время схизмы Долохова, он долго озарял нас своим сиянием, а потом резко пропал, и о нем почти ничего не было слышно. Однако сегодня, в связи с подготовкой к вылету на Клондайк он снова согласился дать интервью. Некогда прославленный офицер, а ныне капитан Вольного флота, Лейстер Артемис!
Приветствую вас, Артемис!
Лейстер Артемис:
— Приветствую.
В неизменном военном мундире, но без знаков различия, Капитан Артемис был худощав, высок, с русыми волосами. В целом, выглядел, как молодой юноша, ради личной крутости надевший мундир. И только поймав пристальный взгляд серых глаз, можно было понять, кто перед тобой — этот взгляд заставлял вытягиваться в струнку, в ожидании приказов.
Интервью велось с мостика корабля, в обзорных экранах крупным планом виднелась неизвестная звезда. Впрочем, это был тусклый коричневый карлик, ослепить его свет не мог.
Бесекерский:
— И сразу вопрос: как вы стали капитаном корабля вольного флота?
Лейстер Артемис:
— Ну, все началось со схизмы Долохова, мне, как ветерану боевых действий быстро дали энную сумму денег в качестве премиальных, и потом некоторую сумму в качестве выходного пособия. Значительную часть от этой суммы я раздал семьям сослуживцев. Ну, а на оставшиеся деньги, спустя некоторое время, я приобрёл корабль.
Бесекерский:
— Капитан, вы довольно внезапно покинули Военный флот. Что-то случилось? Заслуженно боевого офицера задвинули штабные крысы?
Лейстер Артемис:
— Ну, оставим это за скобками. Конечно, существует определённая конкуренция, и, без сомнения, существует определённая иерархия, ну… Скажем так, мне нужно было определённое время на реабилитацию после травмы. В дальнейшем, выйдя на пенсию, я посчитал, что оставить космос просто так не смогу. Вот так я и оказался в Вольном флоте.
Бесекерский:
— Понятно, это звучит убедительно. Сколько всего, вы, получается, летаете?
Лейстер Артемис:
— Ну, смотрите, с 2497, я непосредственно после выпуска сразу стал бороздить космос. А ну, капитаном Вольного флота действительно являюсь не так уж давно. Ну, условно говоря, первый контракт у меня был примерно в 2518. Ну, считайте сами, порядка 25 лет.
Бесекерский:
— Большой срок, да. Немного людей может похвастаться таким. Ваш корабль — «Ястреб», это вы его так назвали?
Лейстер Артемис:
— Послушайте, Ястреб — это большой символ для меня. Эта птица была запечатлена на фамильном гербе моего рода. Он довольно древний, и начинается ещё с докосмической Земли. Да, это гордая хищная птица, я не мог найти лучшего символа для того, чтобы озаглавить свои космические полёты.
Бесекерский:
— Что вы можете рассказать о своем экипаже?
Лейстер Артемис:
— Хоть экипаж «Ястреба» довольно разношёрстный, все члены команды хорошо слажены между собой. Появлялись они постепенно, началось все, собственно, с планетолога. И он, я имею ввиду, господина Франсворта, присоединился первым к моей команде. Он даже был идеологом покупки корабля именно исследовательского класса. Мы довольно давно знакомы, ну, его отец успешный военный командир и всегда пользовался у меня заслуженным уважением. Поэтому, ну, мы довольно давно знакомы и поддерживали связь. Он остаётся довольно скрытной личностью и много о себе не рассказывает.
Бесекерский:
— Значит, первые полеты вы выполняли вдвоем?
Лейстер Артемис:
— Это невозможно! (смеется). Вы же знаете, как устроены межзвездные полеты?
Бесекерский:
— Расскажите кратко об этом, для наших читателей.
Лейстер Артемис:
— Ну, кратко может не получиться, но я постараюсь. Впервые варп-двигатель был открыт учеными докосмической эпохи, Альбукьерре и Ленцем. Их открытие долгие годы существовало лишь в виде абстрактного набора уравнений, до тех пор, пока не был изобретен в 2134 году кварковый реактор — так мы называем ядерный реактор холодного синтеза с мюонным катализом. И уже 27 марта 2300 года великий ученый Фа Зонгиинг, ну, в честь которого назван наш сектор, собрал работающий прототип двигателя, совершил первый управляемый и успешный навигаторский прыжок. Именно с этого момента, два века назад, стартовала эра межзвёздных полетов со сверхсветовой скоростью.
Бесекерский:
— Это еще называют окончанием темных веков, преодолением последствий самой разрушительной войны человечества.
Лейстер Артемис:
— Ну, вы, репортеры, любите красивые названия. Я буду придерживаться своего мнения: эра межзвёздных полетов. Итоговый принцип работы варп-двигателя несколько отличается от того, как его представляли себе Альбукьерре и Ленц. Они думали, ну, что мы будем искривлять пространство-время так, чтобы маленькие кусочек его перемещался со сверхсветовой скоростью внутри нашей вселенной. Сделать это мы так и не смогли: слишком много нужно энергии. Зонгиинг придумал нечто иное, он создал обособленную капельку вселенной, а искривляя то, что называется «балк[1]», переместил эту капельку в иную точку нашей вселенной. Говоря научными терминами, мы создаем локальную метрику за горизонтом событий, ну, или просто варп-пузырь. Для внешнего наблюдателя это выглядит как исчезновение маленького объёма пространства тут, и возникновение его там, спустя некоторое время.
Бесекерский:
— Полет с Кандидата на Марс занимает около четырех суток.
Лейстер Артемис:
— Верно, это потрясающая скорость. Все выглядит очень красиво, если бы не одно жирное «но»! Я про запрет информационного переноса в локальную метрику за горизонтом событий. Как мы все знаем из школьной программы, частицей-переносчиком информации является фотон, фотонное поле Вселенной, в свою очередь, создает электро-слабое взаимодействие. Ну вот, при переходе в локальную метрику, происходит сдвиг фотонного поля, что превращает любую информацию в хаос.
Бесекерский:
— Если взять книгу и все буквы произвольно поменять местами, то мы получим такой же набор букв, как и в начале, но прочитать это будет невозможно. Это корректное сравнение?
Лейстер Артемис:
— Ну, не вполне, там все сложнее. Но для людей, далеких от науки, да, хорошее. В итоге мы получаем, что никакие искины не работают в варпе, все программное обеспечение, все кодировки сигналов превращаются в хаос. Человек же просто превращается в идиота, поэтому мы всегда летаем через варп в глубоком сне.
Бесекерский:
— Кроме навигаторов.
Лейстер Артемис:
— Верно. Навигаторы, используя особый имплант, способны создавать резонанс, который гасит «удар хаосом» при переходе в варп. Ну, строго говоря, любой человек так может, просто навигаторы делают это достаточно эффективно, чтобы мгновенно не сойти с ума. Только они и летают в варпе, на самом деле, нас же возят как груз.
Бесекерский:
— И их очень мало, да?
Лейстер Артемис:
— Менее чем один на миллион имеют подобную способность. Численность человечества — около 120-130 миллиардов на всех планетах, и еще несколько миллиардов интерстелларов в Облаке
