Гонсало вернулся из монастыря несолоно хлебавши, а дома его уже ждало письмо от Марии, в котором она сообщала, что уходит навсегда и просит ее не разыскивать.
— Ты этим огорчен? — с обидой в голосе спросила его Виктория. — А я думала, наоборот, обрадуешься, что у нас теперь развязаны руки. Мария сама устранилась от борьбы, а наш долг— создать нормальную семью и заботиться о дочерях. Не сомневаюсь, что Лусия нас поймет. С Камилой же все обстоит сложнее, но со временем я и ее уговорю, что так будет лучше всем, в том числе и Марии.
Она умела успокаивать Гонсало! В тот же вечер он собрал остатки семьи за столом и с легким сердцем объявил, что отныне о Марии можно не покоиться: она здорова и счастлива в своем единении.
— Но где она? Я могу к ней поехать? — взволнованно спросила Лусия.
— Увы, она не хочет никого из нас видеть и даже адреса не оставила, — развел руками Гонсало.
— Нет, не могу поверить, что мама нас бросила! — расплакалась Лусия! — Просто она ушла, потому что мы ее очень обидели.
Камила увела ее в спальню и намекнула, что догадывается, где может быть Мария.
— Я просто уверена, что скоро она подаст тебе знак и вы увидитесь! — говорила Камила, но Лусия лишь безутешно рыдала:
— Бедная моя мамочка! Прости меня, прости!..
Мариано Хименес оказался перед сложным нравственным выбором: Гонсало попросил его выкрасть письма Асунсьон, находящиеся в суде, а взамен пообещал всячески содействовать браку адвоката и Камилы.
— Я имею влияние на Викторию, — говорил Гонсало, — и сумею убедить ее в том, что вы— достойнейшая партия для Камилы. А если вам еще и удастся приумножить состояние нашей семьи…
— Значит, вы все же считаете, что «Эсперанса» по закону принадлежит не вам, но хотели бы получить ее в собственность? — уточнил Мариано.
— Видите ли, это вопрос спорный, кто на нее имел больше прав — мой тесть или его сестра. Но адвокат истца делает упор на эти письма, где указываются суммы перечисляемых Асунсьон денег. И судья, вполне вероятно, может решить дело в пользу ее наследника.
— Но как же я смогу изъять эти письма? Как вы это себе представляете? — недоумевал Мариано.
— Возьмете папку с документами на ознакомление, а вернете ее уже без тех писем.
— И меня сразу же обвинят в краже!
— Нет, вас только заподозрят, но доказать ничего не смогут, — возразил Гонсало. — У них ведь не будет свидетелей.
Мариано совершенно отчетливо понял, что никогда не сможет пойти на такое преступление, но решил усыпить бдительность Линча, чтобы тот не нашел для этой цели другого, более сговорчивого адвоката.
— Хорошо, я попытаюсь сделать все возможное, — пообещал он.
А спустя несколько дней состоялся суд, вынесший приговор в пользу Катриэля.
Разгневанный Гонсало прямо в зале суда заявил Мариано, что тот уволен и никогда не получит в жены Камилы.
Сантьяго же, узнав о случившемся, пришел к Гонсало и высказал недовольство его поступком.
Мариано не сделал ничего предосудительного, — защищал Эрнесто своего воспитанника. — Наоборот, он отстаивал закон и справедливость, а потому заслуживает всяческого уважения. За что же его разлучать с Камилой? Зачем ломать жизнь двум любящим молодым людям? Гонсало, взбешенный потерей «Эсперансы», выплеснул весь свой гнев на старого друга, грубо ему на дверь.
— Я уйду, — с достоинством ответил Эрнесто, — но прежде мне хотелось бы узнать: ты из¬гоняешь меня за то, что Мариано не совершил подлость, или за то, что я влюблен в Викторию?
Камила, слышавшая, как Гонсало обошелся с человеком, который заменил Мариано отца, не сдержалась и прямо заявила матери, что не может больше оставаться в этом доме, где правят ложь и насилие.
Виктория посоветовала ей выбирать выражения, но Камила уже не могла остановиться:
— Я не могу найти более мягкого определения тому, что вы сделали с тетей — травили ее, чуть было не свели в могилу. А как вы поступили с Асунсьон, с Катриэлем? Обманом отобрали у них имение! И теперь, когда Мариано помог восстановить справедливость, вы ополчились на него и его отца!
— Камила, прекрати! Я не позволю тебе говорить со мнойв таком тоне!
— Нет, мама, это я не позволю вам дурно говорить о Мариано и сеньоре Эрнесто!
— Ты зарвалась, девочка, — заключила Виктория — Отныне будешь сидеть дома, под моим присмотром, и я клянусь, что ты больше никогда не увидишь этого наглого адвокатишки!
— Если вы станете меня удерживать, то я убегу с Мариано и без вашего благословения! — в свою очередь пригрозила Камила.
Позже, проходя мимо кабинета Гонсало, она услышала, как он говорил Виктории:
— Не беспокойся: никуда она не убежит. Я найму надежных людей, и они отправят Марианоано туда, откуда никто еще не возвращался. То же самое сделают и с Катриэлем. А мы вновь получим «Эсперансу» — как его единственные родственники.
— «Боже мой! — ужаснулась Камила. — Он замышляет два убийства, а мама его спокойно слушает!..»
На следующий день она тайком встретилась с Мариано и попросила его хотя бы на время уехать из города.
— Я уеду только вместе с тобой! — ответил он. — Мы обвенчаемся, сеньор Эрнесто нас благословит…
— Нет, не говори ему ничего! За ним могут следить, чтоб выйти на тебя. Поезжай один, а я приеду к тебе, когда тетя полностью встанет на ноги. Пищи мне письма в монастырь Успения.
В последующие дни Виктория ужесточила надзор за дочерью, но тут выяснилось, что исчез Мариано, и Гонсало посоветовал свояченице снять запрет, чтоб разрядить атмосферу в семье.
Камила же, как только ей разрешили выходить из дома, поспешила в монастырь, к Марии:
— Тетя, это ужасно! Они вдвоем — моя мать и ваш муж! Они собираются уничтожить Катриэля, Мариано. Я не уверена, что и вы в безопасности. Ведь мама поила вас каким-то зельем, от которого вы едва не умерли. Она мстит вам, тетя!
— Нет, девочка моя, Виктория не способна творить зло, — попыталась успокоить ее Мария. — Просто она, к несчастью, влюбилась в Гонсало, он действительно способен на все. Я боюсь за Лусию! Мне надо увести ее оттуда любой ценой!
— Вам нелья там появляться, — твердо молвила Камила. — Вы помните мою маму доброй, благородной девушкой, а она с тех пор сильно изменилась. Лучше я поговорю с Лусией. Она тоскует без вас и будет счастлива с вами встретиться. Вдвоем вы и решите, как ей быть.
Мария вышла проводить племянницу до ворот монастыря, и тут они столкнулись с … Эрнесто Сантьяго.
— Что вам здесь нужно? Вы меня выслеживаете? Вас послал Гонсало? — подступила к нему с вопросами Мария.
