ношу кольцо Павла и пытаюсь осознать всю важность его слов.
Теперь всем ясно, кто ты для меня.
Моя семья. Ты и Кин принадлежите мне.
Я всегда буду выбирать тебя.
Клянусь, с каждым днем этот человек разрушает мою защиту, и я начинаю смотреть на все другими глазами. Черно-белый мир, в котором я жила раньше, растворился в оттенках серого.
— Слишком крепко, мама, — шепчет Кин, и я заставляю себя ослабить хватку на его руке.
— Прости, малыш, — бормочу я, гладя его волосы свободной рукой. Несмотря на заверения Павла, что сегодня все будет хорошо, у меня в животе бушуют нервы.
Павел кладет руку мне на поясницу, тепло его ладони проникает сквозь ткань платья.
— Дыши, — напоминает он мне.
— Все хорошо, — отвечаю я, бросая ему ободряющий взгляд.
Массивная входная дверь распахивается, прежде чем мы до нее доходим, открывая вид на миниатюрную блондинку с закрученными волосами и ослепительной улыбкой. Кира Белова, как я полагаю. Она одета в повседневную одежду — белые льняные брюки и струящийся синий топ — и больше похожа на инфлюенсерку, чем на жену грозного босса братвы.
— Наконец-то! — восклицает она, раскрывая объятия. — Я уже начала думать, что вы нас бросите.
— И не подумал бы об этом, — отвечает Павел, отвечая на ее объятие с удивительной теплотой.
Я моргаю, застигнутая врасплох ее восторженным приветствием. Она целует его в обе щеки, а затем обращает свои сверкающие голубые глаза на меня и Кина.
— А ты, наверное, Хоуп, — говорит она, беря мою свободную руку в свои. — Добро пожаловать в сумасшедший дом.
Я готовилась к холодному приему, даже подозрению, но ничего подобного не произошло.
— Спасибо, — говорю я. — Мне тоже приятно познакомиться.
Кира опускает взгляд на Кина, который наполовину прячется за моими ногами, вдруг став застенчивым.
— А этот красивый джентльмен, наверное, Кин, — говорит она, приседая до его уровня. — Мой сын Алексей очень хотел с тобой познакомиться. Он примерно твоего возраста.
Кин выглядывает, внимательно ее разглядывая.
— Здравствуйте, — тихо говорит он, после того как я подталкиваю его.
— Ого. Ты, наверное, любишь динозавров? — замечает Кира, обратив внимание на его галстук-бабочку. — Уверена, у нас где-то в доме есть классные игрушки-динозавры. Пойдем их поищем?
Кин кивает, все еще прижимаясь ко мне, но явно заинтригованный.
— Прекрасно. Заходите, заходите. — Кира выпрямляется и приглашает нас войти. — Все на заднем дворе. Мы обедаем на террасе.
Их дом потрясающий, с высокими потолками в бежевых, черных и белых тонах. Это со вкусом оформленный и сдержанный роскошный интерьер. Пока мы следуем за Кирой по дому, рука Павла не отрывается от моей спины.
— Видишь, не так уж и плохо, — шепчет он, касаясь губами моего уха.
Двери террасы открываются, открывая вид, как из журнала о роскошных путешествиях. Длинный деревянный стол стоит под аркой, увитой цветущими лозами. Он накрыт к обеду, с простыми белыми тарелками и свежими цветами, разбросанными по центру. За садом находится пруд с карпами кои, о котором Павел рассказывал Кину.
— Черт возьми. — Я не могу сдержать эти слова, которые вырываются из моего рта.
Кира смеется.
— Спасибо. Это именно та реакция, которую я и ожидала.
Вокруг стола стоят остальные члены внутреннего круга Синдиката. Я замираю, когда все взгляды обращаются на нас.
— Все, — говорит Павел с легкой уверенностью. — Моя жена Хоуп и ее сын Кин.
Манящее «моя жена» кажется броней, защитным кругом, который никто не может пробить.
Но когда я оглядываюсь на всех, я не вижу враждебности или ненависти. В основном только любопытные взгляды.
Высокий, представительный мужчина с седеющими волосами отделяется от группы. Даже без официального представления я знаю, что это Максим Белов. Его авторитет неоспорим, смягченный лишь очаровательной блондинкой-малышкой, сидящей у него на бедре.
Павел подходит и бережно берет девочку на руки.
— Анна, — говорит он, целуя ее пухлую щеку и ласково говоря с ней по-русски. Она в ответ хихикает, и, черт возьми, это прямо бьет меня по яичникам.
Максим обращает на меня свои пронзительные голубые глаза.
— Хоуп. Добро пожаловать в наш дом.
В его голосе слышится прохлада, за его глазами проходит оценка, хотя его манера поведения совершенно дружеская. Я понимаю. Мы оба оцениваем друг друга, пытаясь понять, кто есть кто. Чтобы построить доверие, понадобится время.
— Спасибо, что приняли нас, — говорю я, автоматически произнося вежливую фразу.
— Алексей! — зовет Кира, и маленький мальчик, примерно одного возраста с Кином, подбегает с того места, где он играл с чем-то, похожим на машинку на дистанционном управлении. — Это Кин. Пока взрослые разговаривают, покажи ему свои игрушки.
Алексей с открытым любопытством изучает Кина.
— Тебе нравятся роботы? — спрашивает он на отличном английском.
— Мне больше нравятся динозавры.
— У меня в комнате есть динозавры, — предлагает Алексей. — И роботы тоже.
Кин смотрит на меня, молча прося разрешения. Я киваю, несмотря на нервозность в животе.
Не так давно я поклялась, что никогда не позволю Кину играть с детьми Беловых. Но Павел прав: дети в этом деле ни в чем не виноваты.
— С ними все будет хорошо. — Павел сжимает мое плечо. — Наверху есть няня.
Кира протягивает руку, чтобы взять свою очаровательную малышку из рук Павла.
— Я уложу ее спать. Вернусь через несколько минут.
Павел берет меня за руку, когда к нам по террасе подходят трое мужчин. Все они высокие, внушающие страх и абсурдно красивые в том опасном смысле, который, кажется, является обязательным требованием для всех русских мужчин.
— Хоуп, я уверен, ты помнишь Романа Васильева, — говорит Павел, указывая на мужчину, с которым я кратко познакомилась в самолете на пути из Гонконга.
Роман вежливо кивает мне.
— Рад снова тебя видеть.
— А это Николай Жуков, — продолжает Павел, когда мужчина с короткими темными волосами и татуировками на шее подходит ко мне и пожимает мне руку.
Его пристальный взгляд внимательно оценивает меня, и я чувствую исходящую от него настороженность. Мне нужно несколько секунд, чтобы понять, почему. Это муж Софии. Женщина, которую похитил Саймон.
Между нами происходит момент узнавания. Я не знаю, что сказать, но решаю пойти по пути правды.
— Мне очень жаль, — тихо говорю я. — За то, что случилось с твоей женой.
Он кивает и напряжение в его плечах немного спадает.
— А я Вадим Лазарев. — Мужчина с вьющимися каштановыми волосами и непринужденным поведением — по крайней мере, по сравнению с остальными — протягивает мне
