есть осознанная необходимость, так про нее в каком-то старом фильме говорится. От себя добавлю к этому: и возможность ее реализовать. Кто-то, может быть, осознает, что ему необходимо освоить какое-то ремесло, достичь успеха в какой-то профессии. А вот я, например, осознаю, что мне необходимо испытать потрясение от вида статуи Спасителя над Рио-де-Жанейро…Ступить своей ногой на снега Килиманджаро… Пожить в палатке на берегу Байкала, чтобы утром подходить к воде и пить прямо из озера, стоя на коленях… Желаю просто иметь желания и возможность их реализовать. Если я этого не сделаю, я не смогу считать в старости, что жил, как свободный человек. Вот, собственно, и все, вроде немудрено. Ну, разве что еще деньги нужны в наше время для достижения свободы, без этого, увы, никак. Иначе будешь всю жизнь чужие желания выполнять, а не свои. А жизнь, она, говорят, короткая.
– То есть, если у пьяницы одно желание – напиться, и бутылка при себе есть, значит, он свободный человек?
– Я же сказал, что свобода – необходимость осознанная. А что алкаш осознает? Впрочем, многие не осознают, что их личности необходимо, пока у них денег в кармане не заведется. Да и те, у кого появляются деньги, чаще всего тоже ни хрена не осознают, живут, как все с их количеством денег.
– Значит, наша совместная цель…
– Деньги, чтобы стать свободнее! Причем деньги, которые приобретаются не путем рабского однообразного труда, а путем реализации своих же желаний и возможностей. То есть убиваем сразу двух зайцев: зарабатываем свободу, становясь все свободнее. Эх, люблю я пофилософствовать…
Потом Антон рассказывал Владимиру об отмеченных им способностях Игоря. Потом Игорь долго молча смотрел в окно, глядя на придорожные дачи, шашлычные, магазины, почерневшие покосившиеся деревни…
– Ну, так с чего начнем? – снова спросил стоящий в дверях Антон. – Может, выйдем и сразу впечатление произведем на местное население. Неплохо, думаю, с громких молитвенных песнопений начать и рубища какие-нибудь одеть, чтобы нас по одежке встречали.
Как всегда, трудно было понять, всерьез он говорит или шутит.
– Я ничего не знаю, – ответил Игорь, который решился просто положиться на волю судьбы и плыть по течению.
– Начинать надо с завтрака! – донесся голос Владимира. – Идите, я сосиски поставил варить. Поедим, и я отлучусь – есть срочные дела – а вечером вместе поедем на учебу, так сказать. Вы пока можете отдохнуть, по окрестностям пройтись. Вот ключ от моей избушки, второй у меня. Еда в холодильнике, берите, не жалея, только алкоголь – не надо, его нам сейчас нельзя ни в коем случае. Никаких контактов и старых сведений о вас в интернете не должно быть. Одежда на вас – провинциальный ширпотреб, просто и неброско, а мы же не разведчики, чтобы маскироваться? Вот для начала возьмете рубахи из настоящей крапивы в полународном стиле… Телефон положен только одному – ассистенту. В прудике можно купаться. Кстати, вон в том домике, через две дачи от нас, живет полупарализованная женщина с внучкой-инвалидом. А в конце улицы в крайнем домике…
Видимо, Владимир не просто так указывал Игорю на тех, кто нуждался в применении его способностей. Это поняли и Антон, и Игорь, хотя обсуждать ничего не стали. Но после того, как машина Владимира скрылась за поворотом в конце улицы, Игорь отправился к первому из указанных ему домов.
Однако, подумал он, а если бы его спросили: что есть свобода?
Свобода есть радость понимания мира. Ты можешь вместить в себя весь безбрежный мир, все его грани и пространства, если полюбишь его. Ибо человек существует в том, что он любит. Лишь тогда он становится раковиной, вмещающей в себя всю музыку мира: шепот набегающих на берег волн, шелест предутренних звезд, дрожание далекого огонька и первый крик младенца… И тогда рождается ощущение, что музыка эта – единая гармония, одно созвучие, разливающееся и вдохновенное. Понимание рождается любовью – только наполненный любовью к чему-то человек видит смысл в своих поступках.. А если ее нет – что толку в житейской мудрости, продляющей жизнь, в которой нет никакого смысла.
… Итак, он обладает уникальными способностями, но может удачно применить их не в каждом случае, повторил для себя Игорь. И еще: способности его сами двигают им, это течение несет уверенно и неостановимо, так что, пожалуй, следует отдаться его воле.
Тут он подумал, что и само движение жизни человеческого общества и его развитие лучше сравнить с течением реки. Только сила этого течения задается не внешними факторами: уклоном местности, притяжением планеты. А течет оно лишь благодаря движениям всех вошедших в эту общую реку разноликих человеческих существ. Каждый из людей, утверждаясь, вносит вклад в ускорение этого общего течения, старается подняться как можно ближе к недостижимой иллюзорной поверхности потока. И каждый вынужден двигаться, чтобы не оказаться сбитым с ног движениями других и засыпанным придонным песком раньше времени.
Но иногда тебя захватывает и поднимает какая-то свежая и нежная струя этого потока, надо лишь держаться в ней изо всех сил.
***
Странное оживление увидел Владимир возле своей дачи, подъезжая к ней в послеобеденный час. У ворот стояло несколько человек, Антон что-то говорил им, Игоря видно не было.
– Ты что за человека привез? – переключился на Владимира один из стоящих здесь его соседей по даче, которого все друзья за глаза и в глаза звали Женей-Извращенцем. Приклеилось к нему это прозвище недавно по вине его же самого, рассказавшего о произошедшем с ним. Однажды лег он в клинику подлечить почки, а заодно избавиться, как пообещали ему там, от замучившего его геморроя. В первый день лечения весьма миловидная обольстительно улыбающаяся медсестра спросила его нежным голосом: «Презервативы, надеюсь, вы не забыли взять?» Евгений сделал мужественное лицо, затем торжественно улыбнулся, сделал попытку обнять симпатичную почему-то запавшую на него медсестру и вкрадчиво произнес: «К ночному дежурству – будет все!». Молодая женщина отстранила его руку и таким же нежным голосом объяснила его заблуждения: «Презервативы надо к массажным процедурам в шесть вечера. Вас не предупреждали? А будете приставать – мой муж вас зарежет. Он хирургом работает». Евгений вспомнил, что его, действительно, просили взять с собой презервативы для «пальчикового» массажера, на который надо, как на боевого коня, садиться в ходе битвы с геморроем. Он хлопнул себя по лбу, позвонил товарищу, ничего не объясняя, попросил того срочно привезти побольше презервативов.
«А Женя не промах! Только устроился там – сразу ему презервативов давай, да побольше! Мне бы такое лечение!» – подумал товарищ и, стараясь помочь другу, купил презервативов «поприкольнее». Сверток с презервативами Евгений передал той медсестре, не разворачивая. Развернула она сверток только перед началом процедур. «Сам
