полагал, что волки будут отсиживаться гораздо дольше. Зная вээровцев Сибири, России и Европы нетрудно было предположить, что настолько откровенный спектакль, как подрыв собственной базы, кого-нибудь обманет. Но все оказалось гораздо сложнее и неожиданнее, чем ожидал Арчи.
Волки сворачивали и паковали спальники, рассовывали по ранцам вещи и снаряжение. Арчи тоже пихнули под бок — весьма бесцеремонно. И впервые заговорили с ним.
— Эй, болезный! Собирай туловище в кучу! Да пошевеливайся! — Волк говорил добродушно, словно обращался не к пленнику, а к ребенку.
И метнул ему точно такой же комбинезон, какой Арчи натянул в лесу. Потом принес и ботинки. Тоже чужие, но вполне подошедшие по размеру.
Пока Арчи облачался, волк занялся спальником — тот, скатанный по всем правилам, казался совсем крохотным, как короткая трость. Видимо, материал спальника был тонким и пористым и имел свойство в развернутом состоянии впитывать и удерживать воздух.
Волки запихали спальник в продолговатый контейнер, который тут же уволокли к единственному выходу.
От Арчи ни на шаг не отходили двое дюжих плечистых волчищ с механическим оружием в руках.
— Ты не трепыхайся особо, — посоветовал один из них. — Тогда все будет тип-топ. И паралитика не вкусишь… А то мы можем.
— Не сомневаюсь, — буркнул Арчи.
У всех волков прослеживался один и тот же неясный акцент. За две недели Арчи к нему успел привыкнуть и даже стал неосознанно подражать этому акценту, переняв и произношение, и интонации.
— От и молодчик! — закруглился волчище и отвернулся к выходу. Второй остался стоять как стоял: боком, причем ствол его автомата был обращен, конечно же, к Арчи.
Каждое движение, каждая повадка любого волка выдавала прирожденного бойца, у которого все завязано на рефлексы, и рефлексы эти возможно выколотить только вместе с жизнью.
Часа два пришлось ждать; волки свернули все, кроме единственного стола с тем самым прибором-книжкой. Часть из них — числом десятка в три — вышла наружу и больше не возвращалась. Потом, минут через сорок, ушла вторая партия.
Арчи попал в четвертую партию. Троих непонятных людей увезли в предыдущей.
— Эй! Вислоухий! — позвали его.
Арчи поднял голову; последние полчаса он сидел, привалясь спиной к ороговевшей стене.
— Вставай давай! Руки за спину! Шагом арш! Вон, следом за ними…
И указал стволом автомата на очередную направляющуюся к выходу группу. Арчи послушно пристроился следом, сложив руки за спиной. Долгое ожидание и долгое бездействие успели его изрядно утомить.
По пути к герметичному шлюзу они преодолели шесть крутых, лабиринтоподобных поворотов. Такое впечатление, что тайник, в котором прятались волки, строили какие-нибудь средневековые маньяки-маскировщики.
Снаружи было темно; гул падающей воды навалился, едва Арчи свернул за очередной поворот и прошел сквозь тесный овальный шлюз.
«Да это же плотина!» — осенило Арчи.
Они стояли на нижнем, а возможно, и на втором снизу уступе, на вогнутой стороне, обращенной к устью Ангары. С верхнего уступа белесым упругим потоком лилась вода, поэтому разглядеть что-либо вокруг было невозможно. Широченный, во всю Ангару, водопад. И под ним, во влажном облаке водяной пыли — волки, и ход в потайной схрон, скрытый в теле плотины.
«Вот те на! — подумал Арчи, украдкой оглядываясь. — А я думал, плотины сплошные, монолитные… Как же!»
Но неужели о схроне никому больше неизвестно? Не может быть! Экологи, гидроинженеры, плотиноводы — эти должны о подобных сюрпризах знать.
— Давай-давай! Шевелись!
Арчи бесцеремонно пихнули в спину. Он провел по лицу — влага осаживалась на двухнедельной щетине крошечными капельками.
А потом он увидел, куда ему предстоит идти.
Чуть в стороне, прямо в потоке льющейся воды, виднелся узкий проход. А за ним — Ангара с высоты добрых тридцати метров. Луна на западе, и светлая дорожка на волнах; и темный полог тайги на берегах, и мерцание звезд на летнем небе…
Звезды мерцали очень сильно.
Волки шли прямо по воздуху, ни на что ногами не опираясь. То есть, вероятно, опираясь, конечно, но это что-то было невидимым… точнее, видимым, но лишь едва-едва. И упиралось оно в небольшое темное пятно, похожее на отдраенный люк самолета. Самого самолета, понятно, видно не было.
«Опять камуфляж», — понял Арчи.
Ступить на то, что все естество упрямо считало пустотой, было невероятно сложно, но Арчи сжал волю в комок и пересилил естественный страх высоты.
Опора была вполне твердой и надежной, и даже с невидимыми перильцами. Стараясь не слишком глядеть по сторонам, Арчи дошел до пятна-входа и едва преодолел слабо просматривающуюся перепонку, как сразу почувствовал себя увереннее.
Пустота осталась за перепонкой. А он и впрямь оказался в чем-то похожим на самолет или даже скорее на махолет, потому что корпус этого «чего-то» был не сигарообразным, не вытянутым, а пузато-округлым, как исполинская дыня.
Вдоль стен (или бортов?) тянулись ниши-кресла; почти все были заняты волками. В центре отсека грудой лежали ранцы, продолговатые контейнеры (вероятно, с припасами), оружие…
— Давай, давай, не спи, замерзнешь.
Арчи опять чувствительно пихнули, подталкивая к нескольким незанятым нишам, самым дальним.
Он послушно прошел и плюхнулся в крайнюю. Охрана приземлилась рядом.
— Пристегивайся!
Разобраться в системе ремней оказалось совсем несложно. «Щелк-щелк!» — сказали зажимы, и Арчи надежно зафиксировал себя в нише. Теперь этот самолет-махолет можно было вертеть и переворачивать как угодно — Арчи никуда не делся бы со своего места.
В отсек вбежал еще кто-то, повозился у люка и быстренько юркнул в последнюю свободную нишу.
— Готово, Тигра! Стартуй давай! — раздался голос одного из волков-главарей.
— Атас, смертнички! — сказал кто-то весело и небрежно. — Выдохнули! Старт!
Голос был женский.
Арчи выдохнуть успел. Мгновенно навалилась свинцовая тяжесть, сковав каждую мышцу, и он понял, что летательный аппарат волков стремительно набирает высоту.
«И что же теперь? — размышлял Арчи. — Засекут этот старт наши БЛСники или нет? Вряд ли: эта летающая штуковина, как и все остальное оборудование волков, чисто механическая. А задействовать новейшие разработки в области радиолокации сибиряки могут и не успеть. Хотя две недели прошло, если они не сидели сиднем все это время, а работали… могли бы и уложиться».
Думать было тяжко: казалось, перегрузка навалилась даже на мысли. Но мало-помалу она стала слабеть.
«Интересно, куда мы перенесемся? В какую точку Земли?»
Знай он скорость этого аппарата, можно было бы прикинуть расстояние от Чадобецкой плотины, которое успели бы пролететь за двадцать минут. Впрочем, может, и не за двадцать минут: кто сказал, что у волков всего один такой аппарат?
И Арчи понял, что гадать бесполезно. Он просто слишком мало о волках знает. По-прежнему мало, даже две недели проведя у них в плену.
Летели
