от времени слова хостесс: «Мисс Паркер, здравствуйте! Вы всё же решили прийти вдвоём? Прошу, проходите за ваш любимый столик».
Извинение в ответ на покачивание головой Кэт и оценивающий взгляд, брошенный на него работницей ресторана, явно видевшей постоянную посетительницу за любимым столиком с другим мужчиной.
Значит, кто-то всё-таки есть или был… Неприятная тяжесть от чувства ревности в груди перебивала боль в ноющей ране. Чего Вуд ждал? Что молодая красивая женщина до сих пор одна? Было досадно от осознания собственной глупости. Он ведь на самом деле надеялся на это. И слова Джона о том, что никого у неё нет…
Мэтт отодвинул в сторону бокал с виски; ему ещё предстояло знакомство с Ритой. Он усмехнулся, успокаивая себя мыслью: «Если тот, “гипотетический”, до сих пор не представлен родителям, значит, ничего серьёзного нет!»
В памяти всплыли слова дочери: «Что бы ни случилось, не опускай руки и знай: я в тебя верю!»
«Лилибет знала… И что это меняет? Ничего! Кэтлин будет моей, пусть даже ради этого придётся сражаться с целой дюжиной воздыхателей».
– Чему усмехаешься?
Искрящиеся счастьем карие глаза, прикованные исключительно к нему, воодушевили Мэттью. «А она умеет веселиться, и пара бокалов Кьянти- Классико способствуют этому. Нужно будет запомнить».
– Так, кое-что вспомнил.
– Расскажешь?
– Не сейчас. Давай развлекаться! – Он поднялся и протянул руку. – Что скажешь, если я приглашу тебя на танец?
Взрыв смеха и кокетливый взгляд в ответ.
– Скажу, что не против…
Улыбку в глазах мгновенно сменили недоумение, страх, раздражение, неловкость.
Агент обернулся. Лавируя между столиками, к ним быстро приближался высокий молодой мужчина.
– Что ты здесь делаешь? – Голос брюнетки дрожал.
– Решил познакомиться. – Приветливая улыбка на смуглом лице, предназначенная для женщины, и испепеляющий взгляд почти чёрных глаз, направленный на соперника. – Ты нас не представишь друг другу?
Паркер вышла из-за стола и решительно встала между мужчинами. В огромных глазах отчаяние и немая просьба «Не нужно!», обращённая к обоим.
– Мэттью, это Бейн…
Вуд усмехнулся, плотно сжал челюсть и протянул руку. «Что ж, просьба любимой – закон для меня!» Но, видит бог, какого труда ему стоит сдержаться…
Глава 16.1
– Мэттью.
– Бейн.
Всего два слова и скрещённые взгляды. Каждый пытался просчитать достоинства и недостатки соперника, очевидные с первого взгляда. И никто не спешил опускать руки. Лёгкое сдавливание ладоней стало сильным, костяшки пальцев обоих мужчин побелели. Рукопожатие переросло в реслинг, и ни один из них не собирался сдаваться. Улыбки, насильно выданные губами, постепенно переходили в оскалы. Два белозубых красавца. Светлокожий и смуглый, как день и ночь. Оба крепкие, хорошо сложенные, разница лишь в росте и возрасте.
«Моложе меня, вот так-так... – первая мысль о сопернике, промелькнувшая в голове Вуда, но даже ни на секунду не возникло сомнения в своём превосходстве или страха. – Кэтлин полна сюрпризов. Тем интереснее их разгадать!»
«Силён, красив и так похож на дочку, вернее, она на него. Сомнений нет, придётся постараться…» И так же – ни одной мысли о том, чтобы смириться. Только боль в груди, отдающая в голову. Давило воспоминание о счастье, минуту назад светившемся в любимых глазах, пока не заметила его, лавирующего между столиками. Столько лет, проведённых рядом, Калама не собирался выбрасывать на ветер. Слишком любил, чтобы взять и просто уйти. Обидно видеть встревоженный взгляд, устремлённый на другого мужчину.
«Что это? Проснувшиеся старые чувства или внезапно возникшие новые? Почему на меня она смотрит лишь с сожалением? Неужели всего двух дней хватило, чтобы забыть всё, что было между нами?» Он не верил в это! Так быстро ничего не проходит...
Кэт переводила взгляд с Бейна на Мэттью. Она заметила бледность, появившуюся на лице агента, видела, как он отвёл чуть назад левое плечо, слегка сморщившись при этом. Паркер пообещала себе обязательно узнать, что с ним не так, но прежде нужно было остановить дурацкое противостояние дорогих для сердца мужчин.
Появление гавайца стало шоковой неожиданностью. Мягкий мальчик проявил жёсткость – и это в некоторой степени было достойно восхищения. Возможно, если бы всё происходило с кем-то из подруг…
В сторону их столика начали оборачиваться любопытные посетители.
– Прекратите. – Кэтлин положила пальцы на сжатый в плотный комок перехлёст из ладоней. Сверкающий гневом взгляд говорил, что она готова на самый отчаянный шаг.
– Не заставляйте вцепиться в ваши руки зубами.
Сомкнутые пальцы мгновенно разжались.
Вуд встряхнул кистью и заработал кулаком, сжимая и разжимая побелевшие пальцы, разгоняя застоявшуюся жидкость по конечностям. Не самое удачное время для спора. Сердце гулко стучало, отдавая барабанной дробью в рёбра, в висках шумело от прилива крови, сдобренной хорошей порцией адреналина. Мэтт оглядел полутёмный зал ресторана: почти все столики были заняты – и немудрено в такой-то вечер. Слишком много ненужных невольных свидетелей. Он перевёл взгляд на взволнованное лицо Кэт.
– Почему не предупредила, что нас будет трое? – Совершенно спокойный голос с нулевыми эмоциями. Мэттью усмехнулся про себя: профессионализм на лицо, если бы ещё прогнать гнев из мозга.
– Потому что не знала этого. – Паркер пристально смотрела в тёмные глаза молодого друга, пытаясь найти оправдание его поступку. Если бы взгляды могли убивать, Бейн уже несколько минут как валялся бы мёртвым. – Так что ты тут делаешь?
Калама широко улыбнулся, делая вид, что его никак не задели слова любимой музы.
– Проезжал с друзьями мимо, подумал, что ты можешь быть этим вечером здесь, и не ошибся. Попросил остановиться и подождать пять минут. Решил поздороваться. – Он обезоруживающе улыбнулся. – Я уже ухожу, не стоит из-за меня менять свои планы.
Бейн чмокнул оторопевшую брюнетку в губы.
– С Новым Годом, дорогая! Созвонимся, подарок за мной. – И, пообещав сопернику: – Ещё увидимся,– так же стремительно, как появился, направился к выходу.
Вуд проводил его взглядом и, лишь убедившись, что тот не собирается возвращаться, обернулся к Кэтлин.
– Что это было? Я, конечно, люблю сюрпризы, но не столь экзотические. – Никакого осуждения или гнева в зелёных глазах, только вопрос.
Мэтт прекрасно знал, что любая попытка разбирательств вызовет в душе гордячки протест и превратит свидание в вечер разборок. Кто он такой, чтобы предъявлять претензии?
