Скорбные так и не появились из своих домов, хотя Надя была уверена, что все они видели, какая судьба постигла Нахора.
После слов Каэрона рудые не стали более настаивать, а подобрали тело и убрались восвояси. Как только это произошло, Каэрон захлопнул ворота и направился к Наде.
– В порядке? – спросил он, с тревогой глядя на нее.
Она прикрыла на миг глаза и кивнула. Но Каэрон все равно осторожно, словно спрашивая на то разрешение, обнял ее. Казалось, он опасался, что его недавние действия отпугнут и отвратят ее. Но Надя лишь зарылась носом в его одежду.
– Со мной все хорошо, – заверила она его, наконец прогоняя часть напряжения, которое владело ею все это время.
****
В открытом космосе, очень далеко от Земли, в кабине космического корабля, перед многочисленными голубыми экранами, на которых можно было увидеть множество различных цифр и значений, сидел молодой человек.
Он что-то проверял, и его взгляд переходил с одного экрана на другой. Время от времени мужчина что-то быстро набирал на сенсорных экранах и в какой-то момент на одном из них появился стройный ряд цифр, похожий на координаты.
Человек, словно не ожидавший ничего подобного, ошеломленно замер, а затем вскочил на ноги.
– Что такое? – донеслось до него из соседнего кресла.
– Старший помощник, – в голосе мужчины слышалась неуверенность, – кажется, у меня наконец получилось отследить, откуда пришел сигнал командора.
Глава 85
На следующий день Харох ушел в лес прямо с утра. Он выглядел хмурым и удрученным. Надя беспокоилась за него, но тот на ее попытку поговорить лишь отмахнулся, давая понять, что разговоры по душам ему не требовались.
– Оставь его, – посоветовал Каэрон, а затем принялся осматриваться.
– Что ты делаешь? – спросила у него Надя.
– Хочу построить нам дом.
Только тогда она вспомнила, что как-то он обещал сделать это, но после у них постоянно находились какие-то дела, затем и вовсе пришли скорбные, и они все были заняты постройкой хижин для них.
И пусть в глубине души она уже несколько раз размышляла о том, как жить вместе, но такие явные слова Каэрона заставили ее ощутить неловкость. Несмотря на эти чувства, она не собиралась отговаривать его. Как любой другой женщине, ей хотелось иметь свой угол.
– Нужно сделать его больше, – произнесла она, старательно подавляя любое смущение.
Каэрон на ее слова кивнул, а затем направился к месту, которое, по его мнению, идеально подходило для их будущего дома. После этого они с Надей вместе сделали разметку.
К этому моменту многие скорбные уже проснулись, они вышли из хижин и, когда заметили Надю с Каэроном, направились к ним, чтобы узнать, что те делали. Когда им было сказано, что здесь будет построен еще один дом, они предложили помощь в постройке. Надя думала, что Каэрон согласится, но тот внезапно отказался, сказав, что сам вполне способен проделать такую работу.
Надя собиралась помочь ему, но тут Каэрон напомнил ей:
– Разве ты не собиралась там что-то посадить?
У нее действительно имелась фасоль, и именно ее она хотела высадить, для этого ей требовались новые грядки. Огурцы по-прежнему росли очень хорошо, но столь однообразное питание не могло привести ни к чему хорошему.
Фасоль оказалась слишком сухой, по этой причине Надя залила ее водой и оставила на некоторое время набухать.
После этого она хотела вернуться к Каэрону, но ее отвлекли скорбные. Они спросили разрешения взять несколько шкур, которые можно было пустить на кровати и одежду.
Как оказалось, местные скорбные делали кровати по одной схеме: они собирали из длинных палок короб, внутрь которого укладывали циновку из переплетенных ветвей, сверху накидывали траву, а затем накрывали все это шкурами.
– Нужно будет соткать ткань, – произнесла одна из скорбных. – Все-таки спать на шкуре не особо приятно.
Договорив, она стрельнула взглядом в сторону Каэрона. Надя тоже посмотрела. В этот момент он забивал жерди в землю, и получалось у него это весьма ловко. Было видно, что, несмотря на сухопарость, Каэрон обладал большой силой, сравнимой с силой рудых.
– Твой муж очень способный, – произнесла она тихо. – Он не рудый, но кто он?
Надя, услышав, как женщина назвала Каэрона ее мужем, вновь смутилась, но поправлять по какой-то причине не стала.
– Он издалека, – ответила она, не став объяснять подробности. Вряд ли скорбные поверят ей, если она скажет, что мужчина прилетел из космоса.
Удовлетворив любопытство по поводу кроватей, Надя снова собиралась присоединиться к Каэрону, но тут вернулся Харох. Он притащил тушу зверя, выглядевшего как большой бобер, но без хвоста, зато с зубами, длина которых была не меньше двадцати сантиметров. Его мех казался жестким и отвратительно вонял тиной. Несмотря на все эти недостатки, зверь произвел сильное впечатление на скорбных, но по какой-то причине они не подходили ближе.
– Можете разделить между собой, – разрешил им Харох и вновь скрылся в хижине.
Услышав его слова, скорбные радостно переглянулись, а затем всей гурьбой направились к туше, принявшись весьма профессионально и быстро ее разделывать.
Надя принялась им помогать. Раньше у нее всегда уходило много времени на разделку, но скорбные, явно гораздо более опытные и привычные в этом деле, справились намного быстрее.
Мясо было разделено на части, а потом, по совету Нади, его начали обрабатывать. Одну часть поставили коптить, вторую нарезали тонкими слоями и развесили сушиться, третью принялись готовить в надежде сохранить на более долгий срок.
Вскоре в убежище стоял приятный запах жареного мяса.
Как только начало темнеть, Каэрон прекратил работу и направился к костру, а из хижины вышел Харох.
После еды совсем стемнело, никто больше работать не собирался, все разбрелись по домам.
На следующий день все повторилось.
Утром Харох ушел в лес, Каэрон принялся за стройку, а Надя проверила набухшие бобы и решила, что их нужно разделить.
Половину она спрятала под тряпку, намереваясь прорастить без посадки в грунт, вторую половину оставила и принялась возводить новые грядки. Проснувшиеся скорбные, когда узнали, что именно она делала, решили помочь. С их помощью Наде удалось к обеду завершить работу.
– Вырастут такие же большие плоды? – спросил один из скорбных у нее, глядя с интересом на то, как она высаживала фасоль.
– Я не уверена. Результат и для меня оказался весьма неожиданным.
– Почему? – поинтересовался тот.
– Огурцы не
