отказаться.
Будь что будет.
Водитель, которого я вызвал заранее, уже стоял у обочины, когда я вышел из отеля, и оттуда мы быстро доехали до паба. Киран не говорил, во сколько они все там соберутся, но раз я собирался не спеша, я не сомневался, что они уже выпили по пару бокалов.
Как только мы подъехали к «Маллиган», и машина остановилась, водитель собрался выйти, но я быстро это остановил.
— Сегодня это не понадобится, но спасибо, — в последнюю очередь мне нужно было, чтобы кто-то открывал мне дверь возле такого места. — Я позвоню тебе, когда буду готов.
— Хорошего вечера, сэр.
— Спасибо.
Как только я открыл дверь в паб, мои уши накрыло волной шума. В воздухе стоял плотный запах пива, и само место было набито людьми.
Так вот, куда исчезают чикагцы.
На меня не раз оглядывались, пока я шёл через толпу в поисках знакомого лица, но внимание меня никогда не беспокоило, ни раньше, ни сейчас. Я выглядел чертовски горячо и сам это знал.
Не понадобилось много времени, чтобы мой взгляд наткнулся на пожарную команду, собравшуюся вокруг бильярдного стола в задней части паба. Несколько из них играли, пока Киран и один из других парней сидели за высоким столиком.
Парни были большие и мускулистые, как раз в моём вкусе, но Киран в моих глазах был в собственной лиге. Чёрт возьми. На нём были изрядно поношенные джинсы, и он переоделся в более тёмную футболку, но именно то, как одежда обтягивала его мускулистое тело, вызывало у меня мысли о комментарии Лукаса по поводу пускания слюней. Да уж, глядя на Кирана, я определённо мог это предвидеть.
Когда я подошёл к компании, и они наконец меня заметили, их глаза расширились, и я совсем не возражал против такой реакции.
Киран сглотнул, а затем опустил пиво, которое поднял к губам.
— Эй, ты пришёл.
Я улыбнулся.
— Конечно. С моей стороны было бы ужасно грубо отказываться от приглашения, особенно, когда оно включает в себя алкоголь.
— Что ж, давай раздобудем тебе выпивку, — Киран подозвал одну из официанток, и от моего взора не укрылось то, как его глаза на секунду проскользили по её выдающейся груди. Я предполагал, что она впечатляющая, если вам такое нравится.
— Мы все будем ещё раз то же самое, и один бокал для Себастиана.
— Баша, — сказал я, подмигивая Кирану, а затем переключил внимание на официантку, протягивая ей свою кредитку. — Для начала я буду шприцер на белом вине, пожалуйста, и можете записать их заказ на мой счёт.
— Нет, не нужно этого делать… — начал Киран.
— Ерунда. Это меньшее, что я могу сделать для лучших представителей Чикаго.
Это вызвало у него улыбку.
— Вы это слышали, парни? Здесь лучший представитель Чикаго.
— Господи, — высокий рыжий парень с кием в руке потёр лицо. — Если ты не перестанешь молоть чепуху о том, что ты самый горячий пожарный, меня вырвет прямо на этот стол.
— Успокойся, Брамм, он говорил о нас всех.
Брамм сделал паузу.
— Оу. Ну, он чертовски прав, верно?
Киран покачал головой и сделал глоток пива.
— Что ж, спасибо за это, но это действительно не обязательно.
— Мне это в удовольствие.
Я был более чем готов сделать другие вещи, чтобы показать свою щедрость, но это предложение, наверное, будет выше его понимания.
Он посмотрел на меня, а затем медленно кивнул.
— Я оценил. И еду тоже, хоть её по большей части приговорил Олсен.
— Эй, кто не успел, тот опоздал, — отозвался парень, очевидно слушая всё даже тогда, когда был усиленно сосредоточен на шаре, в который целился.
Киран указал жестом на стол.
— Ты играешь?
— Длинными палками и шарами? Сладкий, это моё понятие хорошего пятничного вечера.
Он подавился пивом, закашлялся, а затем вытер пот тыльной стороной ладони.
— Прости, — произнёс я, совсем не сожалея. — Наверное, у меня нет особо фильтра, но… ты сам спросил.
— Да, спросил, — рассмеялся он, качая головой, и я почувствовал, как эти глубокие вибрации воздействовали прямо на мой член. — Хватай кий, поиграем командами.
Брамм поднял взгляд от своего удара и бросил мрачный взгляд на Кирана.
— Мы не закончили.
— Поэтому мы идём вам помогать.
— Мне не нужна помощь.
— Мне кажется, тебе тяжело попасть шарами в правильную лузу. Что думаешь, Себа… Баш? Можешь помочь парню?
Я потянулся за синим мелком и начал вызывающе натирать им кончик своего кия.
— Может это и тяжёлая, неблагодарная работа, но кто-то должен её делать.
Глаза Брамма и Олсена были приклеены к моей руке — а их челюсти слегка отвисли — и мне пришлось скрыть смешок.
Серьёзно, что я делаю в пабе с натуралами?
— Я буду с Олсеном, а Брамм весь твой, Баш, — Киран подмигнул, и это было так горячо и неожиданно, что я едва заметил, как надулся Брамм.
— Подожди-ка, чёрт возьми, — лицо Брамма стало на несколько оттенков краснее, подстать волосам.
Я придвинулся к нему, окинув его долгим взглядом, который заставил его заёрзать, и промурчал:
— Ммм. У меня никогда раньше не было рыжего.
Глаза Брамма расширились до размера блюдец, и с другого конца стола раздался громкий взрыв смеха.
— Не переживай, — Олсен хлопнул Кирана по плечу. — У этого парня были все цвета радуги. Уверен, он будет более чем счастлив помочь.
Киран оттолкнул своего друга.
— Заткнись.
— Разве Сьюзи была не рыжей? Или это была…
— Лара, — крикнул Дэвис из-за одного столика позади нас, где сидел с парнем, который будто съел лимон — очень кислый.
— Её звали Хизер, — сказал Киран, перехватывая моё внимание. — Просто, чтобы было ясно. И её волосы скорее были каштановыми, чем огненно-красными, как у Брамма. Так что поцелуйте меня все в зад.
В смысле, если он предлагал, я был бы более чем счастлив заступить на эту роль, хотя казалось, что он и так занят сэндвичем из Сьюзи-Лары-Хизер.
Увидев треугольник, я схватил его и протянул Брамму, хлопая ресницами.
— Красавчик, поможешь мне выставить шары?
Когда его лицо снова покраснело, позади нас раздался смех, и я усмехнулся. Будет забавно дразнить этого бедного парня всю ночь — если только он не решит использовать свои мускулы для более жестокой реакции.
Он даже не пикнул, начиная укладывать шары в треугольник, но сегодня не только мне хотелось дразниться.
— Оу, да, выставь их получше, — Олсен усадил свою задницу на край стола и соблазнительно прикусил губу, глядя на Брамма. — Да, вот так. Подожди… сильнее. Возьми шары…
— Трахни меня.
Когда раздался взрыв смеха, Брамм уронил голову на руки.
— Оу, хоть это и
