Он снова посмотрел на меня своими оранжевыми глазами, резко потянул на себя и одним слитным движением вошёл. Бурно кончая в меня через пару фрикций. Я гладила его по волосам и плечам, слушая страстный шёпот признания в чувствах. Мы простояли так минут пять, он так и не вышел из меня, и я почувствовала новое возбуждение мужчины. Он сменил температуру, добавляя горячую воду и, прижав к стенке кабинки, довёл меня до самых небес, и не раз.
Мое расслабленное и уставшее тело завернули в огромный банный халат и, снова подхватив, понесли в спальню. Я не сопротивлялась, прильнула к груди моего Цербера и заснула, так и не дойдя до кровати.
Глава 37 Наша Богиня
Ивар Таоте (он же Горыныч)
Стоя за закрытыми дверями, я слушал разговор Алистера и Рагнара. Демон добился ответа от феникса, и этот ответ привёл меня в ужас. Нет, не бывать этому! Я не хочу открывать путь в свой мир такой ценой, и совершенно спокойно позволю фениксу умереть. Лучше он, чем Карина. Тем более, он сам сказал, что после его смерти Карина выживет.
Я понимал, насколько эгоистично считать лучшим выходом смерть того, кого, возможно, полюбила Карина, и что ей будет очень больно после потери феникса. Но у неё есть мы. У неё есть я. А если найти нужное заклинание, она сможет забыть Рагнара, как будто его и не было никогда в её жизни. Лучше Карина не будет вообще помнить феникса, чем гореть от тоски по нему. Получилось же у её матери стереть нас из памяти? Значит, я найду способ и сделаю также.
Да, я обещал себе и фамильяру ведьмы быть честным c ней. Никогда не врать и обманывать. Признался себе, фамильяру и ведьме в своих чувствах. В этом не соврал. Я действительно полюбил мою маленькую ведьмочку, и когда принял для себя эту реальность — пришёл, наконец, к согласию со своим драконом. Мы обрели целостность и душевное равновесие. Дракон больше не метался внутри меня, не причинял боль и не требовал выпустить его на волю, пытаясь перехватить сознание. Он просто был счастлив, что его человеческая часть нашла недостающий паззл.
Когда Рагнар произнёс название нашего мира, Карина безвольно повисла в моих руках. Я осел с ней на пол и крепко обнял. Мы проходили через подобный приступ в Сиэттле, я знал, что последует за этим, но не ожидал настолько сильного припадка. Комната вмиг загорелась, девушка горела, оставляла ожоги на теле, одежда начала тлеть. Почувствовав грохот и уловив запах дыма, к нам ввалились Алистер и Рагнар. Феникс, увидев меня, страшно разозлился, как, впрочем, и демон. Цербер выгнал нас, забрав Карину себе.
А после… а после мы стали разбираться с кулонами и печатями на груди, и появились новые вопросы. Когда же услышал звуки из ванной и понял, чем занимается Цербер с моей ведьмочкой, еле удержал своего дракона внутри и вылетел из комнаты. Если к Алистеру и Рагнару я ещё как-то сумел привыкнуть, то новый мужчина в жизни моей Карины, да ещё не простой смертный, а сильнейший, вызывал стойкое желание убивать. Мы спустились вниз и решили поесть в ресторане. Заказал кучу еды, лазанью, ризотто, разные мясные деликатесы и это только себе. Я был жутко голоден и очень зол. Феникс не стал ничего заказывать, лишь взял себе чёрный сладкий чай, а демон успел перекусить в засаде. Мы расположились за столом, и первые несколько минут молчали.
— А что, если она тоже Иная? Почему она рисует животных из нашего мира? Ты задавался этим вопросом? — заговорил первым Рагнар.
Ему принесли чайник ароматного чая, он налил себе полную кружку, и стал задумчиво помешивать сахар.
— Нет, — покачал головой Алистер, — я думал, ей просто приходят образы, во всяком случае, она так говорила. Считала, что бурная фантазия подкидывает ей идеи.
— Она никак не может быть из нашего мира, она родилась 28 лет назад, я ездил в Екатеринбург и всё выяснил, вплоть до номера роддома, — влез я.
— И что? Это вообще не показатель. Начнёшь копать под меня, тоже выяснишь, что я родился 39 лет назад, и тебе тоже скажут, в каком роддоме это было, — не согласился со мной Рагнар.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— У меня другая теория, — Алистер выстраивал логическую цепочку, и долго молчал, — Что, если это феникс показывал ей образы существ и рисунок на кулоне?
— В этом есть доля правды, — значит, феникс тоже хочет домой, — грустно улыбнулся Рагнар. Он откинулся на спинку дивана и глядел в окно расфокусированным взглядом, отвлёкшись на свои внутренние мысли.
Наконец принесли и мой завтрак, официант расставил тарелки по столу, и я тоже выпал из беседы, активно поглощая вкуснейшие блюда. Алистер тоже на время замолчал.
— Ты правда готов к тому, что написано в манускрипте? — через какое-то время спросил Лёша у Рагнара, вырвав того из размышлений. Я перестал жевать.
— Если другого выхода не будет, — то да, — ответил он.
— О чём вообще речь? Просветите члена вашей команды, — вклинился я с вопросом.
Лёша передал мне старинный свиток, и я аккуратно раскрыл его.
В свитке был описан ритуал разрыва связи между истинными. Сам ритуал был не очень сложным, но в конце была приписка — что тот, кто его проведёт, будет страдать до конца дней. А тот, кого освободят от таких уз, продолжит жить, как ни в чём не бывало.
— Вы идиоты? Это не выход вообще, — я швырнул в Рагнара свитком.
— Тысячи лет прожили, а ума не нажили, — злился на этих придурков.
— Нормально объясни, пока хвост не спалил, — рыкнул Рагнар.
— Она любит тебя, тупой ты кусок курицы. Если бы она была чистым фениксом, она бы сразу приняла нашу связь, и не стала бы вообще метаться из стороны в сторону. Я ещё не видел её, уже по запаху понял, что она моя, в отличие от неё.
— А ты, Алистер, сколько месяцев добивался её признания? Вот и подумай, — проведёшь ритуал, но чувства ты разорвать не сможешь. Если и делать что-то, то нужно полностью стереть из её памяти Рагнара.
— Она не любит меня, да, тянется из-за феникса, но любви нет! А если рассказать ей про Баньши, про вампиров в переулке, то и тянуться перестанет. Ещё есть флешка, которую передал тебе старый пёс, — покажешь ей, и она точно после этого даже не посмотрит в мою сторону, — выпалил Рагнар, и перевёл взгляд на демона.
О какой флешке речь, я не знал, и тоже вопросительно посмотрел на Алистера. Он достал накопитель из кармана пиджака, повертел в руках и сжал, превращая устройство в мелкую серую крошку. Он высыпал пластик на стол перед Рагнаром.
— Дурак ты. Аристарха не трогай, он защищал Карину, — бросил он фениксу.
— А что было на флешке? — меня съедало банальное любопытство.
— Уже ничего, забудь о ней, — отмахнулся демон.
К нам подошёл Цербер; он отодвинул пустующее кресло и навис над нами, уперевшись кулаками о стол. Его глаза опасно засветились, и он заговорил глухим замогильным голосом:
— Я устал вам повторять, поэтому скажу в последний раз. Научитесь любить одну женщину. Хотите получить ответы на ваши вопросы? Хотите узнать, откуда у вас кулоны, и как связана с ними Карина? Научитесь взаимодействовать между собой, и перестаньте пытаться скрыть что-то друг от друга! Всё равно у вас это плохо получается, а страдает она. Я дал возможность тебе, Рагнар, сделать шаг вперёд и довериться своим побратимам, но ты разочаровал меня. Как и ты, Ивар.
— Ты что-то знаешь, не так ли? — спросил его Алистер, — покажи пример двоечникам и расскажи всему классу.
— Нет, я ничего не расскажу, но ускорю процесс, — ответил Цербер.
Он начал шептать заклинание, вытащил из кармана мешочек с жёлтым песком, и дунул нам в лицо. Вилка с куском лазаньи с громким стуком упала на стол, я чихнул несколько раз и помотал головой, отфыркиваясь.
— Идиот, — рыкнул демон, кашляя, — что ты нам дал?
— Пыльца одуванчика, довольно безвредная вещь без нужного заклинания. А вот для восстановления памяти самый действенный компонент, — заявил Цербер, встал и, чему-то довольно хмыкнув, направился к выходу.
— И что это было? — ошарашено спросил Рагнар, смахивая остатки пыльцы со своего лица.
