и Виктор подоспел: расплатился.
– Спасибо, любимая, выручила, – он подошёл ко мне и обнял со спины.
Несколько мгновений мы так и стояли возле свежеостеклённого окна, смотрели на вечерний город и наслаждались теплом друг друга.
– Как всё прошло? – поинтересовалась после довольно-таки длительного молчания.
– Знаешь, значение высшего образования весьма преувеличено, – уклончиво промычал Виктор мне на ухо. Его тихий голос заставил тело трепетать от предвкушения, а фантазию рисовать очень пикантные подробности.
– Скажи мне прямо, – резко оборвала, потому что прекрасно понимала, чем всё это закончится.
– Толя станет прекрасным сисадмином. Конечно, начальник отдела недоволен предложенной мной кандидатурой, потому что он специалист старой закалки. Считает, что нужна вышка. Я же считаю, что в первую очередь важно самообразование. Если ты не развиваешься, значит, сидишь в болоте, – жёстко, но правдиво ответил мне Виктор.
– А Мария?
– И я вновь повторюсь – значение высшего образования весьма преувеличено, – дьявольская улыбка зажглась на его лице: я увидела отражение в стекле.
– То есть?
– В дальнейшем она станет хорошим специалистом, но сейчас ещё недостаточно подготовлена. Впрочем, я всё равно её взял. Она будет стараться для своего мужа, у неё просто не будет выбора, – ухмыльнулся мой мужчина.
Вмиг поняла, что у него всё давным-давно продуманно и просчитано. Когда, гад, успел? Вроде только вчера узнал о том, что им нужна работа!
– Слушай, ещё вопрос есть…
– Но только один, – не растерялся парень, а мне захотелось ударить его чем потяжелее.
– Почему Люба говорит, что тебе как можно скорее нужна жена?
Виктор тяжело вздохнул, покачав головой. Напряглась, ожидая ответа. Не хотелось бы чувствовать себя… использованной.
– С первого курса университета звал её замуж. Каждый раз в ответ я слышал одно и то же: «сейчас ещё рано». Потом пошла отмазка уровня: «закончу универ и делай со мной, что хочешь». А потом эта ледь изменила мне, и я начал догадываться об истинной причине её вечных отказов.
– Почему она просто не ушла от тебя?
– Люди вечно творят какую-то неведомую, только им понятную, дичь, – Виктор покачал головой, а затем резко развернул меня и прижал к стеклу. – Но подозреваю, что ей просто было со мной удобно. Какие никакие, но деньги у меня всё же были.
После чего он накрыл мои губы своими, и у меня отпали абсолютно все вопросы. Неистово ответила, наслаждаясь ощущением, что этот шикарный мужчина только мой. И почему я ещё несколько лет назад не стала бороться за него, отдав без боя? Иногда гордость так мешает жить!
Виктор оторвался от моих губ, жадно поцеловав шею, вырез на груди, задрал платье, рукой проведя по бедру.
– Моя, – прорычал он мне в ухо. – Эти часы собеседования показались мне пыткой. Постоянно представлял, как ты будешь стонать подо мной!
Его слова только сильнее распалили и без того бушующую во мне страсть. Я была готова задохнуться от этих эмоций, хотелось их выплеснуть. Раствориться в нём.
Не помню, как оказалась на кожаном мягком диване. Не помню, в какой момент Виктор избавился от мешающих штанов.
Но зато прекрасно помню момент, когда он со сладостным вздохом вошёл в меня. Простонала, почувствовав дикий кайф: мы снова единое целое.
Глава 15
67
Надежда
Борис Глебович согласился встретиться на следующий день. Внезапно он предпочёл фастфудную забегаловку какому-нибудь другому кафе. Очень удивилась этому решению: отец презирал всё, что связано с быстрым питанием. Виктор посоветовал перестать сравнивать всех мужчин с отцом.
– Не все так плохи, как он, – и, видимо, поняв какую гадость ляпнул, любимый добавил: – Прости, не это имел в виду.
– Не извиняйся. Ты всё правильно сказал, – тяжело вздохнула, понимая, насколько это ранит.
В кафе я заказала кофе, бургер и картошку фри. Ну, куда без этой царицы неправильного питания!
Борис Глебович пришёл ровно к назначенному времени. Секунда в секунду. В голове вдруг зажегся список положительных качеств и напротив графы «пунктуальный» появилась галочка. Ну, вот. Словно на свидании оцениваю кандидата.
Покачала головой: не подвергала Виктора этой оценке. Да и вообще, похоже, все эти пункты появились именно после него.
Сумасшествие.
– Доброе утро, Борис Глебович! – улыбнулась я, когда мужчина подсел ко мне, взяв не менее вредную пищу. Была здесь и газировка, и картошка фри, и сырный соус, и огромный бургер, и целый набор вкусностей из курицы. – Не ожидала, что и вы будете закидывать желудок фастфудом.
– Ну, я просто не удержался, Наденька. Здесь так чудесно и вкусно пахнет! – добрая улыбка скользнула по его красивому лицу. – Каюсь, дочка подсадила. Заразка мелкая, ест всё это и не толстеет, – усмехнулся он.
А у меня неожиданно ещё пункт появился! «Позволяет детям принимать собственные, даже необдуманные решения». Ауч! Точно пора прекращать сравнивать мужчин с отцом и Виктором!
– Сколько ей?
– Катьке-то? Да двадцать семь ужо. Сама замужем, внука мне вынашивает. А ведь так и тянется к фастфуду! Ну, ничего, у неё своя голова на плечах есть, и неплохая.
Улыбнулась: очень понравились их семейные отношения. Говорил ли папа за глаза что-либо приятное обо мне? Готова поспорить: он вообще старался обо мне не вспоминать. И вот вам, пожалуйста! Я, оказывается, Толика ему испортила. Мальчику всего ничего – двадцать три годика!
– Это здорово, когда отец позволяет жить своей жизнью, – тяжело вздохнула, отправив очередной ломтик картошки фри в рот.
– Вы в любом случае будете для нас маленькими детьми, кто бы, что бы ни говорил, – улыбнулся дядя Боря, последовав моему примеру. – Хочешь сырного соуса? Катька приучила, так вкуснее.
Поддавшись искушению доброго мужчины, обмакнула фри в соус и отправила в рот. И тут же осознала насколько Катька права. И почему я раньше сопротивлялась советам Арины, когда она предлагала попробовать разные соусы?!
– Насчёт отца не переживай. Настасенька рассказывала, как плохо он поступил с вами. Бывают не совсем хорошие люди, но он всё равно, по-своему, любит тебя. Никого не слушай, ты молодец, что добилась успеха в том деле, который тебе нравится. И у тебя в любом случае ещё много побед и немного поражений впереди.
Пожала плечами, смутившись. Слова маминого жениха были очень приятны, чтобы с ними не соглашаться.
– Мы приходили к вам на вальс Победы. Вы
