– Так в чем у тебя проблема? – спросил Андрей, садясь за стол.
– Да вот, взгляни, – протянул ему свои записи Илья. – Готовим заброску людей, а толком не можем объяснить, что им там следует искать. В общем, пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что. Точного местоположения гипотетической Базы, как любит называть это место Борис Евсеевич, мы не знаем. Что она собой представляет, тоже. И о том, что в ней может находиться, тоже не имеем ни малейшего понятия. Скажу тебе честно, Андрей, я совершенно не представляю, что бы я сказал тем, кто туда отправится. Тем более что, по генеральским раскладкам, на все про все у поисковиков будет не более десяти суток.
– Давай обсудим все по порядку, – предложил капитан. – Итак, что у нас есть по самому району и маршрутам подхода к нему?
– Не так много. Известно, что он находится в северо-восточном секторе Гималайского хребта. Относительно недалеко расположен Непал, и примерно на таком же расстоянии проходит индийско-китайская граница. Судя по карте, район пустынный, дорог и даже пешеходных троп там практически нет. И где-то в нем есть крошечный пятачок, около тридцати километров в диаметре, к которому, собственно, и стремились немцы.
– А откуда известно, что он был именно такого размера? – спросил Вронский.
– Из дневника, найденного в чемоданчике. Я попытался перенести записи из него на миллиметровку и, выведя весь маршрут в конкретном масштабе, примерно вычислил площадь и протяженность границ загадочной зоны.
– Сохранилась у тебя эта миллиметровка?
– Она осталась в Москве. Но я могу по памяти воспроизвести то, что у меня получилось.
Илья, насколько мог, тщательно изобразил проделанный в тридцать девятом году четверкой немецких альпинистов путь и пододвинул рисунок Вронскому.
– Ага, – произнес он после некоторого раздумья, – вот, значит, какие они круги нарезали. А вот эти зубцы что означают, по-твоему?
– Они означают как минимум четыре попытки проникнуть внутрь зоны.
– И почему же они каждый раз поворачивали назад?
– Точно не знаю, но, скорее всего, потому, что при каждой такой попытке гибли люди.
– Так, так. Выходит, это не просто горный район, а район укрепленный!
– Почему ты так думаешь? – удивленно посмотрел Илья на капитана.
– Так очевидно же. Стандартная тактика, какую не раз применяли «духи» в Афганистане. Допустим, если им нужно было проникнуть к охраняемому нашими войсками объекту, то они действовали точно таким же образом. Пытались незаметно пройти с одной стороны, а если натыкались на боевое охранение, делали крюк и пытались снова.
– Все понятно, тактика для войны вполне оправданная. И, судя по твоим словам, она применялась именно для укрепрайонов. Но ведь там, в Гималаях, и сейчас нет, а в тридцать девятом и подавно не было никакого военного объекта и, соответственно, охранявших его войск.
– Ты точно знаешь?
– Уверен. Дорог ведь там нет абсолютно никаких. А без приличных дорог какие же могут быть объекты и укрепления!
– Все-таки следует завтра же добыть и просмотреть данные космической разведки. Возможно, после их изучения мы с тобой сделаем более обоснованные выводы о том, есть ли там что-либо или нет. Хорошо, оставим пока эту тему. Давай подумаем, почему удалась именно последняя попытка прорыва. Не первая, не вторая и не третья. Что именно повлияло на конечный успех миссии?
– Хорошо, – устало вздохнул Илья, – слушай. Первую попытку они произвели с южной стороны. Сначала их было шестеро. Осталось пятеро. После второй попытки осталось трое. После третьей попытки уцелели только двое. Кто остался жив после четвертой попытки, я сказать не могу. Но один немец выжил. Что случилось со вторым, не знаю. Возможно, и он остался жив, а возможно, и нет.
– Насколько я понимаю, – остановил его капитан, – попытка оказалась успешной, когда членов экспедиции осталось только двое?
– Ну и что из того?
– Пытаюсь сформулировать, – сказал Андрей. – Может быть, это прозвучит глупо, но мне кажется, что внутрь района эта пара была пропущена только потому, что их было именно двое. Иными словами, они составляли естественную пару. Как бы самца и самку.
– Какую еще самку? – засмеялся Илья. – Ты о чем? Там были только мужчины.
– Да я не про то, – замахал руками Вронский. – Я все никак не могу отделаться от мысли о том, что район этот был так или иначе, но охраняем. И попасть в него могут только некие естественные сообщества живых существ. Например, две взрослые особи, внешне вполне похожие на самца и самку.
– И кем же охраняется эта невидимая граница? Джинами или дэвами?
– Какая разница, кем? Охраняется, Илья, вот что важно! И получается, что наибольшие шансы проникнуть внутрь района имеют только один или два человека, все прочие тем или иным способом уничтожаются. Вот такие у меня мысли.
– Мысли неплохие, но можно ли в горах двигаться вот так, поодиночке?
– Можно, – кивнул Андрей. – Минимальная группа, способная более или менее уверенно работать в скалах, – это пара. Или, как говорят альпинисты, – связка.
– И что же эта связка сможет сделать в непроходимой глуши, за сотни километров от наших границ? – саркастически произнес Илья.
– Пятьдесят три года назад кое-кому кое-что удалось, – напомнил капитан, – и даже на гораздо большем расстоянии от своих границ. Итак, подытожим. Район, куда мы хотим послать людей, крайне опасен и наверняка охраняется. Пока не знаю, чем и как, но, несомненно, охраняется. Далее. Попасть в него можно только при благоприятном стечении обстоятельств и только поодиночке, ну максимум вдвоем.
– Ты что, Андрей, предлагаешь послать туда только двоих? А если с одним из них что-то случится, а? Кто им поможет? Стало быть, и второй альпинист будет обречен! Тебе не кажется, что эта затея получается чересчур опасной?
– Ну почему же двоих? Можно послать туда несколько пар, друг за другом. Первая пара держит связь с парой последующей. Та узнает обо всех встретившихся ей на пути препятствиях и сможет в нужную минуту прийти к ней на помощь. Естественно, обе эти пары держат связь и с третьей парой, которая сможет, в свою очередь, поддержать их в случае необходимости.
– Считаешь, что шести человек хватит? – спросил Илья.
– Откуда я знаю? Может, и хватит. Это надо обсудить с генералом.
Проговорили они до двух часов, заложив в эту ночь основы того плана, который и стал реализовываться на следующее же утро. Первым делом они подключились к компьютерной сети Российского космического агентства и перегнали в память своего компьютера все полученные с помощью спутников видеоматериалы, так или иначе связанные с интересующим их районом Гималайского хребта.
