правду или нет, а затем ответила:
— Потому что я не хочу потерять еще одного друга.
Артём кивнул и тяжело вздохнул — настолько тяжело, что Даша даже растерялась. Ей показалось, что она затронула какую-то неприятную для Князева тему, но не знала какую. Неужели опять что-то, о чем она не знает? Или его просто задели её слова и он так проявляет ревность? Даша и не знала, что подумать.
Но все же она решила пойти до конца и всё-таки убедить Артема в своей правоте, а потому решила пустить в ход очередной и весомый довод.
— Вдобавок…
— Что?
— Мне это не нравится. Слишком много всего и сразу. Карим, угрозы Сереге, мотоцикл Ильи, теперь ещё и этот… Как-то это все…
— Карим? — насторожился Артем. — Подожди, а он тут причём?
И Даша выложила ему все про тот случайный разговор с Каримом на улице. Артем внимательно ее выслушал, с минуту посидел с задумчивым видом и затем пожал плечами:
— Ну, не знаю. Ко мне он не подходил, к парням тоже.
— А зачем тогда он ко мне приходил?
— Не знаю, но выясню. А ты почему сразу не сказала об этом?
— Не знаю… Думала, что это несерьёзно. Тем более, там у Сереги были какие-то проблемы, так что я не хотела ещё с Каримом отвлекать.
— Ладно, разберёмся. А Стас…
— Пожалуйста, скажи, что его не будет с вами.
— Я не могу тебе обещать такого. Я могу поговорить с парнями, с ним самим, но выбор все равно останется за Стасом.
— А нельзя его просто, ну… выгнать?
— Даш, мы так не поступаем. Это не клуб по интересам.
Девушка вздохнула, сдаваясь. Она сделала все возможное, что могла, привела самые весомые аргументы, чтобы убедить Артема, но он остался при своих убеждениях. Она понимала, что теперь точно вероятность, что Карпеев уйдёт от афганцев, близка к нулю.
Конечно же, Юдина прекрасно понимала, что не может просто так распоряжаться участниками этой группировки только лишь потому, что спит с одним из их «основателей», не может указывать, кому надо уйти и кому остаться только лишь потому, что ее взяли в долю и сбагрили ей контору с Ковалёвым. Но ей искренне хотелось помочь другу, уберечь его от будущих возможных проблем, которые всегда сопутствовали этой не всегда законной деятельности.
Даша внезапно осознала своё бессилие. И если в момент, когда она заходила в этот кабинет, она готова была все крушить на своём пути, лишь бы доказать Артёму свою правоту, то сейчас ее руки просто бессильно опустились, а она сама бездумно глядела в пол перед собой. Ей было даже немного стыдно стоять тут, перед Артёмом, после той сцены, которую она ему устроила минутами ранее.
— Даша, расслабься, — тихо попросил ее Князев, мягко взяв за плечи. — Все ведь хорошо. Завтра праздник, открытие, вдобавок мой день рождения… Просто отдохни.
— Может, ты и прав, и я просто слишком много надумываю себе, — слабо улыбнулась девушка, и через секунду оказалась прижатой к его груди.
— Отдохни, — повторил он и поцеловал ее в нос, на что Даша в ответ забавно поморщилась. — Пойдем, там уже наверное все заждались. Еще подумают, что мы тут невесть чем занимаемся…
— Да ну тебя! — рассмеявшись, отмахнулась от него Юдина. — У тебя одно только на уме!..
Артём хотел было в шутку добавить, что вполне готов перейти от слов к делу и дать всем присутствующим в центре понять, насколько сильно он её любит, но не успел — Даша, ловко приподнявшись на носочках, мягко поцеловала его в нос и тут же быстро отстранилась, потянув его за собой на выход. Недовольно проурчав, явно разочарованный таким скромным поцелуем, он всё-таки пошёл вслед за ней.
Выйдя из кабинета, они вернулись к Афгану, который теперь беседовал с Серегой. Стоило им подойти, и прежний разговор сразу же стих — Юдина вполне догадалась, что этот разговор не был предназначен для ее ушей, — и как ни в чем не бывало, они заговорили о чём-то малосущественном.
— А ты чего опаздываешь, Дарья? — хитро прищурившись, спросил у девушки Афган.
— Да так, — Даша пожала плечами. Выдавать правду ей не хотелось, но пришлось. — Диплом защищала.
На пару мгновений между ними повисла тишина, и три пары глаз с удивлением уставились на девушку — никто явно не ожидал такого ответа. Она же скромно отвела взгляд в сторону, вполне довольная произведённым ею впечатлением.
— Че, реально что ли? — Серега еле сдержал смешок.
— И не сказала, — вздохнул Артем. И хоть в его голосе явно сквозила обида, что его не посвятили в такие важные дела, он все же гордо обнял ее.
— Не хотела тебя отвлекать по пустякам, — улыбнулась Даша, на что парень лишь покачал головой.
— Ну ты, Даша, даешь, — усмехнулся Афган. По его взгляду девушка поняла, что он остался доволен ею. — Настоящий партизан!
— Да Дашка нам всем фору даст ещё, — сказал Серега и дружески потрепал ее по плечу. — В нашем полку никому не нужных специалистов прибыло!
— Нужных, но не по специальности, — улыбнулся Артём.
— Такое и отметить можно, — предложил Владимир. — Я бы даже сказал, что обязательно надо.
Только Даша скромно хотела отказаться от предложения, как из двери, ведущей в ремонтную мастерскую вышли Илья и Юрка — все это время они лазили по мастерской, по которой Волков устроил экскурсию другу. Как будто услышав, что тут собираются что-то отмечать без них, они тут же явились в зал и, поздравляя Дашу с получением специальности, начали суетливо искать выпивку.
Юрка уже деловито надиктовывал Стасу, что нужно сбегать и купить, как двери автоцентра внезапно открылись и на пороге появились четверо мужчин.
Князев тут же вышел вперед, задвинув Дашу за себя. Она растерянно отступила назад, и ее в эту же секунду утянул еще дальше Серега, а потом сам встал перед ней, загородив собой. Она хотела было рыпнуться вперёд, но заметила на себе взгляд Афгана — тот отрицательно покачал головой, явно советуя ей не высовываться. На это Даша чуть обиженно фыркнула и приподнялась на носочках, чтобы хоть что-нибудь увидеть за спинами парней.
— Ребят, все хорошо? — вполне мирно поинтересовался Артем, но в его голосе сквозила явная угроза. — Нам же конфликты тут не нужны?
Юдина напряженно оглядывала выстроившихся друг напротив друга мужчин. И если с ее стороны стояли все, кого она более или менее знала, то напротив стояли люди, которых Даша видела в первый раз. И они не вызывали у нее чувства доверия.
Пришедших было четверо: трое невыразительных парней лет двадцати пяти-тридцати стояли чуть позади, а четвёртый, коротко стриженный и с
