— Не торопись, — возразил Мима. — Каждый день нужно рассматривать тысячу дел, пока не исчезнет очередь.
— Десять, — сказала Лила.
— Сто.
— Ладно, сто, — согласилась она. — Сатана назначит комиссию.
— Нет. В комиссию войдут души, пребывающие в Чистилище.
Лила вздохнула:
— Остальные души должны очистить заставы и вернуться к работе.
— Но никаких репрессий быть не должно.
— Репрессий не будет.
Миме показалось, что все идет как-то слишком уж гладко. Где же кроется подвох?
— Кроме того, я должен иметь свободный доступ в Ад, чтобы проверять, как выполняются эти условия.
— Но, проверив, ты в дальнейшем не будешь ни во что вмешиваться, — сказала она.
Мима посмотрел вокруг.
— Мне это кажется достаточным, — проговорил он. — В следующий раз я приеду на своем паломино и с Алым Мечом. И буду знать, с кем разговаривать. Я не могу облегчить ваши обычные тяготы, однако обязательно прослежу, чтобы эта договоренность выполнялась. — Ведь Сатана ни за что больше не даст Марсу повода причинить ему такие неприятности, по части которых воплощение Войны был величайшим специалистом.
Присутствующие закивали головами.
— Мы направим в комиссию представителей от наших бригад, — сказал Белобородый. — Животные тоже должны получить льготы. Мы будем сообщать тебе обо всех нарушениях.
Подошла Лигея.
— Думаю, тебе надо ехать, — сказала она.
Мима обнял ее:
— Мне кажется, что я освободил тебя. Ты попадешь в Рай.
— Мне бы хотелось быть с тобой, Мима.
Он вздохнул:
— Я бы тоже хотел быть с тобой, Ли. Но я не оставлю тебя в Аду и не смогу навещать тебя в Раю. Прими заслуженную тобой награду, а со мной все будет в порядке.
— Может, я могла бы остаться в Чистилище и…
Мима поцеловал принцессу.
— Я знаю, что твое место в Раю. Я не стал бы этому мешать, даже если бы мог.
— Знаю, что не стал бы. Прощай, Мима.
Она отошла, чтобы он попрощался с другими.
Мима сохранял на лице улыбку, хотя чувствовал себя внутренне опустошенным. Разумеется, он не хотел лишать девушку Рая! Ему только хотелось, чтобы ее переселение туда отложилось лет на десять или двадцать. За эти несколько дней своего знакомства они так хорошо узнали друг друга, как редко случается между людьми, и Мима понял, что Лигея создана для него. Если бы только она не умерла до того, как они встретились!
Лила наблюдала за ним.
— Я, между прочим, в Рай не отправляюсь, — проворковала демоница.
— Отправляйся ко всем чертям, — пробормотал Мима. Но призадумался: и с чем же он теперь остался? Его последняя победа над Сатаной теперь не казалась такой уж чудесной.
17. ВОЙНА
Покинуть Преисподнюю не составило труда; Сатана сам изо всех сил торопил Мимино отбытие. Та же капсула, в которой была заточена Лигея, спустилась с неба, и Мима вошел внутрь. Капсула быстро взмыла вверх и вскоре снова очутилась во дворце из замерзшего тумана, остановившись точно на том месте, где стояла раньше.
Мима встал с постели и, сделав шаг, убедился, что лед вполне проницаем. Он приблизился к своему бесчувственному телу и вошел в него.
Тело затекло и было холодным, несмотря на предохраняющий плащ. Видимо, то, что на нем было надето в Аду, являлось лишь духом плаща. Мима с усилием поднялся на ноги и потянулся. Оглянулся на постель и вспомнил Лигею. Если бы только существовал какой-нибудь способ…
Не стоит мучить самого себя. Он решительно прошагал по ледяным коридорам и дошел до проломленного входа. Ступил наружу. Потом дотронулся до Алого Меча и пожелал опять оказаться в Цитадели Войны.
Слуги в замке здоровались с ним так, словно его отсутствие было самым заурядным делом, хотя Мима понимал, что те несколько дней, что его не было, мир смертных не стоял на месте.
Сатана хотел отстранить Марса от смертных дел, постарался как можно дольше задержать Миму в Аду и, возможно, заплатил за это больше, чем рассчитывал. Что же затевал Сатана на Земле?
Мима знал, как это выяснить. Он включил телевизор. Там всегда передавали новости, касающиеся Марса.
«На Земле творится черт знает что, — вещал диктор. — Никогда еще не было периода большей нестабильности, чреватой всеобщей войной. Загадочное отсутствие Марса, воплощения Войны, усугубило путаницу. Кто конкретно стоит за этим взрывом насилия?
Наверняка Сатана. Но какова его цель? Понятно, что рост насилия в мире не лишит Марса могущества, а только усилит его.
Между тем Сатана уже пытался договориться с Мимой насчет создания вот такой тревожной обстановки, поскольку это обострило бы проблемы войны. В свою очередь, могла возникнуть ситуация, ведущая к увеличению страданий среди смертных, благодаря чему во многих из них перевесило бы Зло».
И только?
Миме представлялось, что Сатана предпринял экстраординарные усилия, дабы убрать его с дороги. Вряд ли стоило все это затевать ради того, чтобы заполучить несколько лишних душ. В результате пересмотра дел Сатана мог потерять столько же душ, сколько приобрести благодаря неурядицам среди смертных.
Чем больше Мима размышлял над этим, тем невероятнее казалось ему такое объяснение. Когда он не мог до конца постигнуть природу творимого Сатаной Зла, это скорее всего означало, что он упустил из виду нечто весьма существенное. Мима все еще был новичком в своей должности, и теперь он подозревал, что чего-то недопонимает.
Но он знал, кто мог дать ему ответ. Мима прикоснулся к Мечу.
— Хронос, — прошептал он.
Воздух заколебался, и перед Мимой возникла инкарнация Времени.
— Да, Марс, я услышал тебя.
— Ты помнишь мое будущее, — сказал Мима. — Мне необходимо знать, что затевает Сатана, и мне кажется, это сохранилось в твоей памяти. Если ты расскажешь мне…
— Что именно рассказать тебе? Я много чего помню.
— Что сделал Сатана.
Хронос нахмурился:
— Ты, возможно, неправильно понимаешь мою сущность. Я действительно помню твое будущее, — но я помню только то, что произошло, а не то, что могло бы произойти. Поэтому, если, как ты говоришь. Сатана что-то сделал, я помню об этом и не знаю, как оно отличается от того, что, на твой взгляд, должно было бы произойти. Если бы ты смог подробнее…
Мима припомнил, что Луна должна была сыграть ключевую роль в расстройстве главного замысла Сатаны и что Сатана загодя пытался противостоять этому.
— А Луна… все ли у нее в порядке?
— Разумеется, хотя она и испытала серьезное разочарование.
— Что за разочарование?
— Она надеялась помешать Сатане; впрочем, конечно же, это стало невозможным.
— Невозможным? Почему? Она все еще занимается политикой?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
