подождать.
– Хорошо. – Он снова накрыл мои губы своими, притянул меня к себе на колени и начал подниматься вместе со мной, висящей у него на талии. – Сегодня я хотел бы сконцентрироваться на всем хорошем и на том, что я правда люблю тебя.
– Если ты меня так любишь, может, нам больше не нужно столько трахаться?
– Мы всегда будем трахаться, Джиллиан, – улыбнулся он, неся меня в постель. – Это лучшее, что у нас есть.
Гейт В38
Джейк
Нью-Йорк (JFK) – Токио (NRT)
Впервые за много лет я чувствовал, что в моей жизни почти все, как надо. Захватывающий выброс адреналина на взлете, ради которого я жил, снова вернулся, а то, что у меня наконец был кто-то, кто не предаст меня, давало мне возможность снова начать доверять другим.
Прошло всего несколько дней, как мы помирились с Джиллиан, и я знал, что придется сделать многое для того, чтобы вернуться к той же странице – чтобы остаться на той же странице, но я решительно настроился на это.
Едва приземлившись в Токио, я позвонил Джеффу, чтобы убедиться, что цветы, заказанные мной вчера, будут доставлены к ней в нужный час по западному времени.
– Да, я сделал заказ, мистер Вестон, – рассмеялся в ответ Джефф. – Все восемь букетов. Вы же из-за этого звоните, правда?
– Нет, я звоню поболтать о погоде.
– Я так и думал, – снова рассмеялся он. – Вам идет быть влюбленным, мистер Вестон. Вы стали гораздо более выносимы.
– Я и раньше был выносим, – сказал я. – Увидимся, когда вернусь. И спасибо.
– На здоровье.
Отключившись, я встал, чтобы выйти из кабины и попрощаться с пассажирами впервые за неизвестно какое время. Меня даже не раздражало то, что они фотографировались в проходе со стюардессами, тратя драгоценное время.
Когда из самолета вышел последний, я тоже пошел к выходу, и тут у меня в кармане задрожал телефон. Джиллиан.
– Алло?
– Эй… – ее голос почему-то был слабым. – А я надеялась попасть на автоответчик…
– Почему?
– Потому что хотела оставить важное сообщение.
– Джиллиан, ты пьяна, что ли? – вздохнул я. – Вы что, играете во что-то с твоей соседкой?
– Нет, – откашлялась она. – Мне надо тебе кое-что сказать, то, что я пыталась сказать тебе, когда мы помирились.
Я остановился на входе в терминал и подкатил чемодан к окну.
– Так это все-таки что-то плохое?
– Нет, просто время неудачное.
– Ты не беременна.
– Нет. – Она нервно рассмеялась. – Нет, я совершенно точно не беременна.
– И ты говорила, что ни с кем не спала, пока мы были врозь. – У меня сжалась челюсть. – Или ты хочешь сказать, что это не так?
– Нет, дело не в этом. С тех пор как мы встретились, я сплю только с тобой.
Барабаня пальцами по ручке чемодана, я мысленно прокрутил перед собой месяцы, пока мы были врозь и месяцы до нашей встречи. Я вспомнил, как она рассказывала мне длинные истории о своих неудачах, непременно связанных с ее семьей, и решил, что она наверняка снова делает из мухи слона.
– Я так понимаю, это будет долгий разговор? – спросил я.
– Да, – почти прошептала она.
– Ладно. – Я направился в сторону шаттла. – Я перезвоню тебе из отеля.
– Обещаешь? – в голосе звучало беспокойство. – Обещаешь позвонить сразу же, как заселишься?
– Да, Джиллиан. Как только войду в номер.
– Да, хорошо. Я жду.
– Перезвоню через двадцать минут.
Я отключился, чувствуя волнение. Пройдя мимо выдачи багажа, я догнал остальной экипаж, который уже садился в автобус.
– Простите, капитан! – подошел ко мне мужчина с фотоаппаратом. – Нельзя ли с вами сфотографироваться?
– Со мной?
Он кивнул, указав на свою маленькую дочь в бело-голубом платьице.
– Дочка попросила меня спросить вас. Это бы так ее обрадовало.
– Конечно. – Я остановился и подождал, чтобы девочка подошла ко мне.
Человек поднял камеру, и я искренне улыбнулся.
– Спасибо! – Он подхватил девочку на руки, уронив при этом сложенную газету.
– Я подниму, – сказал я, нагибаясь. Я уже протягивал ему газету, но мои пальцы инстинктивно сжались, когда я понял, что это был вчерашний выпуск New York Times с большой фотографией моей «аномалии» на первой странице.
Какого черта…
Терминал С: Парень обманывает девушку
(Ну, или наоборот…)
Джиллиан
ЗАПИСЬ В БЛОГЕ
Сегодня
Все слезы, пролитые между тем, как мы в последний раз разошлись, и тем, как он появился у меня на пороге, были забыты. Бесконечные чашки кофе и бессонные ночи, кончавшиеся кучей смятых салфеток под кроватью, поблекли и исчезли в ту же секунду, как он обнял меня и упросил вернуться к нему.
И даже когда он рассказал мне всю правду, когда сказал, что любит меня, и наш секс значит для него больше, чем «просто секс», я хотела сказать ему, что в этот раз, во время самой долгой нашей ссоры, моя жизнь была наполнена не только слезами и болью. Были дни, когда я не плакала по ночам, ночи, когда я не потратила на мысли о нем ни единой секунды. Все это время моя энергия была направлена на другое.
Я собиралась сказать ему.
Правда…
Напишу позже,
