Пока Азраил глядел на все это, он увидел Ван Дама, который приказал своим людям «встать по стойке вольно». Потом Ван Дам приветствовал Пендрагона и попросил у него приказов.
XI
Оберон, Повелитель Небес, стоял один в своем личном саду, переливавшемся вечерними красками и освещенным только светом, отражавшимся от серебряных Башен Моммура, украшенных драгоценными камнями. Как всегда благоухающий бриз играл на замкнутых восточных воротах, принося с собой запах рая, запах его лужаек и холмов.
Оберон стоял, заложив руки за спину, и глядел в бассейн для ясновидения.
В какое-то мгновение его лицо исказилось гневом, и он дернулся.
— Глупцы! Нельзя освобождать опасное смертельное созданье!
И потом, увидев другое изображение, он пробормотал самому себе:
— Подуйте в Рог! Не забывайте Рог! И разве я не обещал, что сила вся Келебрадона придет на помощь вам, коль рога звук раздастся?
Какое-то время он стоял, задумавшись, склонив голову с короной из черных лебединых перьев. Его единственный глаз стал серым и ясным, как зимние сумерки. Потом опять заговорил:
— Ведь должен Оберон своей рукой исправить, что смертные неловкие свершат. Настало время!
Он натянул на себя плащ из тумана и теней, стал невидимым, и начал спускаться с небес на землю, так же быстро, как открывает глаза человек, просыпаясь после глубокого сна.
19
Темнота, Темнота Покрывает Все
I
Запах моря принес с собой воспоминания, но он никогда не служил на таком огромном корабле. Ворон стоял на палубе авианосца и не чувствовал качки. Совершенно удивительно! Корабль был невероятно огромен и оставался идеально спокойным даже при очень сильном волнении. Верхняя палуба была больше футбольного поля; боевые самолеты, выбрасываемые паровой катапультой, со страшным ревом пробегали по невероятно длинной палубе и устремлялись в пространство, оставляя за собой огненный след. Но еще более удивительными казались другие самолеты, бросавшие с неба прямо на палубу, их шасси визжали, они выбрасывали хвостовые крюки, которые хватались за тросы системы экстренного торможения. Потом мощные лифты спускали самолеты в огромный ангар под палубой.
Ворон смотрел на лица пилотов в тот момент, когда они спускались из кабин своих машин. Они откидывали фибергласовые шлемы с головы, трясли потными волосами и глядели вокруг как пантеры. Потом небрежно шли по палубе, свысока поглядывая на окружающих, с тем же боевым духом в глазах.
Сейчас экипаж и пилоты были настолько заняты, что не обращали внимания на новоприбывших, несмотря на сверхъестественные существа, которых они привезли с собой, вроде козлов или сон-лошадки.
И им было чем заняться! Целая флотилия айсбергов выплывала из сердца тьмы, отделенного от корабля многими милями тропического моря. Вдали, на самом горизонте, поднимались три башни, пронзая клубящиеся облака, похожие на прямые колонны непроницаемой ночи. Даже отсюда Ворон видел искры света, вспыхивающие на бастионах и балконах башен — эти загадочные фонари держали монстры, закутанные в плащи; видны были и разрывы ракет и снарядов, которые выпускала туча боевых самолетов, роившихся вокруг башен.
Но в воздухе они были не одни: вокруг башен кружили крылатые твари, намного больше летучих мышей. И, похожие на богов, на вершине каждой башни стояли сверхъестественные фигуры крылатых титанов. Из их глаз вылетали сдвоенные лучи красного света, пробегавшие по облакам как луч прожектора; там, где эти лучи касались самолета, тот падал или без звука исчезал.
Огромные корабли скользили по волнам покрытого льдом океана, их орудия грохотали, потрясая и удивляя Ворона. При каждом жутком выстреле от орудий главного калибра поднимались крутящие облака освещенного пламенем дыма, иногда большие, чем сам корабль, и эти орудия были настолько мощными, что отдача от каждого выстрела отбрасывала корабль назад на несколько футов.
Ворон позаимствовал у Пендрагона телескопическую подзорную трубу и видел, как корабли обстреливают поднимающиеся башни, армии и орды странных тварей, собравшихся на крышах, верхних дворах и огромных окнах, и убивают их сотнями.
Тем не менее, даже через пламя и облака дыма, Ворон мельком видел огромные грациозные силуэты, которые, не обращая внимания на снаряды, пули, шрапнель или газы, медленно плыли среди теней, неся с собой высокие факелы, знамена или копья; и, если он не ошибся из-за расстояния, беспорядка, пламени и тьмы, они мыли и украшали башни, готовя их к какому-то ритуалу или празднику.
Их окружил взвод морских пехотинцев. Пендрагон быстро поговорил с ними, предупредив о готовящемся ядерном ударе. Возможно из-за того, что он говорил со спокойной силой, или из-за того, что он держал в руке магический меч, а его сопровождал очевидно сверхъестественный эскорт, палубный офицер приказал им подняться в боевую рубку.
Ворон посмотрел на Питера, потом на высокую угловатую рубку, в которую вели узкие лестницы и трапы. Питер понял его взгляд, хмыкнул и сказал, — Не волнуйся обо мне, приятель. Когда ты заберешься туда, я тебя там встречу. — И его козлы взвились в воздух, неся за собой инвалидную коляску.
Когда один из моряков приказал Пендрагону отдать меч, Лемюэль прошептал что-то в ухо человека в черном. Пендрагон кивнул и протянул меч офицеру.
Они залезли по узкой лестнице, прошли через одну овальную дверь, другую, и оказались в высоком помещении. Со всех сторон их окружали наклонные окна из зеленоватого стекла, ряды компьютеров, экраны радаров и дисплеев. Люди с невероятно спокойными лицами склонились над микрофонами, и Ворон подслушал, как в нескольких местах из динамиков неслись просьбы о помощи или подкреплениях, краткое описание катастроф или сверхъестественных монстров, вызвавших их, и, как далекой фон, дикие крики, пение и нечеловеческие голоса, исступленно восхвалявшие тьму.
Пендрагон, похоже, узнал старшего офицера, одетого в гражданское.
— Мне кажется, что я могу кое-чем помочь, Ван Дам, — сказал он и кивнул Ворону.
Ворон поднял руку. Ураганные завывающие ветра, бушевавшие вокруг поднимавшихся из моря башен, внезапно стихли, наступила тишина. Сквозь окна в рубке Ворон увидел, что облака, клубившиеся вокруг черных башен, стали тоньше; исчезли турбулентные потоки и ракеты стали попадать в отчетливо видных страшных тварей, похожих на гигантских летучих мышей. Из динамиков донеслись слабые одобрительные крики и торжествующие вопли.
— Я понимаю кое-что не только в военном деле, но и сверхъестественных феноменах, с которыми вы столкнулись. Смотрите, — сказал Пендрагон и вытянул руку. В тот же миг в его ладони оказалась радуга золотых и серебряных искр, которые начали сплетаться между собой, стали твердыми и превратились в мистический меч.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
