— Отец! Не рассказывай ему, что мы задумали! Каково бы ни было это его так называемое уважение.
Лоркан примирительно вскинул руки:
— Как скажешь!
Винтер подошла к тайной двери и отодвинула панель, но мысли ее были за тысячу миль от их комнаты. Она увидела фигуру в темноте, вздрогнула и подавила крик, когда бледное лицо Кристофера оказалась всего в нескольких дюймах от ее лица. Она отступила назад, схватившись за кинжал. Лоркан крикнул ей:
— Что такое?
— Кристофер! — воскликнула она. — Ради бога, что…
Припасы для завтрака лежали у ног Кристофера — Винтер поняла, что он не отходил от двери. Он все это время прождал в темноте.
Подслушивал? Нет, она увидела это в его глазах, увидела ту же одержимость, с которой он защищал Рази. Винтер сразу поняла что он ждал на случай, если понадобится его помощь. Интересно, как он собирался добраться до них, если бы их схватили, но по его лицу она прочла, что его ничто не остановило бы, если бы она закричала.
Дыхание ее перехватило, она выпрямилась, вкладывая кинжал в ножны, провела дрожащей рукой по лицу, глубоко вздохнула и попыталась заставить себя успокоиться. По-своему, сдержанно. Кристофер постарался сделать то же самое. Он медленно опустил руки, вложил свой кинжал в ножны и выпрямился. Напряженное, угрожающее выражение медленно сползло с его лица как маска. Он отвернулся, пытаясь выровнять дыхание и скрыть волнение.
— Я подумал… — пробормотал он, — подумал, подожду-ка здесь… на всякий случай.
Винтер молча кивнула и жестом пригласила его в комнату. Оба неуверенно подошли к Лоркану, а тот снисходительно улыбнулся им из кровати, как будто они были малые дети или забавные щенки.
Еще один чертов пир
— Перестань ходить туда-сюда, парень! Я устал на тебя смотреть.
Раздраженный окрик Лоркана донесся до Винтер, когда она закрыла за собой дверь зала. Она со вздохом опустила свои инструменты на пол и прислонилась лбом к двери, слушая, как волнуются мужчины в соседней комнате.
— Сколько времени? — спросил Кристофер; его голос обычно мелодичный, звучал напряженно.
— Господи! Ты же только что слышал колокол! Шестая четверть с половиной!
— А по нормальному времени? Лоркан! Сколько времени по северным часам?
Голос Лоркана слегка смягчился, и он ответил:
— Час, парень… Всего час. Остался еще один.
— О Фрит! Я… Разрази его Господь… Я клянусь…
Винтер прислушалась к нечленораздельным тревожным восклицаниям Кристофера и закрыла глаза, пытаясь противостоять панике, которая угрожала разразиться в ее сердце. Она ушла из библиотеки пораньше, рассеянно сунув Паскалю пропуска и пробормотав что-то насчет государственных дел. Он ужаснулся, когда увидел, что Винтер даже не потрудилась аккуратно уложить свои инструменты, прежде чем завязать сверток, и вскинула его на плечи.
Девушка вошла в гостиную и прислонилась к двери спальни Лоркана, скрестив руки на груди. Лоркан, откинувшись на спинку кровати, раскладывал пасьянс. Кристофер расхаживал взад-вперед перед камином. Оба заметили Винтер одновременно и с надеждой подняли на нее глаза, как будто она могла принести какие-то вести. Она раздраженно развела руками:
— Ради бога! Что нового я могу сообщить!
Оба отвернулись с одинаковым вздохом разочарования. Лоркан бросил карту на кровать. Кристофер сделал еще круг перед огнем и отошел к окну.
— Отойди оттуда, — огрызнулся Лоркан, похоже, в сотый раз за день.
Кристофер боком отодвинулся от окна и вернулся к камину. Минуту он стоял спокойно, потом принялся расхаживать опять. Винтер чувствовала, что его нервная энергия начинает действовать ей на нервы. Она не понимала, как отец его не убил, — она только что вошла, но уже почувствовала желание огреть Кристофера по голове.
Рази сейчас, наверное, готовится к встрече с королем. А может быть, подготовился уже несколько часов назад и ждет: стоит сейчас в своих комнатах. Один. И ждет.
— О господи!
Она быстро отошла от двери, направилась к другой стороне гостиной, дошла до стены, вернулась к двери и остановилась, снова плотно стиснув руки на груди.
В тишине слышались только тихие шаги Кристофера по деревянному полу.
Лоркан положил еще карту.
— Отец! — Лоркан с надеждой вскинул глаза. — Джонатон ведь встретится с ним в своих личных апартаментах, правда?
Лоркан кивнул. Король вряд ли захочет разговаривать с сыном в шуме многолюдных общих покоев. Как бы ни был Джонатон недоволен Рази, он не станет заставлять его ждать в длинном зале, полном других, терпеливо ожидающих просителей.
Винтер со значением взглянула на отца. Частные апартаменты короля были всего на два этажа ниже, почти прямо под их комнатами.
— Я просто хочу, чтобы он увидел меня, отец. Хочу, чтобы он знал…
Кристофер остановился и уставился на нее широко раскрытыми, полными надежды глазами.
— Только не показывайся охране, дорогая, — тихо предупредил Лоркан. — Зал перед покоями короля сейчас полон солдат Джонатона. — Винтер почувствовала, как упрямо вздернулся ее подбородок, но отец продолжал задумчиво: — Рази, скорее всего, подойдет с лестницы средней галереи, по синему коридору. Если ты пройдешь по лестнице по двенадцати ступеням и выйдешь через низкую дверь, то попадешь в альков рядом с музыкальной библиотекой. И когда Рази поднимется по ступенькам и повернет в этот зал, — Лоркан поднял глаза и встретил ее взгляд, — он увидит тебя.
— Я тоже пойду, — твердо сказал Кристофер.
Один лишь взгляд на его лицо убедил их, что спорить с юношей бесполезно.
* * *
Полчаса спустя они стояли молча, широко раскрыв глаза, прижавшись друг к другу, в конце короткого коридора. Им было слышно каждое движение солдат Джонатона за углом. Стоит сделать всего десять шагов и повернуть налево — и окажешься с ними нос к носу. Винтер и думать не хотелось о том, что эти гиганты могут снова окружить ее. Это были те самые солдаты, которые смеялись, когда Джонатон бил Кристофера головой о дерево. Те же солдаты, которые, насмехаясь, тащили его, кричащего и окровавленного, вниз по холму, в темницу.
Винтер старалась дышать как можно ровнее и тише. Она сосредоточилась на ступеньках перед ней. Что, если Рази пойдет другой дорогой? А если он придет, по теперешнему своему обыкновению, в компании придворных? Что, если просто пройдет мимо и даже не поднимет взгляда?
Рядом с ней терпеливо, неподвижно, как камень, стоял Кристофер. Он ни разу не оторвал взгляда от верхней площадки лестницы, и если так же боялся стражи, как и Винтер, то совершенно этого не показывал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
