В семнадцатом столетии Большие Воды вновь предстали взорам белых людей. Но теперь это были иезуиты-миссионеры, явившиеся сюда обращать гордых индейцев в кротких агнцев. Водопады Святой Марии не произвели на миссионеров сильного впечатления, и они двинулись дальше, в глубь страны. С тех пор это чудо природы было вторично и гораздо основательнее предано забвению.
Только в 1892 году была составлена первая подробная карта района водопадов, и мир время от времени стал получать о них кое-какие сведения.
Перелистав описания сравнительно недавних путешествий, непременно найдешь в них упоминание, что водопады Игуасу — одни из наименее доступных в мире. Если не считать самолета, для которого почти не существует преград, то это утверждение остается в силе и по сей день.
Ниагарские водопады уже настолько опошлены, что американцы и канадцы заезжают к ним на чашку кофе. Пройдет немного времени, и такая же участь постигнет водопады Виктория в Африке, хотя от Замбези на границе обеих Родезии до берегов моря весьма солидное расстояние.
В стене отчужденности, которая так долго скрывала водопады Игуасу от взоров всего мира, сейчас имеется только двое ворот. Одни открываются весом кошелька, другие — терпением и упорством.
С аэродрома в Буэнос-Айресе или в Рио-де-Жанейро американский турист, привыкший к комфорту, перенесется, не сделав ни одного шага пешком, в современный, прекрасно оборудованный отель «Игуасу». Профессиональные гиды довезут его на автомобиле вплоть до той тропинки, с которой можно смотреть на водопады, или до Пуэрто-де-лас-Каноас. За неполный день он осмотрит по порядку все водопады согласно нумерации, указанной в путеводителе, снова сядет в самолет и не успеет прочесть два иллюстрированных еженедельника и один «Ридерс дайджест», как опять окажется в роскошном отеле на Копакабане.
Для тех, кто не так торопится, существует водный путь. Большой речной пароход из Дарсена-Суд, южного порта Буэнос-Айреса, доставляет их в Корриентес. Там они пересаживаются на судно поменьше, в Посадасе сменяют его на моторную лодку, которая вместе с ними будет пробиваться по быстринам верхней Параны до самого устья реки Игуасу, и через шесть дней выходят у водопадов. Затем они обегают это одно из восьми чудес света и опять шесть дней плывут домой. Этот путь особо рекомендуется молодоженам голливудского типа.
Четыре дня дороги от Буэнос-Айреса до Посадаса можно сократить на тридцать шесть часов, заняв место в пыльном скором поезде, но потом все равно придется разделить участь любителей водного пути.
А еще здесь есть дороги. Но очень долго придется ждать аргентинцам, пока их «шоссе» через леса провинции Мисьонес не превратятся в подлинные средства сообщения.
Зато бразильцы, которым принадлежит меньшая, но самая интересная часть Больших Вод, весьма быстро сообразили, что из их доли водопадов можно сделать приличный бизнес. Затрачивая огромные средства, они прокладывают сквозь лес федерального штата Парана автостраду от Куритибы до порта Фос-ду-Игуасу. Они прекрасно понимают, что их усилия когда-нибудь окупятся.
Большие Воды и в самом деле одно из всемирных чудес природы.
90:1
Если смотреть на аэрофотоснимок водопадов Виктория, то невольно приходит на ум, будто ты сверху глядишь на гигантские грабли с серебряными зубьями. И пусть длина каждого из этих зубьев достигает 107 метров. Искристые потоки Замбези, растянувшись по фронту почти на 2 километра, величественно стекают по ним и бурунятся внизу; но так как господь бог, создавая их, настроился на сельское хозяйство, они повинуются его велению и сливаются воедино, чтобы безропотно потечь по узкому черенку нижнего каньона куда-то вслед за солнцем.
Если смотреть сверху на водопады Игуасу, они напоминают косу, обращенную к западу. Ее внутренний конец рассечен, словно косарь прошелся по камню вместо травы. А так как ударил он основательно, то этот раздвоенный конец косы стал первоклассной приманкой для туристов.
И, кроме того, всевышний тут же поставил мировой рекорд. Он сделал так, что во всех рекламных брошюрах, статистических справочниках, обзорах, альманахах и путеводителях на веки вечные утвердился почти сенсационный факт: длина фронта, по которому низвергаются Большие Воды, превышает четыре километра.
Но за этим последовало серьезное поражение, и Большим Водам пришлось уступить второй рекорд африканским водопадам. Ученые насчитали у них только 72 метра высоты. Но авторы путеводителей и подобных полезных книжек восприняли это с той же благодарностью, как и 107 метров на Замбези.
Долго бились хронометристы, пока не придумали, каким образом измерить максимальный пульс водопадов. А когда им удалось это сделать, то не осталось ничего другого, как присудить Большим Водам вторую золотую медаль. Это вызвало во всем мире такую сенсацию, какую даже трудно себе представить.
Придя к выводу, что больше всего воды в верховьях Игуасу, хронометристы измерили глубину в отводном каньоне, определили ширину и замерли с секундомерами. Потом они долго множили, делили, не верили и снова принимались измерять. Выходило почти одно и то же. У рассеченной косы стояли люди и затаив дыхание смотрели, как исчезал под водой последний островок и как чудовищные массы седой стихии обрушивались в Глотку Дьявола. У этих людей рябило в глазах, они чувствовали головокружение, ночью им казалось, что наступает всемирный потоп, а внизу молча сидели счетчики с хронометрами и трепетали от радости.
12766 кубических метров за секунду.
7 миллионов 660 тысяч гектолитров за минуту.
11 миллиардов гектолитров за сутки.
4 биллиона гектолитров за год.
На целую треть больше, чем водопады Виктория при самом высоком уровне.
Четыре биллиона гектолитров за год — это, в самом деле, много воды. За год Влтава через Прагу пропускает 46 миллиардов гектолитров. Это примерно одна сотая того количества воды, которое перекатывается через рассеченную косу Больших Вод при самом высоком уровне. Годовой паек Влтавы исчез бы в Глотке Дьявола за четыре дня, и из Будейовиц в Прагу пришлось бы до конца года ходить по сухому руслу Серебропенной.
Кто пробудит Спящую красавицу?
Водопады Игуасу при всех своих размерах и мощи производят впечатление хрупких. Они капризны, как принцесса на горошине. Здесь не найти такого места, откуда можно было бы увидеть водопады все сразу. Они, словно школьники, играют в прятки. Убегают за скалу и выскакивают где-нибудь в другом месте. Суживаются, превращаясь в тоненькую нитку; можно, казалось бы, биться об заклад, что завтра они пропустят последнюю каплю и высохнут. Но тут же водопады разливаются широким потоком, напоминая детишек на загородной прогулке. Озорно прыгая со ступеньки на ступеньку, они останавливаются, оглядываются, стремительно поворачиваются, брызгаются на солнышке и только после этого с важным видом погружаются в глубину.
