ног, ладоней, лежках, срубленных деревцах. Мелкие признаки обнаруживали почти каждый день — оборванные листья, сломанные ветки деревьев, иногда слышали похожие на голоса звуки. Пока никаких враждебных действий со стороны гостей не было, но их становилось все больше в окрестностях города…
— Попробуй порвать!
Лесса протягивает мне тонкую верёвку. Я рассматриваю новое творение ее мастерской — волокна разноцветные, и коричневые, и светло зелёные, на ощупь она гладкая. Порвать действительно не получается — нить больно впивается в пальцы, но не рвется.
— Отличная веревка! Из чего сделали?
— Так из шерсти того зверя с большим рогом, ну и крапиву добавили ещё. Потом через кусок воска несколько раз протянули, и веревка стала мягче.
— Лесса, а сделать ещё тоньше — сможешь? Чтобы тоже было трудно порвать?
— Мы попробуем, шерсти ещё много.
— Если справишься — будет вам всем награда!
Это ведь отличный заменитель проволоки, и, провозившись, можно сплести тонкую сетку для изготовления бумаги. Натянуть ее на рамку, и готово, знай формируй бумажную массу, отжимай ее и выкладывай готовые листы на просушку!
В остальных производствах все было не столь радужно — из-за долгого отсутствия половины мужчин добавилось только немного глины и песка, площадки с рудой и углем оставались пустыми. Впрочем, отдых после похода заканчивался, и вскоре неплохо отлаженная схема доставки сырья вновь заработает.
Оставшейся без мужа, убитого большезубом, женщине и ее дочери выплатили компенсацию, это тоже теперь стало правилом.
И снова я столкнулся с проблемой малого количества мужчин. Многоженство, если ввести его на постоянной основе, резко снизит и так небольшую вариативность генов в семьях. А если узаконить его как награду для наиболее выдающихся мужчин, которых выберут все три правящих Круга и вождь племени? Это могло стать золотой серединой, и помочь пристроить в первую очередь молодых вдов с детьми. Обсуждения затянулись на неделю, но общие правила были сформированы:
— Стать второй женой могли вдовы, или незамужние девушки старше восемнадцати лет.
— Второй раз получить статус жениха мужчина мог в нескольких случаях — по признанию его заслуг перед племенем властями, если его первая женщина умерла или за год не забеременела.
— Как дополнение — если и вторая жена не родила ребенка, то обе женщины могли взять в семью второго мужчину.
Последний пункт провел Круг Матерей, и он, хоть и вызвал у меня ассоциацию со "шведскими семьями", был логичен и оправдан. У тянущих жребий на свадебной церемонии женихов добавится ещё один фактор риска…
Квоты для каждого круга и меня были одинаковы, и равнялись числу кандидаток во вторые жены на день Свадьбы, разделенному на четыре, причем квота вождя поглощала неделимый остаток, от одного до трёх. Это давало мне возможность выделить перспективных с точки зрения генетики мужчин.
Дополнения вызвали живейший интерес среди населения, став главной темой на вечерних посиделках. Особенно людей интересовала квота вождя, ведь понять мотивы многих моих решений часто не могла даже Эрика, что говорить об остальных. Приходилось отшучиваться и переводить разговоры на другие темы…
На одной из таких посиделок, когда я пытался показать людям, во что могут со временем превратится лодки Пратта, среди дрожащих в пламени костра образов парусников и пароходов на мгновенье проступило лицо Арики. Слов не разобрать, но старая женщина явно хотела мне что-то сказать. Это могло быть важным, и я решился на новое посещение Первой Пещеры, о чем и сказал собравшимся людям. Страховка в этом деле важна не меньше, чем сам Говорящий с огнем, без мощной поддержки там делать нечего…
— Пришел! Дим, я не смогла попасть в твой сон, мы стали слабее…
— Почему? Я же привел Шенка, вас стало больше!
— Именно поэтому. К нам присоединились ещё трое древних энноев, теперь твоих последователей здесь две руки. Но людей в племени не прибавилось, и количество веры осталось прежним.
— А она делится на всех… Значит, каждого умершего из Земель Вечной Охоты мне сюда не перетащить, никаких сил не хватит?
— Да, тогда мы станем такими же тенями, как они, — Арика указала на ряды призраков возле стен. Их очень много скопилось за прожитые века, но и питающий их страх тысяч неандертальцев велик.
— Ясно… Так зачем ты звала меня, чтобы сказать об этом?
— Нет, с тобой хочет поговорить твой бывший враг.
— Заруг?
Старуха кивнула, и отступила к огню. А передо мной появился полупрозрачный силуэт того самого старика, что прошлой весной пытался убить еретика в моем лице.
— Выслушай, прошу тебя!
— Я здесь, Арика бы не позвала меня по пустякам. Говори.
— Дим, сегодня случилась большая беда. Мой род погибает.
— Погибает? Не погиб сразу?
— Да. Свод пещеры, где много веков жил род Белого Волка, обрушился, засыпав вход и похоронив под камнями последних мужчин и половину женщин. Оставшиеся не смогут выбраться сами. Пройдут три, четыре руки дней, может чуть больше — и все они погибнут от голода. Прошу тебя, помоги им!
— Ни я, ни мои люди не ходили настолько далеко.
— Фет и его люди знают дорогу, Тинг должен помнить. Ты сам сможешь направить их к костру рода!
— Зачем мне люди, которые не верят в новое будущее? Заруг, я не только могу видеть костры, но и отношение к себе.
— Ты стал сильнее, энной Дим. Если ты поможешь и спасёшь их, они будут свободны от страха перед Предками. Я внушал им этот страх, и в моих силах это внушение снять.
— Ты не хочешь пожить здесь ещё тысячу лет, пока все люди не исчезнут?
— Я сам исчезну, но мой род будет жить. Меня устроит такая цена.
Я смотрю в прозрачные глаза этого крепкого старика. Он не шутит, при своей жизни он всячески оберегал жизни своих людей, и только злая шутка судьбы свела его род сначала с пигмеями, а затем и со мной. Видеть теперь гибель последних из них для этого человека невыносимо. Настолько, что он попросил помощи у своего врага.
— Мои люди выйдут на рассвете. Прощай, Заруг. Ты оказался слабым врагом, но сильным человеком.
Старик слегка склоняет голову, его фигура дрожит и начинает терять очертания. Последние слова бывшего врага едва слышны сквозь грохот падающих камней и сталактитов, но я смог их разобрать.
— Желаю тебе удачи, Дим. Может, в твоих словах и была доля правды?..
Уже в четвертый раз я попадаю в это место, и снова у меня не остаётся времени на разговоры. В мире живых прошло уже несколько часов, скоро рассвет. Нужно спешить!
Взмахнув рукой, прощаюсь с союзниками, и
