благоразумию не угодил. — Библиотека Хогвартса, она отсеивает такие подделки или нет?"
— Лорд Мортон! — взвилась какая-то министерская крыска из "штатских". — Это неправда! Министерство никогда…
— Ха-ха-ха! Вы можете отрицать, но отлично знаете, что это — правда. И они знают, что это правда! Сколько из ваших "друзей", практиковавших боевую ли магию, зельеварение ли, да хоть гербологию по "настоящим хогвартским учебникам, только старым", не дожили до этих дней?
— Лорд Мортон!
— Да-да, уважаемая глава волшебной экзаменационной комиссии. Я свою приветственную речь закончил. Надеюсь, она пойдет им впрок.
"О, да! Еще как пойдет! — подумал я, окинув взглядом каких-то совсем поникших самоучек. — Надо же быть такой тварью?! Впрочем, чего я хотел от сословного общества? Остается радоваться, что оно тут пока не кастовое. Там вообще сделать ничего было бы нельзя. Принципиально! Эх, похоже, выполнить задание Основателей мне будет очень непросто. Я, блин, непрерывно ищу варианты, как увеличить поголовье волшебников, а у Министерства и Палаты, оказывается, прямо противоположные желания! До этого я все услышанное воспринимал, как "они не тянут лишних", ставя на пути всевозможные барьеры, а оказывается, что тут таких усиленно "топят", как котят!"
Пока я обтекал холодным потом, Кристина подошла к Гризельде Марчбенкс. Взяла из ее рук какой-то артефакт и, вернувшись к своему столу, положила его на стопку листов с нашими анкетами. Стопка слегка засветилась, и листы заметно увеличились в размерах. Взмах палочкой — и волшебные экзаменационные билеты полетели обратно к нам, а песок из верхней колбы песочных часов наконец начал свой бег вниз. Создающий билеты артефакт Марчбенкс аккуратно убрала в шкатулочку.
"Итак, — подумал я, беря в руки свой билет, размером ставший теперь где-то с альбомный лист, — посмотрим, что мне отвалилось от щедрот всемогущей студенческой богини Халявы?"
Вопросы в билете располагались с обеих сторон. Лицевую можно было узнать по расположившейся в левом углу моей мини-анкете. Остальной лист был линиями разбит на пять частей, по числу теоретических вопросов. На оборотной стороне все было аналогично, только вопросы относились к практической части.
Вопросы по теории мне выпали следующие:
— "В чем три основных отличия зомби от инфери?"
— "Приведете краткое описание троллей".
— "Способ расправиться с Гриндилоу (без использования волшебной палочки)?"
— "Кому и чем особо опасны Эрклинги?"
— "Расставьте в порядке увеличения опасности такую магию, как "сглаз", "проклятье", "порча". Почему порядок именно такой?"
На другой стороне листа мне было задано:
— "Заклинание вызова авроров".
— "Мощное заклинание дымовой завесы".
— "Заклинание заморозки".
— "Проклятье расщепления".
— "Отбрасывающее проклятье".
Приписка внизу поясняла, что помимо практического исполнения перед комиссией следует в обязательном порядке еще написать название, вербальную формулу и зарисовать жест палочкой.
Подумав немного, я не обнаружил в вопросах ничего для меня ужасного. Все они были из хогвартской программы первого-пятого курсов, причем не самые сложные. Заклинание дымовой завесы — это "Фумос Дуо". Заклинание заморозки "Гласиус" вообще в моей "быстрой десятке". Отбрасывающим проклятьем "Эверте Статум" меня не раз прикладывали все кому не лень, вплоть до МакГонагалл. Название, оно же вербальная форма проклятья расщепления "Редукто" в моем мире знает, наверное, каждый школьник, кто хоть раз посмотрел "Гарри Поттера". Единственное, на счет чего у меня были некоторые сомнения, так это заклинание вызова авроров. Всю мою жизнь здесь обстоятельства складывались так, что у меня чаще стояла задача отвлечения авроров, чем призыва их. Впрочем, я с трудом, но вспомнил бесполезное заклинание "Сноп красных искр", с помощью которого, вроде как, можно было привлечь внимание. Наверное, это оно и есть. Ну а с теорией, где половина вопросов про родную мне темную магию, и вовсе никаких проблем не ожидается.
Обмакнув кончик пера в чернильницу, я начал писать ответы. Чернила, кстати, были по-настоящему волшебными. Мечтой поколений школяров: высыхали мгновенно, а если провести по какому-нибудь участку повторно, то написанное они стирали.
Где-то через полчаса я закончил. Перечитал написанное, перепроверил, подправил пару мест. Вроде бы все было верно. А вот дальше передо мной встал занятный выбор.
Можно было прямо сейчас встать, пойти "отстреляться" и уже минут через десять оказаться свободным, как птица в небе. Быстро и просто. Но был и другой вариант. Остаться на месте, пропустить вперед некоторую часть желающих и посмотреть, как будут сдавать они. Зачем? А уж очень сильно после такой "приветственной" речи меня обуяло любопытство. Ведь мысленно пробежавшись по тем волшебникам и волшебницам, с кем меня за эти пять лет свела судьба (а это: хогвартские учителя, гильдийцы, упивающиеся, лучшие ученики волшебных школ континента), я с удивлением обнаружил поразительный факт. В качестве образцов для непроизвольного равнения я выбирал либо, мягко говоря, не посредственностей, либо вообще элиту волшебного мира. Не в плане общественного положения, а в плане магического мастерства. Спортсменов из олимпийских сборных, имеющих мировое признание ученых, просто невероятно одаренных в чем-то людей, это если приводить аналоги из маггловского мира. Из-за этого у меня даже начал зарождаться легкий комплекс неполноценности, так что в качестве психотерапии неплохо было бы увидеть средний уровень и посредственностей. Невелика цена за душевное равновесие — лишние час-два просидеть в этой аудитории.
"Так и сделаю", — подумал я и уселся поудобнее.
Последняя крупинка в огромных песочных часах упала вниз. По жесту волшебной палочки Кристины пропали все перья и чернила, а листы с ответами полетели на стол к секретарю экзаменационной комиссии. Там они после довольно-таки забавной толкотни сложились в четыре неравные по высоте стопки.
Практическая часть экзамена проходила следующим образом. Экзаменуемый выходил на площадку перед экзаменационной комиссией. Там показывал требуемые заклинания. Если нужна была мишень, ее трансфигурировали из небольшой кучки песка, высыпанной на пол недалеко от конторки все той же незаменимой Кристиной. Чтобы не было подсказок, ни в ту, ни в другую сторону, кафедра и площадка для сдачи были обнесены звукопоглощающим пологом. Но наблюдать он никому не мешал, чем я и занялся.
Первыми, ожидаемо, пошли отвечать те, "которые, как и их предки века назад, в будущем поведут нас к вершинам процветания". Четверо молодых волшебников один за другим быстро и без проблем сдали экзамен. Конечно, дополнительных вопросов, обсуждения и ответов слышно не было, но зато отлично была видна характерная легкость при выполнении заклинаний. Все четверо и среди хогвартских учеников выделялись бы, в хорошем смысле слова выделялись, так что домашнему воспитанию "древнейших и благороднейших" можно только с уважением поаплодировать.
Дальше вперемешку пошли "лишние" и "нужные". Заклинания у будущего пушечного мяса получались
