Потом был замечательный день с медведями. Цепных псов, которых держали взаперти, внезапно спустили па тринадцать медведей. Шум, крики стоны и звуки разрывающейся плоти заставили разгореться глаза королевы.
Солнце пекло. Елизавета и некоторые из ее дам сидели в тени деревьев на лужайке, когда к ним подошел маленький мальчик.
Он встал неподвижно, не сводя глаз с королевы. Это был такой хорошенький маленький мальчик, что Елизавета, любившая всех красивых людей, включая детей, окликнула его:
– Что такое, мой маленький человечек? Ты пришел посмотреть на королеву?
– Да, – ответил тот.
– Тогда подойди поближе, чтобы я могла посмотреть на тебя.
Он подошел, глаза его были широко открыты. Затем положил ручки ей на колени, посмотрел снизу вверх на ее лицо и сказал:
– Вы на самом деле прекрасная дама. Ничто не могло привести Елизавету в больший восторг.
– Ты и сам очень красивый мальчик, – заметила она. – Ты знаешь, кто я. Теперь расскажи мне, кто ты.
– Я Роберт, – сообщил ребенок. Она рассмеялась:
– Это мое любимое имя.
Мальчик улыбнулся и дотронулся до одной из бусин на ее платье. А когда наклонил головку, чтобы рассмотреть ее поближе, Елизавета заметила, как черные кудри вьются на его шее. Она невольно протянула руку, чтобы дотронуться до них.
– Что ты здесь делаешь, дитя мое?
Он посмотрел на нее с удивлением.
– Кто привел тебя? – спросила королева.
– Моя мама.
– А кто твоя мама?
– Мама! – сказал он удивленно.
– Ну разумеется. Как глупо спросила твоя королева! – Она обратилась к одной из дам: – Чей это мальчик, вы знаете?
– Миледи Шеффилд, ваше величество.
Королева нахмурилась:
– Шеффилд умер некоторое время назад, не так ли? Мне казалось, что довольно давно. Сколько тебе лет, маленький?
– Три года.
Роберт, заметив издалека, что его сын с королевой, почувствовал огорчение и гнев оттого, что так произошло. Кто за это ответствен? Он заколебался, пытаясь понять, какой вред это может принести и не будет ли разумным сейчас или позже принять то, что все равно придется принять. Он решил сейчас же отправиться к королеве и узнать худшее.
Однако быстро понял, что это было ошибкой, потому что, как только ребенок его увидел, он оставил королеву и побежал к нему, обхватил его за колени и стал смотреть на него снизу вверх с выражением, которое ясно показывало, что это не первая их встреча.
С абсолютной естественностью Роберт взял его на руки и спросил:
– И что это такое? Что ты здесь делаешь? Мальчик рассмеялся и дернул Роберта за бороду.
– Молодой человек, похоже, очень близко знаком с графом Лестером, – произнесла королева, и Роберту показалось, что он услышал в ее голосе резкие нотки подозрения.
– Кто не хотел бы дружить с таким мальчиком, как этот? – легко откликнулся он. Затем поставил мальчика на ноги и подошел, чтобы встать на колени перед королевой; взял ее руку и спросил, нет ли у нее каких-либо пожеланий.
– Нас хорошо принимают, – ответила Елизавета с оттенком ехидства.
Мальчик снова запрыгал.
– Чей это сын? – спросила королева, глядя па Роберта.
– Леди Шеффилд.
– Она более не при дворе.
– Вы помните Шеффилда, ваше величество? Он был моим другом. Его вдова с сыном, ее друзья и слуги отдыхали в Кенилуорте, пока я был при дворе. Потом, ваше величество, они выразили такое горячее желание увидеть вас, что я не смог им в этом отказать.
– Не помним, чтобы мы видели их. Почему они не были представлены?
– Леди Шеффилд нездорова.
– Я хочу видеть ее немедленно.
– Я сам сообщу ей о желании вашего величества.
– Пусть слуга сходит к ней и прикажет явиться ко мне.
Роберт повернулся, чтобы посмотреть, есть ли поблизости слуга, которому он мог доверять. Увидев такого человека, позвал его:
– Ее величество желает, чтобы леди Шеффилд явилась к ней. Прошу вас привести ее сюда.
– Будет исполнено, милорд.
– И, – добавил Роберт, – заберите с собой мальчика. Несомненно, его ищет нянька.
Слуга ушел вместе с маленьким Робертом, в то время как его отец лихорадочно надеялся, что Дуглас сделает то, что от нее ожидают.
Королева заговорила о медведях, о том, как ей понравилось зрелище. Но Роберт все время чувствовал, что она пристально за ним наблюдает.
К его огромному облегчению, слуга вернулся один:
– Леди Шеффилд шлет свои благодарности нашему самому милостивому величеству. Леди Шеффилд в отчаянии, потому что она так больна, что не может встать с постели. Она умоляет, чтобы ваше величество, с вашей всем известной добротой, извинили ее за это.
– Мы извиняем, – сказала королева. – Но мы хотим видеть ее до нашего отъезда. Мы навестим ее в спальне, если это понадобится. А сейчас скажите ей, что на сегодня мы ее прощаем.
Роберт почти повеселел.
– Мне кажется, я видела этого мальчика раньше, – сообщила Елизавета.
– Я очень люблю его, – ответил Роберт, – и у меня на это есть причина.
Королева насторожилась.
– Он напоминает мне мальчика, которого я знал давным-давно… в лондонском Тауэре. Я был отчаявшимся узником, а он передавал от меня цветы богине, которую я обожал с той минуты, как впервые увидел.
Подобная лесть была пищей и питьем для Елизаветы. Она тоже вспомнила.
– Он был славным ребенком, – сказала она, – но думается, ему не хватало красоты этого маленького Роберта.
Роберт продолжал:
– Я помню день, когда вы прошли мимо и я смотрел на вас сквозь тюремные решетки. Я твердо верю, что никогда в жизни не был более счастлив, чем тогда.
– Какая несчастная у вас жизнь, милорд, если ваши лучшие минуты вы пережили тогда, когда были бедным узником! Разве так говорят гордые мужчины?
– Но это правда, милостивое величество, потому что тогда у меня были надежды… великие надежды. Я мечтал о любви… о совершенном существе. Но, увы, мои мечты осуществились лишь частично. Тогда у меня были высокие мечты.
– Человек никогда не должен переставать надеяться, милорд. Разумеется, вы это знаете. Никогда, пока он жив.
– Но, мадам, что делать человеку, когда он узнает, что женщина, которую он любит, – это богиня, стоящая выше всех земных желаний и нужд?
– Он может стать богом. Боги могут жить с богинями.
Так Роберт восхищал ее льстивыми речами, уводя подальше от мыслей, которые, начавшись с красивого малыша по имени Роберт, имевшего сходство с Дадли, могли привести к величайшей катастрофе.
Роберт и Летиция встретились в одной из тихих комнат замка. Их встречи были коротки, потому что их не должны были хватиться в одно и то же время; кроме того, от Роберта ожидали постоянного присутствия при королеве.
