Когда в наши дни многие, по их собственным словам, "утомившись" от всей этой антиядерной деятельности, указывают на иные, не менее животрепещущие проблемы, достойные приложения сил, эта усталость понятна. Действительно, скоро полвека борьбе за устранение атомной опасности, а бомба по-прежнему висит над нашей головой. Эффект привыкания, инстинктивная реакция утомленного человеческого мозга на возможный перегрев… Как ни ужасно это звучит, но мы привыкли и к ситуации нависшего над нами дамоклова ядерного меча — просто стараемся не думать о нем, переключив внимание на другие заботы.
Но взрыв по-прежнему возможен. И не на страницах научно-фантастических книг, а в реальной жизни. Любая из апокалипсического "каталога" проблем, что нас окружают, стократ опаснее, пока мы продолжаем сидеть на нашем собственном ядерном погребе.
Экология… Но и без "чистых" источников энергии пока не обойтись, а это значит, что перспектива новых чернобылей существует.
Демография и национальные проблемы… Но не секрет, что "ядерный клуб" все более будет пополняться странами, чье население растет стремительно и чьи социальные институты, мягко говоря, оставляют желать лучшего.
Компьютеризация… Но после гибели "Челленджера" только слепые технократы-оптимисты могут уповать на "безошибочность" электронных устройств.
Новые болезни, подобные СПИДу, проблемы молодежи, мировая экономика, биотехнология, локальные войны, терроризм, отношения "Восток — Запад" и "Север — Юг"… Пока планета наша остается, образно говоря, заминированной, любой наш шаг, малейшее неосторожное движение — и замаскированная проволочка будет задета, грянет взрыв.
И потом — на следующий день — некому будет разбираться, как это произошло. По чьему небрежению или злому умыслу мир взлетел на воздух.
Взрыв всегда возможен. Вот только если мы наконец ясно осознаем это, будем постоянно помнить о нем, а не отмахиваться, как от надоевшего кошмара, — тогда взрыва может и не быть…
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Когда первые читатели откроют эту книгу, от начала третьего тысячелетия их будут отделять одиннадцать лет. Срок по масштабам истории незначительный, незаметный.
Может быть, и ее появление — этой летописи ядерных кошмаров художественной литературы — обусловлено близостью символической даты. Конечно, предрассудки, чистая условность, как читатель уже успел заметить, подлинные века человеческой истории вообще-то равнодушны к каким бы то ни было календарным рамкам, но что-то такое тревожное несомненно носится в воздухе, милленаристские настроения не могут не завладеть любым автором, посвятившим себя размышлениям о грядущем. Растет ощутимое беспокойство. И чем ближе "роковая" дата вступления большей части человечества в следующее столетие и следующее тысячелетие, тем неуютнее нам…
Уж больно с беспокойным столетием мы прощаемся. И опасное наследие его несем с собой в век новый.
По мере приближения сакраментальной даты даже сверхоптимистам становится ясно, что по крайней мере начало века мы проведем во все том же взвешенном "атомном" состоянии. Как это разительно отличается от научно-фантастических и футурологических обещаний, данных еще четверть века назад! И если вопрос, скажем, открытия антигравитации, полета к звездам или создания искусственного разума еще мог быть отнесен пессимистами в следующее столетие, то не закрыть до его наступления "атомную проблему" раз и навсегда — такое в начале второй половины XX века никому не приходило в голову.
Перелистайте страницы фантастических книг 60-х…
А ныне и самые радужные прогнозы жизни человечества в третьем тысячелетии обязательно начинаются с тревожного пролога. С описания военных конфликтов, которыми чревато уже его начало.
Что далеко ходить… Передо мной два богато иллюстрированных солидных размеров тома — воображаемые истории следующего века и тысячелетия. Обе выпущены незадолго до начала работы над моей собственной книгой. Авторы — признанные мастера своего дела, их имена хорошо знакомы любителям фантастики и тем, кто следит за литературой по футурологии. Следовательно, читатель вправе ожидать удачным образом совмещенной серьезности, научной обстоятельности со смелым полетом фантазии. Верно, так оно и есть: обе книжки читаются — и рассматриваются, ибо иллюстрации едва ли не самое интересное в них! — взахлеб…
Автора первой — Артура Кларка — представлять читателю не нужно. Не утерпев до "красной даты" — четверть вековой годовщины своей знаменитой книги "Горизонты будущего" (1963), — английский писатель-фантаст и популяризатор в 1986 году выпустил в свет нечто похожее. Репортаж об одном дне жизни в XXI столетии под названием "20 июля 2019 года".
Названа, как видим, книга более лапидарно, "приземленно". Изменились за прошедшие 23 года (читатель помнит, сколько всего произошло за этот отрезок времени) и шкала оценок, стиль и даже настроение автора. В канун нового тысячелетия Артур Кларк уже остерегается делать широковещательные прогнозы относительно достижения индивидуального бессмертия или полетов к звездам. Выжить бы целиком человечеству — и не где-то там, среди звезд, а на грешной Земле.
Любопытное сравнение. В "Горизонтах будущего" мы не встретим ни слова о войне, вообще о политике. (Когда автору никак не удается обойти эти вопросы, он отделывается ни к чему не обязывающими репликами типа: верю, что в будущем политика не будет оказывать такого влияния на повседневную жизнь, как в прошлом…) А в новой книге — последняя глава названа коротко и тревожно: "Война".
Не буду долго останавливаться на "воспоминаниях" автора о войне 2018 года — читатель, полагаю, уже устал от всех этих сценариев, написанных словно под копирку. Удивительно, правда, что и версия крупнейшего писателя-фантаста и популяризатора мало чем отличается от десятков таких же. По сути, Артур Кларк просто переписывает своими словами — пожалуй, с добавлением лишь особой технической экзотики — расхожую схему, ее можно было бы посчитать заимствованной, скажем, у того же генерала Хэккета "со товарищи". Не случайно, видимо, главу открывает эпиграф из "Третьей мировой войны"…
Война 2018 года начинается, как и предсказывал Хэккет, на территории Германии. Правда, в кларковской версии — на территории Германии Восточной! Беспорядки в Шверине, вблизи границы с ФРГ, перерастают в восстание, а оно, в свою очередь, кладет начало гражданской войне. "Интернационализуют" конфликт сначала советские боевые части, а затем регулярные войска бундесвера. Следуют аппетитные описания танковых баталий в Западной Европе, сражений на морях и океанах, а в результате — неожиданно легкий мир ценою удовлетворения взаимных территориальных претензий двух немецких государств. Остается неясным, как воюющим сторонам удалось воздержаться от применения ядерного оружия, а лишь эффектно, как на плацу, продемонстрировать все достоинства высокотехнологичного "неядерного".
…После чтения книги меня не покидало убеждение, что Артур Кларк и сам не верит в возможность безъядерного разрешения конфликта воюющими сторонами. Хотя, по-видимому, в 1985 году, когда он заканчивал свой "мемуар" о будущем, ему столь же трудно было поверить в какие бы то ни было грядущие изменения в Советском Союзе (а как следствие их — кардинальную перемену обстановки в мире). Картины бесчинств советских оккупантов на земле Европы — конечно же шлейф прошлого, протянувшийся из времени, когда доминировал "образ врага" и можно было спокойно, как в шахматах, рассчитывать наперед ходы воюющих сторон, потому что никаких изменений в стратегии "шахматистов" не предвиделось.
Но как же они все-таки удержались от нажатия пресловутых кнопок?
Два других английских автора, успевших прославиться не одним подобным научно-фантастическим альбомом, — Брайн Стейблфорд и Дэвид Лэнгфорд — полет своей фантазии не ограничивали ничем. Их книга "Третье тысячелетие" (1985) посвящена уже истории всего будущего на тысячу лет.
Ну и как там насчет войны?
В отличие от Кларка история будущего, по Стейблфорду и Лэнгфорду, начинается с тревожной главы "Война и мир в XXI столетии".
"К началу третьего тысячелетия три четверти государств Земли были вовлечены в разного рода войны. Некоторые велись с использованием танков, снарядов, ружей, ракет и бомб, другие — посредством политической пропаганды и экономических санкций. Везде, где только существовали религиозные, этнические или политико-идеологические разногласия, мгновенно возникала напряженность. Не обязательно она и только она вела к войне, но линию раздела на "врагов" и "союзников" создавала она"[1].
Так начинается военная летопись первых десятилетий века. В нем по-прежнему доминирующим является ядерное оружие, и хотя атомный холокауст не наступил, опасность его без малого столетие терроризировала человечество (чтобы потом, правда, уступить место новой — "чумным войнам" с использованием бактериологического оружия).
