Время от времени она заглядывала внутрь повозки, где сидела ее сводная сестра, смотря в лицо неизвестному. Мэдди была рада, что Улыбка Солнца не видит ее, потому что она не знала, что ей сказать или сделать.
Ей бы хотелось, чтобы все происшедшее было бы сном. Она так верила Лису и почему-то думала, что Улыбка Солнца будет совершенно другой.
«Но, — решила Мэдди, — вероятно, ей не надо отказываться от мечты. Кто может сказать, что таит будущее?»
ЧАСТЬ 4
Он касается твоей души, Как музыкант клавишей.
Эмили Дикинсон (1836-1886)
Глава 22
16 августа 1876 года
Входная дверь дважды хлопнула от порывов ветра. Стивен Эвери, все еще бледный, как его подушки, слегка вздрогнул.
— Я неоднократно просила вашего сына плотнее закрывать за собой дверь, — сказала Энни Сандей, сидевшая на стуле рядом с постелью Стивена. Сняв очки, она отложила книгу «Дом семи башен» Натаниэла Готорна, которую читала вслух.
— Дорогая моя, миссис Мэтт…
— Энни!
Стивен вздохнул.
— Энни, вы знаете, как мы все рады, что вы приехали в Дидвуд, и я никогда не смогу достойно отблагодарить вас за все, что вы сделали для моего выздоровления, но вспомните, что это — Запад.
Видя, как напряглась ее спина, он понял, что его шансы убедить ее равны шансам остановить паровоз голыми руками.
— Я хочу сказать, что Бенджамен всего лишь мальчик! Он никому не желает причинить вред, но у него на уме тысяча разных детских дел!
— Поверьте мне, Стивен, я прекрасно понимаю психологию мальчиков. Однако понимать — не значит идти у него на поводу. Несколько простых правил пойдут ему только на пользу!
Смотря, как Энни поднялась во весь свой величавый рост, Стивен в который раз был поражен ее природной красотой и силой характера. Эта женщина одновременно и гипнотизировала и смущала. Она была прекрасной представительницей своего пола, с блестящими каштановыми волосами, тронутыми сединой, стянутыми сзади в простой узел, чистыми карими глазами и упругим телом, облеченным в простое платье с высоким воротом. В ней, определенно, была сила, с которой приходилось считаться.
Энни появилась две недели назад, ища своего сына. Ее радушно приняли в доме Эвери, где она и осталась помочь наладить домашнее хозяйство.
«Теперь, — предположил Стивен, — она прошествует в гостиную и примется за моего сына, который, вероятно, в отместку будет вдвое чаще оставлять дверь приоткрытой».
— Бенджамен? — позвала Энни спокойным учительским голосом. Дверь в спальню распахнулась, и с криком влетел Бенджамен, почти сбив с ног Энни Сандей,
— Эй! Вот вы где! Ради Бога, а где бабушка Сьюзен? И Титус? — Его рыжеватые волосы стояли потными вихрами, а веснушки ярко блестели на его мордашке. Когда мать Лиса схватила его за плечи, стараясь успокоить, Бенджамен попытался увильнуть, завопив: — Пустите меня, леди!
— Бенджамен, веди себя прилично! — приказал Стивен.
— Слушайте меня! Это важно! — Он остановился, задыхаясь, пока не удостоверился, что оба взрослых готовы выслушать его. — Мэдди и Лис возвращаются! Я видел их, Уотсона и повозку на Главной улице, и Мэдди правит повозкой! Сейчас, вероятно, они уже поднимаются на холм!
Стивен был возбужден.
— Боже правый! Интересно… О, мой… — Он начал бороться с покрывалом: — Где мой халат?
— Дэниэл? Дэниэл возвращается? Прямо сейчас? — Энни Сандей осмысливала сообщение Бенджамена. Она ждала встречи с сыном с того самого дня, как покинула Вашингтон, получив известие, что он в Дидвуде. Она так долго ждала, что не могла поверить, что он наконец предстанет перед нею.
— Это так неожиданно, — пробормотала она, не обращаясь ни к кому в отдельности.
— Папа, я не знаю, можно ли тебе вставать с постели, — с сомнением произнес Бенджамен, подавая Стивену его халат.
— Все будет прекрасно. Я не выйду из дома, но я должен видеть, просто на тот случай. — Стивен почувствовал прилив бодрости, как будто магическое лекарство возымело успех. Завязав кушак своего парчового халата, он просунул ноги в поношенные полуботинки из телячьей кожи и с достоинством вышел.
— Бенджамен, по-моему, бабушка сказала, что собирается лечь и вздремнуть наверху. Пойди посмотри, ладно? А потом поищи Титуса возле дома Лиса. Мы все должны присутствовать в такой момент. — Протянув руку Энни, он добавил: — Я провожу миссис Мэттьюз к парадному крыльцу.
Бенджамен кивнул и бросился из комнаты, но его остановил голос отца.
— Сынок… Ты действительно видел их? Я имею в виду, — он откашлялся, — я понимаю, что ты был высоко на нашем холме, но я подумал, может быть, ты увидел с ними еще кого-нибудь. Другую молодую женщину, вероятно?.. — Его голос задрожал от волнения.
— Ух! — Бенджамен нетерпеливо посмотрел на отца: — Я видел Лиса верхом на Уотсоне и как Мэдди ведет повозку. Я различил ее по волосам. Вот и все. Больше никого.
— Понятно, понятно, — нервно кивнул Стивен. — Ну что же, прекрасно. Пойдемте же поприветствовать путешественников, да, миссис Мэттьюз?
Энни Сандей, посмотрела на хозяина дома с сияющей улыбкой.
— Безусловно, сэр, но вы должны взять меня под руку!
Они стояли на крыльце маленькой группкой, и Лис поймал себя на том, что его сердце переполняется нежностью при виде этих людей, которых он и знал-то всего несколько недель. Он подъехал на Уотсоне и поравнялся с мулами, чтобы помочь Мэдди провести повозку по ухабистой дороге, ведущей по склону холма к их домам.
— О, смотрите, Лис! Это отец! Ему, должно быть, стало лучше! — Держа вожжи в руках, Мэдди заслонила рукой глаза от солнца и попыталась разглядеть получше. — Как замечательно видеть его не в постели! И бабушка Сьюзен здесь, и Титус, и Бенджамен… и женщина! О Господи! Надеюсь, это не Гарнет Лумис — она растрезвонит по всему городу об Улыбке Солнца!
Лис пожал плечами:
— Боюсь, новость распространится достаточно быстро. Вы должны взять себя в руки!
— Бедный отец, — она украдкой взглянула назад в повозку, где ее сводная сестра сидела скрючившись вот уже более трех дней. Если бы не ее запах, они вообще забыли бы о ее присутствии.
— Не знаю, будет ли он рад, что мы привезли ее?
— Конечно, он будет рад, — раздраженно огрызнулся Лис. — Ради Бога, Мэдди, не думаете ли вы, что в его представлении она может быть чем-то другим, нежели неиспорченной индейской девушкой, на что вы явно надеялись? Он хочет видеть свою дочь такой, какая она есть, даже если она не пахнет как розовый куст!
Взяв себя в руки, Мэдди кивнула. Лис был прав, и ей стало стыдно за себя. Улыбка Солнца покинула все, что ей было дорого, ей понадобится доброта и сочувствие, поддержка и подбадривание. И именно Мэдди, как сестра, должна о ней заботиться, а не придираться к ней!
