после вполне близкого общения с детьми довольно высоко сидящих людей — я разбирался в геополитике этого мира намного лучше, чем когда мелкий мальчуган Хейст впервые заходил в своды Академии, да.
Меж тем, я, наконец, дошёл до той самой лавки-мастерской, в которой у меня назначена встреча. Та явно не была рассчитана на поток покупателей. Узкое помещение, заставленное пустыми полками, едва освещалось несколькими магическими лампами, отчего в воздухе стоял лёгкий полумрак. А пахло, как ни странно, стружкой, лаком и старым деревом.
«Пустовато», — оценил, когда глаза привыкли к полутьме.
Единственной видимой мебелью внутри был массивный прилавок, за которым сидел старик — сухощавый, сгорбленный, с цепкими глазами, которые лениво поднялись на меня, стоило переступить порог. В длинных пальцах он прокручивал магический кристалл довольно крупного размера.
Сильный адепт, чья аура сама «пахла» точно так же, как и мастерская — древесный оттенок преобладал.
— Доставай посох, — не дав даже поприветствовать себя начал он.
Коль он хочет такого «общения», то да будет так, тогда. Мне же проще.
Посох появился у меня в руке без каких-то спецэффектов, и я сразу передал его мастеру артефакторики. Это — тот случай, когда опыт важнее силы.
— Неплохо, — оценил старик, притянув инструмент телекинезом, — Замена кристалла, общее усиление и всё?
Посох завис недвижимо прямо над его лавкой, пока вытянувший к нему руки маг методично разбирал условно-съемные детали.
— Да, — кивнул, — Что по оплате?
— Сделаю — скажу, — отмахнулся он, пока посох разбирался на самые мелкие части: кристаллы, пятка, металлические детали и остриё, — Возвращайся минут через… сорок.
— Понял.
Я вышел. Подумал, помялся перед входом, да решил зайти к себе в лабораторию. Нужно было проверить прогресс оставленного на доварку зелья увеличения потенции. Благо, живу я не сказать, чтобы далеко отсюда.
На самом деле посохи для магов не обязательны, если так подумать. Использование концентратора иногда даже может быть вредно для общего развития, если подумать трезво.
Смысл в том, что инструмент — это орудие для выполнения какой-то задачи. В нашем случае посох позволяет использовать свою ману немного точнее, немного экономнее, немного проще, немного мощнее — эффективнее, в общем.
Взамен этому маг платит самым дорогим — временем каста и… частично скоростью развития.
Не самый лучший обмен, если он в бою или тренируется. Именно поэтому я, собственно, и использую магию в большинстве случаев без посоха.
Энергосистема всё же развивается, когда у неё есть стимул к этому. На неё прикладывается напряжение. А посох в какой-то степени избавляет мага от этого напряжения.
Впрочем, в некоторых случаях без посоха никак: есть заклинания такие, что могут повредить руки мага*. Те, которые имеют значительную разрушительную мощь или сильную отдачу. Да и в случае, если маг не спешит, готовит важное заклинание, ставит мощный барьер или вовсе составляет ритуал — лучше делать это с посохом, коль провал нежелателен.
Именно поэтому абсолютное большинство держит при себе посох. Тем более, что простенький и проверенный тысячелетиями ритуал позволяет держать тот «в душе», отчего не приходится постоянно таскать с собой не сказать, чтобы лёгкую деревяшку.
И обычно мы не меняем тот до самой смерти. Создал посох, совершил с ним ритуал сродства — всё, он с тобой до конца своего века.
Допустимый максимум — улучшения, какие я собираюсь сделать. И то, такое не рекомендуется. Благо, я пока молод, не планирую участвовать в каких-то боях, посему небольшой откат и снижение эффективности на месяц-другой переживу.
В случае же с эльфами — посохи с ними вообще тысячелетиями. Если так подумать, палка Фрирен старше Королевства, в котором я живу*. Хотя, стоит сказать, что из более-менее известных мне троих Великих Магов — только упомянутая и использовала посох. Зери и Фламме за таким замечены не были. Что насчёт третьей эльфийки, (и четвёртого Великого мага) которая в будущем будет бузить на территории Юга — не знаю.
— Что тут у нас, Фрид? — меж тем, я дошёл до своего дома, спустившись в лабораторию.
— Нормально, вроде, — подняв голову со стола в углу помещения, устало-лениво откликнулся лёгший поспать на стул Готфрид. И хорошо так, — А что, парад закончился?
— А-а-амх… Да нет, вроде, — сочно, аж до слёз на глазах зевнув* в ответ, начал я, — Я почти в начале ушёл.
Сложно без постоянного кофеина в крови, но что тут поделаешь? Цирроз печени реален даже для меня, оказывается. Хотя, думается, это просто нужно было, чтобы я начал нормально слезать со своих зависимостей. А то, признать честно, это не самый адекватный путь.
Студенчество прошло, да.
— Ну ладно, — вяло кивнул он, — Я, пожалуй, спать…
Уверен, он снова проснулся ни свет, ни заря — и зарылся в полуподвальное помещение, где я обустроил качественную такую алхимическую лабораторию. Так что тянуть его спать, учитывая то, что ложиться он далеко за полночь — должно только так.
— Во второй комнате ляжешь?
Я даже не уверен, держит ли он контакт со своими родичами. Парень натурально помешан на алхимии. Не то, чтобы это плохо — лично для меня это только к пользе, но… не знаю, неправильно это, что ли?
И всё ради одной цели, которой он загорелся на втором курсе: запечатывание заклинания в жидком виде. В зелье.
Впрочем, он и сам понимал, что на нашем уровне это пока что недоступная высь, посему совместно со мной изучал те книги и работы, на которые удавалось раз за разом наложить руки.
— На диване, — ответил он, — Я зажгу камин, если ты не против?
— Конечно, — кивнул, проводя выходящего парня взглядом.
— Спасибо, — только и кинул он, слегка улыбнувшись за спину, — отключи нагреватели, кстати, — он остановился у самой двери, вновь зевнув с широко открытым ртом, — А то испортиться минут через пять.
— Иди спать уже, — отмахнулся, уже сам по взгляду определив, что вторая пробная партия зелья для потенции готова к сбору.
Дав красноватой субстанции довариться, я отключил довольно дорогой (и крупный) нагревательный артефакт под ней, решив дать той полежать, пока я сам схожу за своим посохом.
Можно сказать, что не зря ходил.
Хотя у Фрида так-то невероятный нюх на зелья. А иногда я вовсе удивляюсь его внутренним часам — поверить сложно, но он может позволить себе поспать между длинными сроками готовки,
