в тюрьму. Стивен задумал создать стартап, который будет публиковать творческие работы бывших преступников и других находящихся в уязвимом положении членов общества, и после своего освобождения воплотил этот план в жизнь, назвав проект
Arkbound. Он начал писать две книги. Первый роман, «Благие намерения», повествует о молодых людях по имени Джон и Сара, которые ведут жизнь, подобную жизни Бонни и Клайда, совершают ограбления казино, чтобы отдать деньги нуждающимся. Вторая книга, «Только небо», – сугубо автобиографична. Завершив обе книги, Стивен опубликовал их через
Arkbound. Еще находясь в тюрьме, он отправил письмо в Дэчен Чолинг и все объяснил. «Я вел жизнь путешественника, студента и грабителя банков в одном лице, – деловито написал Стивен. – Большинство людей, которым я рассказываю свою историю, не верят в это».
Стивен спросил, не хочет ли кто-нибудь из Дэчен Чолинг написать ему. Маизза Вазер, страдающая аутизмом немка, пожелала ему ответить. Они некоторое время переписывались, обсуждая погоду, смену времен года в Дэчен Чолинг, преступления Стивена и буддизм. Иногда Стивена навещала мать, которую привозили в любую тюрьму, где бы он ни находился; Кен и Джуди, ее друзья, ревностные христиане, хотя из-за состояния здоровья Дженни эти визиты были редкими. Стивен делал для матери в тюремных мастерских небольшие сувениры. Она послала ему губную гармошку.
Стивен получил условно-досрочное освобождение в мае 2015 года, почти ровно через семь лет после того, как дождливым днем в Вермонте его остановил патрульный полицейский. Стивену исполнилось двадцать девять лет. Мир, в который он вернулся, сильно отличался от того, который он помнил. Мировой финансовый кризис изменил все. В рамках народных протестных движений, таких как Occupy и Extinction Rebellion, миллионы простых людей вышли на марш против Уолл-стрит, власти меньшинства и идолов капитализма, чьи действия усугубляют экологический кризис. Неравенство между слоями общества только возросло. Америка стремилась вновь обрести величие. Британия, пережившая выход из Евросоюза, вступила в непростые времена, в то время как по всей Европе распространился нативизм [27], а крайне правые обрели популярность, указывая пальцами на козлов отпущения. Ежегодно около двух тысяч мигрантов тонут, пересекая Средиземное море в попытке спастись от войны, нищеты и последствий изменения климата. В мировом масштабе последние пять лет оказались самыми жаркими за всю историю наблюдений. Уровень моря продолжал повышаться. В 2019 году ледяной покров Гренландии потерял одиннадцать миллиардов тонн льда за один только день.
Перечитывая подростковые дневники Стивена, написанные почти двадцать лет назад, трудно не почувствовать, что он действительно был своего рода пророком: сидя в своей маленькой спальне в крохотном муниципальном доме в Сидмуте, он предвидел угрозы для человечества и предсказывал ущерб с большей точностью, чем мировые лидеры или многие профессиональные предсказатели. Стивен пришел к выводу, что экономические, экологические, политические и социальные проблемы, стоящие перед миром, нельзя решать поочередно, поскольку они стали настолько взаимосвязанными, что фактически являются одним и тем же. И единственный способ спасти человечество – это принять срочные радикальные меры. На сегодняшний день миллионы людей не только придерживаются тех же убеждений, но и считают эти убеждения основой своего существования. Они верят в то, во что верил Стивен.
Неужели радикальные действия Стивена – его праведная миссия в роли самозванца Робин Гуда – были неправильными? Он признает, что да, во многих отношениях так оно и есть. Временами он наслаждался властью, входя в роль вооруженного грабителя. Временами он наслаждался дурной славой и тешащими самолюбие фантазиями о том, как сыграет некую ключевую роль в спасении человечества и из никому не известного парня превратится в легендарного героя. Временами он наслаждался украденными деньгами, главным образом потратив их на путешествия. Идея побега, будь то в мир фантазий или просто подальше от своей жизни в Англии, лежит в основе многих поступков Стивена.
Означает ли это, что в конце концов наступил момент, когда Стивен стал совершать преступления из корысти? Что Организация была всего лишь неким вымышленным прикрытием, позволяющим ему продолжать вести в корне эгоистичный образ жизни, совершая ограбления и убеждая себя, что он не просто обычный преступник? По сути, именно такой интерпретации действий Стивена придерживались обвинители: что его преступленная деятельность была циничной, продуманной и совсем не такой, как он изображал.
Но Стивен никогда не забывал о своей основной цели. Он не терял уверенности, что мир катится к экологической и экономической катастрофе. Если бы ему потребовались деньги для личных нужд, то у него хватило бы смелости и находчивости, чтобы просто бросить кирпич в витрину ювелирного магазина. Но Стивен был зациклен на ограблении банков не потому, что их легко ограбить, а потому, что банки воровали у обычных людей и являются движущей силой неравенства. Монеты с нацарапанными инициалами, возврат денег с извинениями в благотворительную организацию NSPCC, письмо в полицию с предупреждением, что по ошибке арестован другой человек… все это демонстрирует нам моральный облик Стивена в тот период времени.
Вспоминая прошлое, Стивен называет выбранный им образ Робин Гуда «невидимой униформой», которую он не мог снять. Дело не просто в том, что этот образ давал Стивену ощущение нужности или позволял предаваться личным иллюзиям величия, а прежде всего в том, что его новая тайная личность определяла для него четкий набор правил поведения в мире. Стивен не знал, что у него есть отклонения в психическом развитии, но понимал, что ему сложно, порой даже непосильно налаживать отношения с людьми. Если, как говорит доктор Сулейман, страдающие синдромом Аспергера люди чувствуют себя так, будто живут в чужой стране, не зная правил, то что будет, если дать им свод правил, по которым можно жить? Возможно, в нем окажется и правило грабить богатых, отдавая деньги бедным. Но, по крайней мере, он вносит в жизнь определенную ясность. Отчасти это послужило причиной, почему Стивен продолжал грабить банки. Если бы он просто хотел получить сто тысяч фунтов стерлингов для создания Организации, то мог бы выбрать много более безопасных – и совершенно законных – способов достижения цели. Но Робин Гуд грабит. Богатых. Это не превращает ограбления в правильный поступок. Но он так делает.
Именно это чувство абсолютной веры прежде всего характеризует преступления Стивена. Почему, например, он верил, будто фольга поможет ему обмануть рентгеновский аппарат службы безопасности аэропорта? На первый взгляд в этом вообще нет никакого смысла. Дневники Стивена были заполнены множеством записей и диаграммами, относящимися к космологии, теории струн, пространству-времени и квантовой физике. Кажется почти немыслимым, что человек, разбирающийся в такого рода вещах, не знает, что рентгеновские лучи обнаруживают металл. И даже если бы фольга
