лишний.
— Детям нужен отец, а ты решаешь за них, это не совсем обдуманный поступок. Ты рубишь сгоряча, как мне кажется, — осторожно подбирая слова, высказал своё мнение Сергей. — Какие бы не были ваши разногласия, вы два разумных человека, я думаю, сможете их решить. И у ваших детей будут любящие друг друга мама и папа, как у тебя.
— Нет не будут, — тихо сказала она. — Сначала он отказался от меня, а теперь я отказываюсь от него.
— Чем он тебя обидел, Катя?
— Не то, чтобы он меня обидел. Просто я смотрела на него влюблёнными глазами и не замечала многих вещей. Наши идеальные отношения закончились в момент инфаркта Игоря, а после каждый из нас показал своё истинное лицо, а не лучшую из его сторон, как до этого. Он жёсткий и властный, любит всё и всех контролировать, я не могу залезть к нему в голову и узнать о чём он думает, а он не говорит, я ему не доверяю, тут ты прав. Как и он мне. А теперь, после того, что ты устроил, а я рассказала слишком до фига, как ты думаешь, что он обо мне думает? Зачем ты это сделал?
— Мне кажется, что тебе было нужно выговориться, чтобы кто-то увидел тебя, настоящую. Может, я тоже к Вадиму отношусь предвзято, но Игорь ему верил, братья за тебя обеими руками. Человек по-настоящему любит другого человека, когда видит его целиком, а не по частям. Он увидел, если ему не нравится, значит, ты права, если же всё иначе, Вадим тебе об этом скажет.
— Или промолчит, как всегда, — хмыкнула Катя. — Он назвал меня проблемой, которую ему надоело решать, а тут нас сразу трое. Куда ему такое счастье?
— Не решай за него, — вздохнул Сергей. — Человек — существо многогранное, а не две стороны одной монеты. У тебя граней больше, чем у других, такой уж ты уникальный человек, прими это. Прими себя такой, я тебя вижу такой, и ты мне очень нравишься.
— Спасибо тебе, что поддержал меня сегодня, — улыбнулась ему Катерина. — Давай не будем больше о нём говорить? Я потом подумаю.
— Я всё же скажу. Игорь был очень за вас рад, он считал вас идеальной парой, вы дополняли друг друга. Вадим тебя уравновешивает, ты перестала творить всякую дичь, как ты выражаешься, с ним ты начала быть женщиной, а не вечным воином. Игорь впервые видел его счастливым рядом с тобой. Чувства Вадима к тебе сильны и он может посмотреть правде в глаза, принять её и жить дальше, если есть ради чего. Сегодня он от тебя не отвернулся.
— Мы просто наедине ещё не оставались…
— Ты боишься, — покачал головой Сергей. — Я вижу твой страх. Ты боишься того, что он скажет на новость об отцовстве. Но лучше знать точно, чем жить своими предположениями, они могут быть в корне не верны!
— Хватит! — Катя бросила вилку и нож на стол. — Я не хочу больше бояться, я хочу быть счастливой! Без него! Без всех остальных! Я устала — думать о ком-то, за кого-то, переживать. Можно мне просто попробовать быть счастливой так, как я это вижу? Можно мне, пожалуйста, мой личный кусочек счастья, который не надо ни с кем делить?! Можно?
— Конечно можно, ты это заслужила, — вздохнул Сергей. — Прости, я на тебя давлю. И за сегодняшнее представление, тоже прости, пожалуйста, не стоило мне приходить и тебя выводить на разговор. Мне просто начало казаться, что я тебя теряю, все, кто тебя любят это чувствуют.
— Вы меня не теряете, мне просто нужно побыть одной и собраться с силами. Решить организационные моменты и успокоить немного нервишки. Со мной всё хорошо! За мной не надо присматривать. Мне надоело цепляться за людей, мне пора взрослеть! За голову там браться, за ум, всякое такое прочее из взрослой жизни. Я справлюсь!
— Не сомневаюсь в тебе, кушай главное и отдыхай побольше — твоя главная задача на ближайшие месяцы. С остальным я тебе помогу, можешь на меня всегда рассчитывать.
Они улыбнулись друг другу и провели почти два часа за вкусной едой и приятной светской беседой, отец и его новообращённая дочь. Напоследок она дала ему своё благословение:
— Я рада за вас с Тасей, что у неё теперь есть кто-то кроме меня. Уж не знаю, чем ты её завоевал, но, видимо, что-то особенное.
— Она не крепость, Катерина, — покачал головой Сергей. — Она просто женщина, которая мне стала близка сердцу.
— Заботься о ней, пожалуйста, хорошо, а о Полинке ещё лучше. Обидишь их — прибью. Я потом с Тасей встречусь, ладно? Обсудим средства современной котрацепции, раз уж обе ими плохо владеем. У меня пока сил нет, ни на что, даже за неё порадоваться, только за себя.
— Конечно, я ей скажу, что у тебя всё хорошо.
Ночью, оставшись одна в гостиничном номере, который теперь стал её новым временным домом, Катя легла в холодную кровать и свернулась калачиком под тонким одеялом. С Вадимом надо было поговорить, Сергей был прав, нельзя так его оставлять, тем более после того, как она сбежала от него из отеля.
— Подумаю об этом завтра, — зевнула Катя, закрывая глаза.
Она улыбнулась в темноте, поглаживая себя по животу. Доктор сказала ей, что скоро он стремительно начнёт расти, потому как там целых два здоровых малыша. Катя прыснула от нервного смеха, если они будут в отца Великана, к Новому году её живот не иначе как будет размером с арбуз.
Глава 31. Шизотряска
Бойтесь желаний своих ибо они сбываются. В начале осени Вадим безумно желал избавиться от любовного яда Катерины, к середине понял, что пропитан им насквозь и не так уж и плохо быть больным. К концу осени Вселенная, видимо, услышала его изначальное желание и выполнило его, пусть и с опозданием. Катерина из жизни Вадима самоликвидировалась, перед этим устроив семейные посиделки с отцом, которому она выговорилась так, как никогда не выговаривалась никому из ныне живущих. Только Игорю. Ему она доверяла, Вадиму нет. Он бы мог на неё разозлиться в очередной раз, да только он её понимал. О таком лучше вообще никому не говорить. После всего, что он услышал о ней, Вадим поймал себя на мысли, что ему абсолютно всё равно, Катя она или Карина, он видел её Бесстыжей, которая всегда была разная.
Вадима сложно было удивить, но она удивила своим открытым браком и огромной разницей между тупым отморозком Веретенниковым и Артёмом, красавчиком
