неотъемлемой её частью.
А между тем ситуация в городе начала накаляться. Каждый день в новостях передавали о жестоких нападениях на людей и таинственных исчезновениях. Власти уже подумывали о введении комендантского часа.
Конторский телефон разразился громкой трелью. Мгновение и я уже с надеждой прикладывала трубку к уху.
— Мисс Мэйер, добрый день. Надеюсь, не помешал?
Невероятно, но мне показалось, что в воздухе витает аромат свежего кекса и насыщенного чая. Это звонил Брингри из транспортной компании, невозмутимый и сдержанный мужчина шестидесяти лет. Он был чистокровным англичанином, которого не смогли изменить даже двадцать лет прожитых в Америке. Скорее наоборот, это Брингри менял все вокруг себя. Он был словно окутан атмосферой матушки Англии. Когда ты находился рядом с ним, тебя одолевало желание незамедлительно отведать овсянки и выпить пару кружек чая.
— Рада слышать, Брингри, — произнесла я с еле сдерживаемым разочарованием, поскольку надеялась на звонок от другого человека.
— Мисс Мэйер, крайне извиняюсь, но не соизволили бы вы забрать вашу посылку в нашем офисе? Наш курьер уже два дня не дает о себе знать.
Через полчаса я была в конторе Брингри. Хозяин, по обыкновению, встретил меня за своей стойкой из массива бука в идеально отглаженном костюме в клетку. На его руках светились кристальной белизны перчатки. Густая седина покрывала голову. Он смотрел на мир глазами видавшего виды человека, которого было невозможно удивить.
— Прекрасно выглядите, мисс Мэйер.
Он выудил откуда-то из-за стойки небольшую коробку с печатью, на которой красовался орел. Я знала, кому принадлежит этот знак.
— Мистер Рачинский выражает вам благодарность за его исполненный каприз.
Да, мне пришлось изрядно попотеть, доставая для этого богатенького первородного кровососа редкую картину, имя автора которой я тут же позабыла. Радомир Рачинский, а именно так его звали, был кем-то вроде друга для Йоана, и поэтому делу присваивалась особая важность.
— Ах да, по поводу мистера Доуэлла, — как бы невзначай начал Брингри. Я замерла, ожидая ответа, — можете не беспокоится на его счет. Обычный человек, вся предоставленная вами информация о нем является правдой. Могу точно вас уверить, что он никоим образом не соприкасается с «тем» миром.
Я с облегчением выдохнула. Конечно, это было некрасиво с моей стороны проверять Флинна, но уж эта его, черт возьми, идеальность! Брингри, кажется, знал абсолютно все. Какой вопрос ты сможешь задать этому англичанину, будь уверен — он на него ответит.
— Спасибо, Брингри. Может, вы сможете еще раз помочь мне? Конечно, я заплачу.
— Не нужно денег, мисс Мэйер. Что вас интересует?
Я немного замялась, обдумывая, а стоит ли вообще спрашивать о моем начальнике.
— Нет ли новостей о Йоане Матэйе?
— Нет, — тут же отозвался хозяин компании, — мистер Рачинский тоже интересовался его судьбой. Похоже, ваш босс сильно занят.
— Подождите… Я думала, они вместе на съезде в Румынии.
Брингри поднял брови в легком удивлении.
— Но, дорогая мисс Мэйер, съезд еще не начался. Он будет лишь на этой неделе.
Меня словно ударило током. Какого черта? Где носит Йоана? Что за мрачные дела могли отвлечь его настолько, что он не связался даже со своим другом? Здесь явно нечисто и дурно пахнет.
Я поблагодарила Брингри и вышла на улицу. Уже пару дней стояла не по — осеннему жаркая погода за тридцать. В преддверии Хэллоуина это было довольно необычно, впрочем, я радовалась этим денькам. Перспектива предстоящей зимы всегда удручала меня. Я слишком любила жару и солнце. Кажется, этот город идеально мне подходил. Может хоть вампиры перестанут так активно действовать в жару, а то в последние две недели количество совершенных ими преступлений только нарастало.
Меня неожиданно поразило страшной догадкой. А вдруг всему виной мой босс? Вдруг это он затеял игру с низшими вампирами? Но зачем? Те странные типы, что обыскивали наш офис, вовсе не были нацелены покалечить меня. И после тщательного осмотра помещения оказалось, что ничего не пропало, следов взлома также не было. Хотя Йоан никогда не потерпел бы такого надругательства над своим офисом. Впрочем, черт знает, что творится в его светловолосой голове.
Мне не хотелось возвращаться к звенящей тишине офиса и, поймав такси, я отправилась в фирму, где работал Флинн. В такси я распечатала посылку от Рачинского. В ней лежала изумительная антикварная статуэтка танцующей дамы. Ноги и развевающееся платье были из бронзы, а грудь, плечи, шея и голова выполнены из слоновой кости. Девушка была как настоящая, она будто застыла в середине танца, ее левая рука была вытянута в изящном жесте, а лицо имело трогательное выражение. На основании была надпись «A. ERMLER.fec».
— Долбаные вампиры, — подумалось мне, — вечно норовят подсунуть какую-нибудь старинную хрень.
Это, конечно, чудовищно приятно получать такие подарки, но я бы предпочла коробку конфет. Мне всегда казалось, что дорогие подарки дарят только близким людям. К тому же, подобная роскошь выбивала меня из себя и делала обязанной за подарок.
На дне коробки покоилась записка. Почерк у старого друга Йоана был мелкий и витиеватый, если честно, я с трудом разбирала слова за невероятным обилием закорючек.
«Благодарствую вам, Соня. Картина прекрасна, как и сотни лет назад. Эта чудесная статуэтка в подарок для вас родом из Западной Европы начала XX века….»
Я даже не стала дочитывать, этот первородный мог трепаться до скончания веков. Тем более, что такси уже подъехало к офису Флинна.
Сейчас он заправлял фирмой отца, который до сих пор не отошел от повторного инфаркта и лежал в палате интенсивной терапии. Поэтому Флинну пришлось стать директором, невзирая на его нежелание. Мы встречались почти каждый день, и это, пожалуй, был единственный плюс моего незапланированного отпуска.
* * *
Длинноногая блондинка на входе с натянутой улыбочкой и отнюдь не дружелюбным взглядом послала меня куда подальше, заявив, что мистер Доуэлл сейчас отсутствует. После чего я сразу позвонила Флинну, все-таки было неправильно с моей стороны без предупреждения нагрянуть к нему на работу. Он ответил, что сейчас освободится и приедет.
Когда он радостный залетел в двери офиса, блондинка, которую, кстати, звали Мэг, просияла и защебетала о каком-то клиенте, а я невольно залюбовалась видом Флинна. В сером костюме он выглядел еще привлекательнее, чем обычно. Мои колени предательски задрожали, а дыхание участилось.
— Передай Фреду, что он сегодня за главного, а у меня срочные дела, — сказал Флинн в ответ на щебетание блондинки.
Лицо Мэг вытянулось, было видно, что такое заявление расстроило её, и мне сложно было справиться с желанием показать ей язык. Вдвоем с Флинном мы вышли наружу под лучи палящего солнца.
