дом, и мне тебя защищать. Ты мой Страж, мой Послушник. Пока я здесь, я буду тебя защищать. Пока существует этот Дом, это твой дом.
— А если Дариус попытается все это разрушить из-за моих действий?
Этан вздохнул.
— Тогда Дариус слепой, а ГС не та организация, какой она себя считает. Не защитница вампиров, какой себя выставляет.
Я шмыгнула носом и прижалась щекой к его прохладной рубашке. От него пахло мылом, как от свежих полотенец или поглаженного белья. И спокойствие ощущалось сильнее, чем следовало, учитывая страх в моем сердце.
Этан отстранился и направился к бару в другой конец комнаты, затем налил янтарную жидкость из хрустального графина в два низких стакана. Накрыв графин крышкой, он вернулся и протянул мне стакан. Я невольно вздрогнула. Напиток возможно хороший, но по вкусу напоминал бензин и обжигал, как огонь.
— Пей, — сказал Этан. — Вкус будет улучшаться с каждым глотком.
Я потрясла головой и протянула ему стакан обратно.
— Значит, это становиться приятным только, когда ты полностью пьян?
— Что-то типа этого, — Этан осушил свой стакан и поставил их оба на ближайший стол.
Он взял мою руку, сплетя наши пальцы, и повел в спальню, закрыв двери. Две створки прекрасно отполированных и облицованных деревом дверей между нами и людьми, оборотнями, ГС и одурманенными наркотиками вампирами.
