А сколько таких «товарищей Томасов» было по белу свету? Ведь, щедрая рука Коминтерна дотянулась даже до Латинской Америки:
'Где, среди бизонов бегают тюлени,
Где над баобабами закаты словно кровь…'.
Спрашиваю:
— Ты один был такой умный?
— Нет! Я всего лишь курировал финансирование революции в Германии и странах Центральной Европы. А основные усилия было решено направить на Восток, в первую очередь на Китай. Только в первый год и только на пропаганду в Китае, было выделено более ста тысяч рублей золотом.
В принципе, мне это было известно.
«Мировая революция начнётся на Востоке», — из середины девятнадцатого века предрёк Маркс, и чтобы его пророчества не оказались пустопорожней болтовнёй, московские марксисты-ортодоксы вбухивали миллионные средства в…
Во вполне себе буржуазную, мало того — консервативную и националистическую китайскую партию «Гоминдан». Ну и, следовательно — в создание и подготовку гоминдановских войск…
Это ж надо вдуматься: в России большевики гнобили русских за «великодержавность», а в Китае взращивали китайских националистов!
Не… Умом такое не понять и, никаким аршином не измерить.
Это потом, в конце 20-х годов, когда Чан Кайши пошлёт кремлёвских марксистов-теоретиков на вполне конкретный «нефритовый стержень» и, начнёт методично и последовательно вырезать собственных косооких «красных» — в Кремле переобуются в воздухе и примутся заполошно взращивать «Великого кормчего» и Коммунистическую Партию Китая (КПК). А пока в различных учебных заведениях Советского Союза — проходят подготовку весьма значительные по численности группы офицеров армии Гоминдана.
Где хоть самая элементарная логика, нах?
Ведь, даже самому простейшему одноклеточному биологическому организму понятно: буржуазная армия будет воевать против Мировой пролетарской революции!
Что и произошло в «реальной» истории и, отчего мы в начале 21-го века имеем два Китая — КНР и Тайвань…
Дебилы, блять!
* * *
Ещё задаю вопрос:
— Как из Москвы контролировали твои расходы? Или, вообще не контролировали?
— Как это «не контролировали»? Всех утаивающих расходы, Ленин обещал исключить из партии и ошельмовать в газетах, как воров и изменников пролетарскому делу. Каждый зарубежный представитель Коминтерна, получающий деньги, должен каждый три месяца приезжать в Москву и отчитываться. Однако из-за преследования буржуазной полицией, это не всегда удавалось делать…
Бурчу с изрядной ехидцей:
— Да, кто бы сомневался!
— … Тогда, советские представители Коминтерна сами стали ездить по дипломатическим и торговым представительствам с целью проверки. В частности, в 1922-ом году, комиссией Заведующего ОМС Пятницкого, была обнаружена крупная недостача в 120 тысяч лир у представителя Коминтерна в Италии Ноя Любарского. Якобы он случайно оставил эту сумму жене, а та — не зная их предназначение, без остатка потратила на всякие дамские штучки.
Остаётся лишь развести руками:
— Это, просто какой-то лютый… «Абзац»! И, любопытно было бы знать — каково последовало наказание? «Ошельмовали» хотя бы в газетах?
— Нет! «Сор», решено было не выносить «из избы». Любарского сперва отозвали и исключили из рядов ВКП(б). Но потом восстановили в партии и отправили Полномочным представителем в Монголию.
— На этом всё?
— Всё.
Конечно, согласен с кремлёвскими товарищами: Монголия после Италии — прямо-таки зверское наказание!
Надеюсь, его реабилитировали после развенчания культа личности — объявив безвинной жертвой сталинского террора?
— А кроме этого Любарского с супругою и тебя, естественно, кого-нибудь ещё уличили в «нецелевом» использовании народных средств?
Яков Самуилович Рейх, он же «товарищ Томас», с минуту пристально смотрел на потолок, но вынужден был пожать плечами:
— Больше, я никого не могу припомнить. Весьма сожалею!
Все остальные коминтерновцы, надо полагать — святее Папы Римского!
— Тогда давай — балобонь про себя, любимого.
Тот, не замедлил:
— Отчётные документы в Бюджетную комиссию при ИККИ, я перестал посылать ещё в августе 1921 года. Но всё равно получал такие суммы из Москвы (в том числе и золотом), что пришлось нанимать два самолёта для доставки их в Германию.
Кивнув на покойника:
— В частности, через Мирова-Абрамова, я в двадцать втором году получил восемь миллионов марок, но не указав в отчёте — фактически их присвоил. Конечно же, на пропажу столь крупной суммы — не могли не обратить внимание! Меня вызвали в Москву, но я отказался туда ехать. Тогда в Берлин срочно выехал Орон Пятницкий. Долго рассказывать, каким образом, но ему удалось убедить меня вернуть эту сумму… Однако, я уже успел прокрутить её через Франкфуртский банк и, в результате падения курса марки — заработал маржу в пять миллионов, которую тут же обратил в твёрдую валюту — в доллары и фунты…
Вспоминая эту удачную афёру, товарищ Томас улыбался — как будто забыв про своё незавидное положение, почти смеялся:
— … В общем, несмотря на то, что изначально полученная сумма изрядно обесценилась из-за инфляции — претензий у товарищей не было. Ведь, я вернул им всё до последнего пфеннига!
Тоже смеюсь:
— Однако ловок, каналья! А за что тебя сняли и вновь вызвали в Москву?
— Меня обвиняли, что из полученных свыше семисот пятидесяти тысяч марок для немецкой молодёжи, я присвоил двести пятьдесят тысяч. Кроме того, была недостача в миллион с чем-то марок для Коммунистической Партии Германии… Наконец, десять миллионов марок для коммунистов Чехословакии — переданных через Наркомат иностранных дел и, которую я присвоил целиком.
— Ну и как выкрутился?
— По-разному… Насчёт последней суммы, например — то я не писал никаких расписок, поэтому смело отрицал сам факт её получения.
— И «пролезло»?
— И «пролезло»!
Почти восхищаюсь: изощрённо ловкая бестия, согласитесь.
— Однако, тебя всё-таки «прижучили» — вызвал на ковёр в Кремль!
— На заседании Комиссии ИККИ по моему делу, что была в феврале этого года, мне смогли предъявить лишь «крайне легкомысленное отношение к пролетарским деньгам» и, порекомендовать «впредь воздержаться от поручений дел, связанных с денежными операциями».
Несколько смущённо, коррупционер-интернационалист уточнил:
— Правда, товарищи Пятницкий и Альский предлагали возбудить уголовное дело… Но за меня вступились Зиновьев, Бухарин и Радек. В конечном итоге, комиссии Пятницкого поручили дораследовать моё дело, а мне дали задание вернувшись в Германию — заниматься распространением революционной литературы.
Насколько мне известно, вышеназванных товарищей — совсем недавно самолично крутивших «мясорубку» Гражданской войны, можно обвинять в чём угодно — вплоть до принадлежности к инопланетной цивилизации, но только не в либерализме, гуманизме и врождённой мягкотелости.
Поэтому спрашиваю:
— Во что тебе встряло такое «вступление» этой троицы? Если не секрет, конечно?
Товарищ Томас, с выражением типа «какие могут быть секреты между своими»:
— Чуть более миллиона, если нынешними рублями.
Напомню:
