подводных крыльях? Здесь можно назвать многих, ведь такие корабли сулили множество выгод. И не только преимущество в скорости и маневре. Еще во время войны, начиная с 1943 г., на горьковском заводе «Красное Сормово» заработало небольшое конструкторское бюро под руководством Ростислава Евгеньевича Алексеева. Главной задачей нового КБ было создание катера на подводных крыльях, так как, видимо, разведка узнала, что немецкие судостроители очень интенсивно разрабатывали такие суда различного назначения – патрульные, десантные, транспортные и даже взрывающиеся, то есть скоростные корабли-мины.
После войны в КБ Туполева попали-таки данные о немецких катерах типа VS на подводных крыльях конструктора Г. фон Шертеля. Бригада конструкторов, занимавшаяся этим вопросом, была небольшой, дальше попыток понять, как, каким образом можно приспособить немецкие разработки для советских заводов, дело не пошло. Бригаду вскоре перенацелили на другое задание.
Одним из первых и лучших советских кораблестроителей, занимавшихся после войны подводными крыльями и даже имеющий определенный успех в этом, был Павел Густавович Гойкинс. При работе над 183-м проектом Павел Густавович много занимался новым типом двигателя – газотурбинным. В 1949 г. катер на подводных крыльях появляется в КБ Р. Е. Алексеева. В 1951 г. и Гойкинс, и Алексеев получают Сталинскую премию. Оба за разработку торпедных катеров.
В. М. Бурлаков, известный конструктор кораблей в 1950-х гг., руководил разработкой 184-го проекта. В 1954–1956 гг. было построено два катера, развивавшие скорость 62 узла (115 км/ч). Два катера – это, конечно, немного, но на них отрабатывались многочисленные технические вопросы использования новых типов судов. По следующему проекту В. М. Бурлакова, 125-му, в 1960-х гг. построили уже восемнадцать единиц. Эти катера использовались на Балтийском и Черноморском флотах в качестве пограничных сторожевых кораблей и торпедных катеров. Один такой катер даже попал на Иссык-Куль!
В 1960-х гг. основной проблемой для советского ВМФ была борьба со скоростными атомными подводными лодками американцев, несущими ядерные ракеты. Для их поиска нужны были скорость и гидроакустическое оборудование. Для уничтожения лодки с баллистическими ракетами необходимо было мощное вооружение. Выполнять такие задачи могло только специальное судно – противолодочный корабль. Первый большой противолодочный корабль (БПК) был спущен на воду в 1960 г. Его скорость была 35 узлов.
Недостаток скорости БПК компенсировался хорошей гидроакустикой и палубными вертолетами, которые ускоряли поиск подводных лодок противника и существенно расширяли его зону.
Не были забыты и подводные крылья. Проба подводного крыла на рубеже 1940-1950-х гг. на торпедных катерах прошла успешно – катера с подводными крыльями развивали невиданную доселе скорость – 70 узлов! Но вооружение катеров торпедами для потребностей флота в 1960-х гг. было уже недостаточным. Противокорабельные ракеты (ПРК) были более эффективны. Поэтому с катеров начинают снимать торпедное вооружение, заменяют установками противокорабельных ракет. Проектируют и строят ракетные катера на подводных крыльях, а с середины 1960-х начинается проработка противолодочного корабля с подводными крыльями.
Вот, например, как проходила работа над катерами 183-го проекта. Сначала они были без подводных крыльев. Скорость у такого ракетного катера оказалась небольшой, 43 узла. Потом на катера этого проекта начали ставить передние подводные крылья. Усовершенствование существенно добавляет скорости этим катерам, и она становится 51,8 узла. Ракетные катера проекта 205 сразу стали строить с подводными крыльями. Кроме ракетных катеров с подводными крыльями строились также пограничные катера и сторожевые корабли.
В 1971 г. началось строительство артиллерийских катеров проекта 206М «Шторм». Проект был разработан в знаменитом ЦМКБ. Руководили проектными работами И. П. Пегов и А. П. Гордянко. За пять лет с 1971 по 1976 г. было построено двадцать четыре катера. Последние два долго оставались в составе Каспийской военной флотилии.
Шестнадцать катеров в 1978–1985 гг. было построено для Кубы, Вьетнама и Эфиопии. Правда, они назывались проект 206МЭ.
206-й проект разрабатывался сначала как торпедный. В середине 1970-х гг. руководство ВМФ пришло наконец к выводу о бесперспективности дальнейшей разработки торпедных катеров. Однако 206-й проект оказался вполне подходящим для дальнейшего совершенствования. С 1976 по 1983 г. было выпущено одиннадцать катеров. Ракетный катер оказался чуть-чуть тяжелее, его скорость составила 42 узла, что всего на 2 узла было меньше, чем у торпедного варианта 206-го проекта. Катер получил название в проектной документации «Проект 206МР». Ракетное вооружение – два противокорабельных комплекса «Термит» и шестнадцать комплектов ПЗРК «Стрела» при дальности хода до 1000 миль делали этот катер достаточно серьезным средством для борьбы с надводными группировками кораблей противника и его авиацией.
С противолодочными кораблями все оказалось гораздо сложнее. Необходимость гидроакустической системы многократно усложняла разработку корабля такого класса с подводными крыльями. Эту задачу стали решать в Зеленодольском проектном конструкторском бюро (ЗПКБ) под руководством Александра Викторовича Кунаховича в середине 1960-х гг. И несмотря на то что главный конструктор умер в 1968 г., проект все-таки был завершен. В 1978 г. в состав флота был введен малый противолодочный корабль на подводных крыльях проекта 1141 «Александр Кунахович». И хоть корабль был опытным, однако службу нес исправно. Мог применять оружие на ходу до волнения в 5 баллов, «бегал» по морю со скоростью 52 узла. Первоначально главным вооружением корабля было восемь торпед СЭТ-72, а в 1990 г., за четыре года до списания корабля, торпедные аппараты были сняты и была установлена система «Медведка» с восемью противолодочными управляемыми ракетами.
Не менее важной частью вооружения корабля была его гидроакустическая система «Шексна». С ее помощью экипаж неоднократно выигрывал приз командующего Черноморским флотом по поиску подводных лодок. На МПК «А. Кунахович» впервые был внедрен новый способ поиска подводных лодок противника, так называемый «вертолетный» (скачкообразный). Этот способ был разработан в Зеленодольском ПКБ еще на рубеже 1950-1960-х гг. по предложению А. В. Кунаховича и его брата Константина, работавшего в ЦАГИ. Корабль на скорости, превышающей скорость АПЛ противника, выходил на точку, где опускал акустическую антенну на глубину 150 м. Затем мчался в другую точку, где двигатели вновь стопорили и опускали антенну. За час корабль мог исследовать площадь в 3,1 кв. км.
Самыми скоростными на тот момент были торпедные катера и сторожевики, а также авиация. Скорость торпедных катеров в начале 1960-х гг. доходила до 70 узлов, но на них еще надо было устанавливать соответствующее гидроакустическое оборудование. Лучше всего для поиска подводных лодок подходили вертолеты. У нас они только начали появляться. Фирма Камова разработала компактные вертолеты, которые можно разместить на палубе корабля Ка-25. Наша палубная авиация делала первые шаги, и для нее еще нужно было строить корабли.
В начале 1970-х гг. перед ЦМКБ «Алмаз» была поставлена задача спроектировать малый ракетный корабль (МРК) на экспорт. Проект получил название 1234Э. Причем в рамках проекта было предусмотрено, что МРК можно будет строить как водоизмещающим, так и
