— Никак не получится. Вам придётся оторваться от созерцания мироздания и заняться собственной судьбой.
— Не понял? О чём это вы?
— О вас, конечно, — ответил мне всё тот же голос.
— Но я не хочу… — захныкал я, как маленький, у которого отбирают любимую игрушку.
— Однако придётся это сделать, иначе вам никогда не увидеть своей стюардессы, — послышалось у меня за спиной.
Последние слова одним махом сбросили с меня чары неземной музыки. Я резко обернулся. В голове очень ярко, очень остро взмыло ощущение утраты. Передо мной стоял высокий юноша (по-другому я бы и не назвал его) и с высоты своего роста смотрел на меня снисходительным взглядом всезнающего человека.
— Простите, но я что-то не пойму, — начал я, пытаясь вспомнить, где это я и как тут оказался. — А вы кто?
— Думаю, что для вас это не имеет никакого значения.
— Не понял? — я насторожился и приготовился к самозащите.
— А что тут понимать?! — пожал плечами мой странный собеседник.
— Вы только что произнесли кое-какие слова, не имеющие никакого отношения ни к вам, ни к этой дивной обстановке. Вам почему-то понадобилось вывести меня из состояния созерцания или как это у вас тут называется. Для чего? Что вы знаете о той, имя которой только что было произнесено?
— Я никаких имён не произносил, и потом ничего особенного тут нет. О вас знают многие, так случилось, что вы довольно много и достаточно долго шумите во вселенной. Поэтому не мудрено узнать о вас и про вас, тем более что всё ваше нутро снаружи.
— Вы можете изъясняться на более понятном языке? — медленно закипая, спросил я.
— Дык куда уж понятнее! — ухмыльнулся он. — Вы нарушаете все пространственные и временные законы, тем самым, создаёте такой шум, что только глухой не услышит, как вы грохочете.
— Простите, но я вас не понимаю. При чём здесь стюардесса?
— Вот именно поэтому я вас и оторвал от приятного.
— Почему? Всё-таки вы можете объяснить нормальным языком, а не вилять?
— А что, собственно говоря, надо объяснять? — неподдельно удивился он.
— Послушайте, не пудрите мне мозги. Скажите толком, где вы видели названную вами девушку?
— Нигде я её не видел. Я как раз с вашей помощью хочу её разыскать.
— То есть как?! — теперь уже удивился я.
— Как искать?.. Ну, это понятно. Вопрос в другом, Как её найти?
— Что за бред вы несёте?! — утомлённо вздохнул я. — Она погибла в авиакатастрофе. Как её можно найти?.. Или вы умеете извлекать души из нирваны?!
— Погибают тела, молодой человек, — нравоучительно заметил юноша.
— А сколько вам лет? — неожиданно для самого себя задал я вопрос.
— Чего? — не понял он.
— Мне почему-то кажется, что вам не семнадцать лет, а гораздо больше.
— С чего вы взяли? — забеспокоился мой собеседник.
— Да вы не волнуйтесь так. Это я для того спросил, чтобы вы не слишком зазнавались. Я тоже не дурак и кое-что знаю.
Он с некоторым подозрением посмотрел на меня. В глазах его затаилось беспокойство. Руки нервно затеребили край прозрачной накидки.
— Что вы можете знать обо мне? — тихо спросил он.
— Почти то же самое, что и вы обо мне, — довольно дерзко ответствовал я.
— Ладно, — примирительно сказал он. — Давайте лучше займёмся делом, ради которого я здесь и нахожусь.
— Вот именно, — подтвердил я. — Ради какого такого дела вы меня сюда затащили? — перешёл я в атаку.
— Я вас сюда не тащил. Откровенно говоря, вы мне апатичны. Здесь вы должны были встретиться с одной личностью, очень необходимой мне в данный момент.
— А вам не кажется, что вы поступаете несколько некорректно по отношению к тому человеку, о котором только что соизволили выразиться, как о личности без имени?
— Не хватайте меня за язык, — наконец-то не выдержал мой собеседник.
— Сдались вы мне, что б я ещё хватал вас за язык. — И только тут я заметил, что человек, общающийся со мной уже около получаса, ни разу не открыл рта, но, тем не менее, я его прекрасно слышал.
— Хорошо, — переходя на более дружелюбный тон, сказал странный юноша. — Поверьте, я не могу многого вам говорить, но всё, что можно, я обязательно скажу.
— Лады! — одобрил я, продолжая внимательно следить за его губами. — Только всё-таки расскажите мне, пожалуйста, хотя бы, как Вас зовут?
— Я же вам уже сказал, что для вас это не имеет никакого значения, — снова повысил голос непонятный человек.
«Странно. Девушка Надя тоже не хотела произносить своего имени», — подумал я, а вслух сказал:
— Послушайте, Господин 421! Вы мне тут талдычите уже скоро час одно и тоже, а чего хотите, так и не спраможились сказать. — Моё терпение лопнуло.
— Ну, хорошо! Позвольте мне взять ваш облик на ближайшие полчаса?
— Чего?!!!
— Я прошу вашего дозволения воспользоваться вашим обличием на полчаса. Неужели непонятно?
— Ну-у! Знаете ли!!! Это уже слишком! — Моему изумлению не было предела. — Если вы такой могучий, так зачем спрашиваете?! Я же добровольно всё равно вам этого не позволю. Воспользоваться моей внешностью во вред мне?!! Где это слыхано такое безумие?!!
— А кто вам сказал, что это будет во вред? — полюбопытствовал он.
— А для чего вы тогда об этом глаголете? — ответил я вопросом на вопрос.
— Послушайте! Вы! — сорвался на повышенный тон мой собеседник. — Мы с вами не на вашей идиотской планете, где нет ни совести, ни чести!
— Ещё одно косое слово о моей планете и вам придётся обратиться к косметологу, — перешёл я в атаку.
— Извините, — снизив тон, извинился он. — Попробую вам объяснить. Ваша стюардесса на самом деле не была таковой. Точнее, это была не совсем она.
— Что за чушь? То это была не она, а то была не совсем она?! Вы можете изъясняться на понятном языке или нет?
— Короче, — резко оборвал он. — Ваша стюардесса не погибла, потому что не могла этого сделать. Вас обвели вокруг пальца. На самом деле ничего подобного с вами не было. В вашей реальной жизни было всё совершенно не так, и вы прекрасно об этом осведомлены. Просто вам очень захотелось поверить в красивую сказочку.
— А что в этом плохого?! — ввернул я словцо.
— Плохого нет ни в чём. Есть плохие поступки, недостойные сущностей такого порядка, как данная особа. Она позволила себе поиграть временем и проекцией пространства. Произошло нарушение реальности. Смещение временных слоёв. Не говоря уже о вашем психологическом состоянии. Вы понимаете, о чём идёт речь? — спросил меня человек в прозрачной накидке.
Откровенно говоря, я ничего не понимал, но мне очень хотелось понять ну хоть что-нибудь. Поэтому я заявил:
