Но у него не было выбора.
Это путь, который он выбрал сам. Решение, которое принял, полностью осознавая все последствия и жертвы.
Аманда принадлежала свету, а он — тьме. Он сможет найти какой-нибудь способ вернуть душу без ее помощи, а когда это случится, убьет Десидериуса.
Аманда и Табита будут свободны, а он вернется к жизни, которую знает. Жизни, на которую сам обрек себя.
Но глубоко в сердце, Кириан знал правду. Он тоже любил ее. Больше, чем что бы то ни было в своей долгой жизни.
И должен был отпустить ее.
ГЛАВА 15
Когда Аманда подъехала к дому Кириана, время уже перевалило за пять и почти смеркалось. Припарковав свой темно-синий Таурус перед домом, она подошла к главному входу и постучалась.
Она ожидала, что откроет Ник, но вместо этого дверь сама медленно отворилась, дав понять, что никого нет дома.
Нахмурившись, Аманда вошла внутрь. Дверь тотчас же захлопнулась за ней, заставив ее задержать дыхание от испуга.
Как только она подумала об этом, передние ворота тоже закрылись. Только потом она предположила, что Кириан увидел ее машину на мониторе видеонаблюдения и открыл ворота, прежде чем она бы стала шуметь.
Но теперь она уже не была в этом так уверена.
Ее сердце готово было выпрыгнуть из груди. Она все еще никого не видела. Тихий дом казался абсолютно пустым.
— Здравствуйте. — Сказала Аманда, медленно заходя в фойе. — Ник? Кириан?
— Значит, вы — Аманда Дэвро?
Она замерла при звуках голоса из гостиной: глубокого и вызывающего, с акцентом, которого Аманда никогда в жизни не слышала. Голос, обладающий силой, напоминал ей тихий гром.
Она на миг испугалась, что это мог быть Даймон, пока ее глаза не приспособились достаточно, чтобы рассмотреть сногсшибательно потрясающего мужчину, лежащего на диване.
Он лежал на спине, свесив ноги с подлокотника и скрестив руки за головой.
И наблюдал за ней из тьмы.
Он был без рубашки и обуви, только в кожаных штанах. У него были длинные темно-зеленые волосы и стилизованная татуировка на левом плече в виде маленькой птички, хвост который обвивался вокруг его бицепсов. Кожа была, как у Кириана, — такой же золотистой, а маленькое золотое ожерелье на его шее еще больше подчеркивало это.
— А вы — это…? — Спросила она.
— Ашерон Партенопэус. — Произнес он тем же стальным глубоким голосом. — Приятно познакомиться. — В его словах не было ни теплоты, ни эмоций.
Хорошо что, это не Йода. Они похожи только зелеными головами.
На вид ему было за двадцать. Однако в нем ощущалась твердость, противоречившая его юному внешнему виду. Как если бы он собственными глазами увидел ад и вернулся из путешествия, приобретя вечную мудрость.
Даже лежа на диване, он мог владеть страхом, дрожью пробежавшим по ее спине. Что-то в Ашероне было по-настоящему пугающим, но она могла точно понять что именно.
Он просто заставил ее чувствовать себя неловко.
— Так, это вы — печально известный Ашерон?
Улыбка появилась на его опустошающе красивом лице.
— Бог и господин варварской орды, скитающейся в ночи.
— Это правда вы?
Он беспечно пожал плечами.
— Вообще-то нет. Со мной была удача, которая направляла ветер в нужную сторону.
Она нервно засмеялась.
Он медленно поднялся на ноги и приблизился к ней, словно хищник, преследующий свою добычу. Мощь от его близости и его выдающиеся габариты ошеломили ее — не меньше 2-х метров. Его неописуемо мощная сущность возвышалась над ней.
— Боже мой! — Выдохнула она, отклоняя голову назад, чтобы осмотреть его. — Неужели нет никаких неписаных законов, запрещающих мужчинам быть такими гигантами?
Он рассмеялся, поблескивая клыками.
— Что я могу на это ответить? Артемиде нравятся высокие Темные Охотники. Низкие мужчины не пригодны.
Когда он встал перед ней, она увидела его глаза.
У нее отвис подбородок. В отличие от Кириана, они мерцали. Она не могла подобрать лучшего слова для их описания.
Пока она на него смотрела, его глаза сияли в спектре от синего до серебряного цвета. Подобно ртути, цвета менялись и смешивались. Они напомнили ей о море с его бушующими волнами.
— Шокирующе, правда? — Спросил он, глядя, как она его рассматривает.
— А они так и должны делать?
Он улыбнулся одними губами. Но не ответил. Ашерон вытащил из заднего кармана солнцезащитные очки, и надел их. Теперь, когда его глаз не было видно, она заметила странный шрам на его шее. Выглядело так, будто чей-то отпечаток руки был выжжен у него на горле в тот момент, когда его душили. Очень, очень странно.
— Что привело вас сюда, маленький человечек? — Спросил Ашерон.
— Я приехала увидеться с Кирианом.
— Он не хочет ни с кем видеться.
— Хорошо. — Сказала она, выпрямляясь, чтобы противостоять Темному Охотнику, который, она была уверена, мог расколоть ее на части за долю секунды. — Мы не всегда сами понимаем, что для нас самое лучшее.
Он рассмеялся над ее словами.
— Совершенно верно. Вы думаете, что сможете спасти его?
— Вы сомневаетесь во мне?
Он поднял голову, оценивая ее смелость, и обошел вокруг нее. Когда он шел, она заметила заживающие раны на его спине. Они словно образовали изгибистую карту рек. Но самым странным было то, что они, словно сформировали запутанный рисунок, который был настолько же красив, насколько и ужасен.
Ее сердце вздрогнуло при виде этой картины. Он, должно быть, вынес невыразимо адские муки из-за каждого рубца.
Скользя взглядом вниз по его мускулистой спине, она нашла метку Артемиды, подобную той, что была у Кириана на плече. Только у Ашерона она была расположена на правом боку.
— Вы знаете… — Произнес он низким зловещим голосом. — Я хожу по этому миру более одиннадцати тысячи лет, моя леди. — Он наклонился к ее уху и прошептал. — Я видел такие вещи, о которых вы даже вообразить не можете. А вы спрашиваете, сомневаюсь ли я в вас? — Он отступил назад, чтобы увидеть ее лицо, прежде чем закончит фразу. — Леди, я сомневаюсь даже в воздухе, которым вы дышите.
— Я вас не понимаю.
Он проигнорировал ее смущение.
— Вы хотите его душу.
— Прощу прощения? — Спросила она, нервно дрожа.
— Я чувствую вас, леди. Я слышу вас. Ваши мысли, словно водоворот чувств и страхов: сможете ли вы его получить? Любит ли он вас? Сможет ли он когда-нибудь полюбить вас? Вы его на самом деле любите? Есть ли хоть малейший шанс, что один из вас найдет способ быть вместе? Или же вы просто обманываете себя?
Она задрожала, поскольку он обнажил то, что было в сердце: ее мысли и ее чувства.
