Читаем без скачивания Влюблен по чужому желанию - Анна Антонова

Парни смотрели шоу, широко распахнув глаза, так что привлечь их внимание в этот момент было невозможно ничем. Да уж, переоценила Ленка силу наших чар! Только когда рыцарей сменили танцовщицы, наши герои немного расслабились, но и тут нам не удалось ничего предпринять – как раз принесли еду, и они с жаром набросились на нее. Мы, на время забыв свои коварные планы, тоже от них не отставали – после обеда в Карловых Варах прошло уже прилично времени, и все успели проголодаться.

А потом приглушили свет, началось огненное шоу, и тут мы сами забыли обо всем – настолько эффектно и красочно выступали артисты с факелами и горящими шарами.

Когда представление закончилось, все начали потихоньку собираться, думая, что на сегодня это все и сейчас мы поедем в гостиницу. Но к Иве подошел один из сотрудников замка, что-то тихо сказал, а она громко перевела:

– А сейчас в соседнем зале для вас состоится дискотека!

На это никто не рассчитывал, поэтому все дружно заорали:

– Ура!

Мы переместились в соседний зал, где уже бодро играла быстрая музыка. Вначале народ жался по стенам, пока самые смелые девчонки не вышли на середину, и вскоре к ним присоединились остальные.

– Что же не предупредили о дискотеке? – пыхтела Ленка. – Жарко во всем зимнем!

И правда – танцевать в утепленных джинсах, толстом шерстяном свитере и сапогах на меху было, мягко говоря, неудобно. Однако никто не собирался сдаваться и с танцпола не уходил.

– Это же круто – дискотека в средневековом замке, – продолжала Ленка. – Рассказать кому – не поверят.

– Да что тут от Средневековья осталось? Выглядит как вполне современное здание, особенно внутри, – возразила я.

Когда мы окончательно выдохлись, невидимый диджей все-таки сжалился и поставил медленную композицию – международно любимый «Отель «Калифорния». Народ сначала нерешительно оглядывался, но тут в зале приглушили свет, и кто-то объявил в микрофон:

– Била танец!

Все поняли без перевода, но девчонки почему-то не спешили никого приглашать, и «Калифорния» зря лилась над пустым залом.

– Странно, почему первый же медляк – белый танец… – начала было я, но Ленка подтолкнула меня:

– Иди скорее приглашай Цветкова!

– А ты что будешь делать? – с подозрением поинтересовалась я.

– Как что – наблюдать за реакцией твоего Бодрова, – пояснила она и подтолкнула меня: – Иди давай, а то песня кончится!

Я послушно направилась в сторону парней, но, не дойдя до Цветкова буквально шага, остановилась напротив Женьки. Говорить я ничего не могла, просто смотрела на него во все глаза. На мое счастье, он все понял правильно – шагнул вперед, взял меня за руку и повел на середину зала.

Мы недолго оставались в одиночестве: краем глаза я заметила, что и другие девчонки, осмелевшие и вдохновленные моим примером, начали приглашать парней и выходить танцевать. И только Ленка продолжала стоять у стены, пожирая меня глазами, но я уже не обращала на это внимания.

Какая-то мысль не давала мне покоя, а когда я наконец сообразила, в чем дело, не подумав, выдала вслух:

– Первый раз танцуем вместе.

– Ась? – насмешливо откликнулся Женька.

Мне показалось – он прекрасно все расслышал и переспросил, чтобы потянуть время с ответом, но я послушно повторила:

– Первый раз, говорю, танцуем вместе.

– А как же на утреннике в детском садике? Помнишь, ты была снежинкой, а я зайчиком?

Я подняла глаза – он издевается? – но не увидела на его лице и тени насмешки.

– Не помню, – на всякий случай буркнула я, злясь про себя: ну что за человек такой? Вечно надо все испортить!

Дотанцевали мы молча и без всякой романтики – к счастью, песня вскоре кончилась. Момент, когда наши отношения могли проясниться, был безнадежно упущен. Кажется, упоминанием детского сада Женька дал понять, что мы просто друзья и ничего больше…

– Ну как? – спросила Ленка, едва я подошла к ней.

– Никак, – уныло ответила я.

– А это потому, что ты меня не слушала! Вот если бы пригласила Цветкова…

– Сама бы и приглашала своего Цветкова!

Я думала, Ленка начнет бурно возмущаться, но она почему-то промолчала, а у меня после такого насыщенного событиями дня уже просто не осталось сил что-то выяснять.

Глава 7. Куда ты денешься с подводной лодки?

– Сегодня мы с вами отправимся на другой берег Влтавы, – объявила утром Ива, встретив нас в холле гостиницы. – Конечно, туда можно добраться автобусом, но, я думаю, вам будет интересно прокатиться в пражском метро.

Все радостно подтвердили, что, конечно же, будет ужасно интересно. Дружной толпой, перегораживая весь тротуар и пугая немногочисленных местных жителей, мы добрались до ближайшей станции под интригующим названием «Námĕstí Míru», что мы уже вполне самостоятельно перевели как «Площадь мира», и спустились под землю.

– Сейчас приобретем и пробьем билеты на группу, – пояснила Ива. – В пражском метро нет турникетов, к которым вы привыкли в Москве, зато есть контролеры, очень злые!

– Слышишь, злые контролеры, – обратилась я к Женьке.

– Ты собираешься съесть мой билет? – спокойно осведомился он.

Я прикусила язык, не найдясь, что ответить, и разозлилась на себя. С ума сойти, я сама первая цепляю Женьку! Совсем гордость и чувство собственного достоинства потеряла! Дав себе слово молчать и держаться от него подальше, я вместе со всеми спустилась на платформу и села в смешной милый вагончик с маленькими сиденьями на двоих, расположенными не вдоль, как у нас, а поперек вагона.

Мы расселись, двери закрылись, и милый женский голос произнес:

– Укончите просим выступ а наступ, двержице завирайе. Наследуйи станице «Музеум».

Мы не сговариваясь покатились со смеху.

– Что смешного? – не поняла Ива. – Это всего лишь значит «Пожалуйста, завершите вход и выход, двери закрываются».

– Ой, я не могу: выступ а наступ! – никак не мог успокоиться Цветков. – Держите меня семеро! Наследуйи станице!

Ива с удивлением смотрела на нас, явно не понимая, что мы нашли тут смешного.

– А ведь все понятно, – заметил Женька. – При желании можно объясниться.

– Просто наши языки принадлежат к одной семье языков – славянской, – пояснила Ива. – Только к разным группам: русский – к восточной, а чешский – к западной. То есть корень у наших языков общий – праславянский язык, а потом они разделились и продолжили самостоятельное существование. При этом многие похожие слова приобрели разное, а порой и противоположное значение. Например, по-чешски «вонять» значит «хорошо пахнуть», а духи – «вонявки».

Вагон сотрясся от нового приступа хохота.

– Станице «Малостранска», – объявила девушка, и Ива спохватилась:

– Выходим.

– Как, уже? – удивился кто-то.

– В Праге метро очень маленькое, всего три ветки, – пояснила она. – А исторический центр компактно расположен.

Контролеров мы так и не встретили, ни злых, ни добрых, и благополучно вышли на улицу. Мороза в городе по-прежнему не наблюдалось, так что сегодня никто не дрожал от холода и не стремился закончить экскурсию в ближайшем кафе, музее или даже трамвае.

– Итак, перед нами Мала Страна, – начала Ива.

Цветков снова хрюкнул от смеха, но экскурсоводу, видимо, уже надоело веселить почтеннейшую публику приколами чешского языка – она мельком взглянула на него и продолжала:

– Что в переводе означает «Маленький город». Этот район так назвали в противовес большим кварталам вокруг Староместской площади. Здесь селились…

Я слушала, кто и в каком веке здесь селился, с восхищением оглядываясь по сторонам, – мы словно перенеслись в Средневековье, на мощеную площадь, которую окружали стоящие вплотную друг к другу каменные дома.

– В центре Малостранской площади, на которой мы с вами находимся, располагается чумной столб – колонна, которую украшают статуи святых. Такие воздвигали на площадях многих средневековых европейских городов в честь какого-нибудь знаменательного события: окончания войны или избавления от чумы, отсюда такое название.

– Как-как, чумовой столб? – искрометно пошутил Цветков.

– Слушай, заткнись, а? – не выдержал кто-то из парней.

Цветков послушно заткнулся, и Ива продолжала:

– Сейчас мы с вами посетим собор Святого Микулаша… Николая, – поправилась она после паузы. – А потом при желании поднимемся на колокольню.

Все, конечно же, немедленно изъявили горячее желание подняться.

– Только там лифта нет, – предупредила экскурсовод. – Узкая винтовая лестница, по которой можно идти только гуськом.

В собор мы не попали – там шла рождественская служба, и Ива сказала: некрасиво будет вваливаться, шуметь и мешать прихожанам, к тому же мы все равно не сможем сейчас бродить там и озираться по сторонам, как в музее. Вариант, что мы можем войти без шума и дождаться окончания службы, она почему-то не рассматривала, поэтому мы сразу отправились на колокольню. Наши сопровождающие купили билеты на группу, Ива отважно начала подниматься по ступенькам первой, а Ирина Владимировна осталась страховать нас снизу.