– Сеньор! Сеньор дю Шатель! – заорал он во весь голос. – Позовите сеньора!
Люку приставили кинжал к горлу и отдернули от двери, но крик уже услышали. На пороге возник Танги дю Шатель. Стражники почтительно вытянулись, подняв пики.
– Сеньор дю Шатель, слава богу! – взмолилась я, пытаясь вырваться из цепкого захвата де Мюсси. – Я пришла, как вы просили. Кормилица принцессы Екатерины!
Танги растерянно посмотрел на меня. В черном одеянии, с тяжелой золотой цепью на груди советник принца выглядел важной персоной, хотя его пальцы были по-прежнему испачканы чернилами.
– Мадам Ланьер? Да, конечно… – Он перевел взгляд на Ги де Мюсси и нахмурился. – Уберите руки, сеньор. Эта дама явилась по моему приглашению. Ваше присутствие не требуется. – Он щелкнул пальцами стражникам. – Проводите этих людей отсюда, – приказал он, указывая на троих бургундцев. – И заберите у них оружие. В королевских покоях оружие дозволено носить только королевской охране.
Стражники бросились выполнять приказ. Ги де Мюсси отпустил меня и вернул кинжал в ножны.
– В этом нет необходимости, мессир. Мы уходим. Но я лично доложу об этом его светлости герцогу Бургундскому.
– Не сомневаюсь, мессир, – холодно улыбнулся Танги, отступил и жестом пригласил меня внутрь. – Входите, мадам, и захватите с собой ваших юных спутников.
Мы торопливо миновали караульных и оказались в широком коридоре, обшитом деревянными панелями. В глубоких каменных арках располагались массивные двери, у которых стояли резные скамьи. Танги плотно закрыл за нами дверь. Я поблагодарила его и объяснила, что пришла с детьми. Внезапно из ближайшей двери выглянул ливрейный паж. Шум нашей ссоры проник даже сквозь толстые каменные стены самой древней части замка Корбель, который в течение многих столетий предлагал надежную защиту королям и королевам Франции на их пути из Парижа в восточные области королевства.
– Его королевское высочество встревожен шумом, мессир, – сказал паж. – Он послал меня узнать, в чем дело.
– Если дофин бодрствует, возможно, он почтит нас своим присутствием, – спокойно ответил Танги. – У нас посетители, с которыми ему не помешает встретиться.
– Я передам ему ваше сообщение, мессир, – кивнул паж и поспешил обратно.
– Я еще не показывал дофину ваше письмо, – быстро проговорил Танги. – Оно содержит печальные известия, и мне понятно желание герцога предотвратить вашу встречу с дофином. Как себя чувствует принцесса Екатерина?
– Полагаю, что лучше, мессир. Она хитростью добилась того, чтобы ее сослали в аббатство Пуасси. Там она в безопасности, – сказала я и, понизив голос, добавила: – Мои дети не знают содержания письма. Так надежнее.
– Понимаю, – кивнул Танги. – Я знаком с вашим сыном. У вас, кажется, есть еще и дочь, которая служит у принцессы?
– Да, мессир, это мой сын Люк. Алисия – младшая и служит швеей у принцессы… – Я замялась и поспешно объяснила: – Мы решили, что для нее будет безопаснее путешествовать в мужской одежде.
– Вы находчивая женщина, мадам Ланьер, – улыбнулся Танги. – Я всегда это знал.
– Что тут происходит, мэтр Танги? – раздался тонкий, пронзительный голос.
Узнав беспокойный и раздражительный тон принца Карла, я обернулась и преклонила колени. Алисия с Люком последовали моему примеру. Дофин стоял в дверях своей опочивальни, запахнутый в отороченный мехом халат алого шелка с вышитыми на нем дельфинами. За прошедшее время он вытянулся и окреп, но по-прежнему оставался тщедушным.
– Почему на меня глазеют посторонние? Велите им этого не делать.
К своему стыду, я позабыла, как положено себя вести при встрече с августейшей особой. Я поспешно опустила глаза, надеясь, что дети сделают то же самое.
– Ваше высочество, это ваша бывшая кормилица, мадам Ланьер. Теперь она служанка при опочивальне принцессы Екатерины… а это ее дети, – сказал Танги.
– Зачем они здесь? – недовольно осведомился Карл. – Да еще так поздно!
– Ваше высочество, мы привезли весть о вашей сестре, принцессе Екатерине, – решительно начала я. Да, от меня требовали оказывать должное почтение принцу и дофину, но не так давно я утирала ему слюни и сопли, а потому могла требовать некоторого уважения к себе. – Чрезвычайно важную весть. Нас едва не арестовали люди герцога Бургундского.
– Ничего не понимаю, – вздохнул дофин. – С чего бы герцогу арестовывать служанку моей сестры? – Карл проигнорировал меня, обращаясь с вопросами к Танги, так что я позволила ему ответить.
– Из-за того, что известно мадам Ланьер, – ответил дю Шатель, вытягивая мое письмо из рукава камзола. – Она передала мне письмо. Прочтите его, ваше высочество.
– Вот вы мне его и огласите, – раздраженно потребовал принц, опускаясь в единственное кресло, расположенное к нам спинкой.
– Нет, вы сами его должны прочесть, – веско сказал Танги, протягивая письмо Карлу. – Содержание является очень личным и должно таковым и остаться.
– Давайте сюда! – Дофин выхватил письмо и нетерпеливо развернул.
Пока он читал, все молчали. За его спиной мы с Танги переглянулись и вздрогнули от неожиданности, когда кресло дофина с грохотом упало. Он порывисто вскочил и повернулся ко мне, потрясая письмом.
– Клянусь святыми мощами, если это правда, я… Но откуда мне знать, что это правда? У нас есть только твое слово.
Слово простой служанки.
Во внезапной ярости Карла я узнала вспыльчивость его брата Людовика. Мне было известно, как с этим справиться. В тяжелые времена оба принца находили утешение в том, чего не имели в детстве. Луи всегда можно было успокоить едой, а Карла – лестью.
– Ваше высочество, как я, скромная слуга короля, осмелилась бы лгать наследнику Франции? – сказала я, прижимая руки к груди, стараясь при этом не встретиться с его сердитым взглядом. – Когда вы станете править, прошу, поставьте меня перед святыми мощами святого Людовика, и я поклянусь на терновом венце, окрашенном кровью Христа, что написала чистую правду.
Карл помедлил, обдумывая мои слова, затем отвернулся и помахал письмом перед лицом Танги.
– Это измена, мэтр Танги. Измена и предательство! Что же нам делать?
Похоже, дофина сильнее взволновало преступление Бургундского против короны, чем бедственное положение сестры.
Сеньор дю Шатель спокойно забрал у принца письмо, сложил его и спрятал в рукав.
– Обдумаем этот вопрос завтра, ваше высочество. А сейчас нам следует вознаградить мадам Ланьер за проявленное бесстрашие и преданность. Не забывайте, что именно она предупредила нас об опасности, когда во дворец Сен-Поль нагрянули убийцы.
