— Вот и всё. — Логан слегка шлёпнул её по заднице.
Сухость подступила к горлу.
Сквозь тьму она смотрела на его пульсирующую вену на шее.
Жажда становилась всё сильнее и сильнее.
***
Может быть из-за наркотиков, но на этот раз Логану не нужна была боль. Все тревоги и опасения, что пребывание с ней — внутри неё — распутает все ужасные воспоминания, которые он хранил в тайне, остались в тёмных уголках его разума.
Калла была всем, что он мог чувствовать, обонять и пробовать на вкус. Только Калла.
У женщины было больше силы, чем она даже предполагала. Сила поставить демона на колени и оставить его навеки оттраханным. Взлёты и падения — он хотел всего этого с ней.
Логан уставился на красивую женщину, качающуюся на нём. Её прикосновения, мягкий атлас кончиков пальцев, созданные самими ангелами, вне всякого сомнения, были подарком прямо с небес — подарком, которого он не заслужил и которому, чёрт побери, требовалось больше, чем воздух, вода или любая другая жизнь. поддерживающий элемент, который удерживал его задницу на верхней стороне мира.
Боги, раньше она была красива, но то, как её длинные ресницы трепетали по её щекам, часть её губ, изогнутая в улыбке, розовый румянец её кожи — Логан хотел создать этот образ и надёжно спрятать его. Он сделал это с ней, и его гордость возросла при мысли, что до него не было ни одного мужчины.
«Моя Калла».
Её брови сошлись вместе, а мышцы напряглись. Она выгнула спину к нему, прижимаясь грудью к его груди.
Его мысли исчезли, кроме женщины перед ним, её волосы упали ему на лицо, туман чистого удовольствия притупил его тёмную и извращенную жажду боли.
Её стоны усилились, ритм ускорился, мышцы напряглись.
Логан положил руку ей на бедро и притянул её к себе. Когда она укусила его в шею, жар поглотил его и бросил через край.
Звук крика его имени эхом отозвался в его голове, словно пуля, отрикошетившая от черепа. Дрожь пробежала по его спине, и на короткое мгновение в его мозгу вспыхнула яркая вспышка света, словно фейерверк.
Его семя вошло в неё, наполняя её пульсациями, облегчение, не похожее ни на что, что он когда-либо чувствовал раньше.
— Ах, чёрт, Калла!
Логан откинул голову на подушку. Испытывающий головокружение. Словно каждая клетка его тела раскрылась под воздействием электричества, которое ошеломило его и на мгновение парализовало в её хватке. Запущен в рай и оставлен падать с неба.
Она могла бы швырнуть его через всю комнату, настолько слабого, каким он вдруг почувствовал себя, — пресыщенного сверх всякой меры. Каждый мускул его тела дрожал, как желе — шаткий, неустойчивый, бесполезный.
Всё, чего он хотел, — это лечь рядом с ней, прижать к себе это маленькое тело и заснуть навсегда.
Она рухнула рядом с ним на кровать.
Он провёл своей омертвевшей рукой по её телу и прижал со всей силой, на которую был способен, позволив себе окунуться в её запах, смешанный с пьянящим ароматом секса и пота. Его язык сморщился от желания слизать настой с её кожи.
— Не уходи, — прошептал он ей в затылок. — Пожалуйста, не уходи. Ты можешь убить меня прямо здесь и сейчас. Смерть от твоей руки, Калла. От твоего прикосновения. Я бы не стал бороться. Только, пожалуйста, не уходи.
Его слова проникли прямо в её сердце, пока Калла молчала.
Однако, чем дольше она остаётся с ним, тем скорее он узнает, кем она стала. Санг. Одно из этих отвратительных белых существ. В ту, которую ему в конечном итоге придётся уничтожить. Она жаждала вкуса крови — уже жаждала. Чума, как он это назвал. Ничто, кроме смерти.
— Спи. — Она погладила его по щеке, надеясь, что надлом в её голосе не выдаст слёз, которые она старалась сдержать.
— Останься со мной, Калла. — Его голос прозвучал сонно. Либо наркотик взял верх, либо его забрал сон.
Если бы она могла остаться в этом моменте навсегда — с ним — его руки обнимали её, его вес напоминал бы ей о его присутствии даже во сне. Она поцеловала его в макушку, и голод скрутил её живот.
«Нет».
Калла не могла плакать. Чем больше она старалась игнорировать это, тем больше это призывало её. Еда. Убийство. Внутри неё ненасытный, злой зверь.
— Так голодна, — прошептала она.
Она закрыла глаза. Её пронзил порыв тепла, и когда она снова открыла глаза, она снова оказалась в лавандовой спальне.
Дрейвен всё ещё лежал на полу, жемчужно-белая бледность сменила цвет его кожи, уголки его глаз были затенены черными кругами.
Не отвлекаясь на него, она быстро оделась.
— Калла, — сказал он хриплым голосом. — Пожалуйста… не… оставляй меня вот так.
— Как его кормить? Этого… монстра, которого ты создал внутри меня? Как его можно кормить, не причиняя вреда другим?
— Тебе нужна… кровь, чтобы… выжить.
Гнев зашевелился внутри неё. Ненависть, которую она раньше чувствовала к Дрейвену, вырвалась наружу и скрутила её живот.
— Тогда я прикончу тебя и убью себя.
— Прости… меня, Калла. — В его глазах блестело. — За всё, что я… когда-либо делал с тобой. И за Джейкоба. Я никогда не хотел причинить тебе боль.
Она опустилась на колени рядом с ним.
— Я могла бы убить тебя. Оторвать тебе каждую конечность, и ты бы смотрел как я их пожираю. Я сильнее тебя, Дрейвен. Я всегда была сильнее. Если сегодня вечером я пощажу твою жизнь и брошу тебя на произвол судьбы, ты никогда больше не придёшь за мной. Ты забудешь обо мне.
— Я знаю. Да.
Слеза пролилась по его щеке. Он кивнул.
Внутри её живота тянулась пылающая дыра. Жажда. Калла поднялась с корточек и закрыла глаза. Образ в её голове перенёс её в место, где в этот час она всё ещё могла найти других. Если бы его нужно было кормить, она даст ему пищу, которая облегчила бы её вину.
Она открыла глаза и уставилась на вывеску на тёмном здании.
«Лунное сияние».
Глава 39
Логан резко проснулся, его руки обвились вокруг пустоты рядом с ним.
Сон.
Это означало, что Калла пропала, независимо от того, похитили её или нет — от этой мысли у него в горле потекла кислота. Это также означало, что предыдущая ночь, хотя и оставила его довольным и сытым, была не более чем иллюзией.
Е*учие наркотики.
Чувствовалось всё так реально.
Аромат возбуждения всё ещё густо витал в воздухе. Должно быть, он дрочил всю ночь.
Логан, спотыкаясь, направился в ванную, отчаянно нуждаясь в душе, в чём угодно, лишь бы смыть разочарование от пробуждения в одиночестве.
У раковины он почистил зубы и посмотрел на своё белое полотенце для рук, заляпанное кровью.
«Что ты делал прошлой ночью, идиота кусок?»
Логан покачал головой и сморгнул пленку, затуманившую всё перед глазами.
— В следующий раз, когда я приму это дерьмо, мне придётся связать себя.
Он шагнул под горячие струи душа. Прижав руки к стене, он взял себя в руки и позволил воде стечь по его волосам и лицу. Успокаивая его мышцы.
Закончив, он вышел из душа, обернув полотенце вокруг нижней части тела, и направился обратно в спальню. Белая рубашка на пуговицах и тёмные брюки висели на вешалке в его шкафу.
Одев нижнюю половину тела, он стоял, застёгивая белую рубашку, и его глаза прищурились, увидев что-то, лежащее на полу в другом конце комнаты. Он прошагал вперёд, пока не остановился над ним. Велосипедный замок? Крошечные красные пятна высохли на грязно-черном фоне. Кровь? Наклонившись вперёд, он поднял его ближе, его взгляд сосредоточился на бледных прядях, спутавшихся вокруг и уплывающих наружу от звена. С внезапной настойчивостью, ободряющей его, он выдернул светлые пряди и поднёс их к носу. Когда он уловил слабый намёк на знакомый запах, его пронзил прилив адреналина.
Была ли Калла действительно здесь? На всякий случай он втянул запах ещё цитрусовых. При подтверждении, его охватила новая решимость. Он должен найти её.
