– Право, нашел из-за чего переживать! – Убедившись, что ножка держится крепко, Хантер присел в кресло. – Я выпутывался из передряг намного хуже этой.
И все же следовало навести справки. Может, и нет никакой малышки Дориан, а ею прикинулась какая-нибудь самозванка. Такое частенько случалось. Якобы чудом выжившие наследники надеялись поживиться частью имущества покойных родственников.
– Почему вдруг Гейл пристал ко мне со смертями и анонимками? – пробурчал король и мельком глянул на часы. – Во сне ему, что ли, одна из певиц явилась? Или откопал занятные факты? Наверняка откопал, но не пожелал делиться. В его духе!
Гейл частенько вел себя странно. Недаром инквизиторов сторонились: все они немного не от мира сего.
Хантер отпер дверь и вышел в приемную.
Болтавший с фрейлиной покойной королевы секретарь подскочил. Дама покраснела и присела в глубоком реверансе. Оба знали, что нарушили заведенный порядок, но Хантер не собирался их наказывать.
– Брат уже уехал?
– Сейчас выясню, ваше величество!
Секретарь резво потянулся к мутному хрустальному шару и активировал его, нажав пальцами нужные рычажки. Шар засветился, явив лицо дежурного офицера стражи. Пара минут, и по обратной цепочке королю доложили: Гейл все еще во дворце.
– Тогда позовите его!
– Будет исполнено! – хором ответили секретарь и дежурный офицер.
Последний неуверенно кашлянул и робко добавил:
– Прибыла тьесса Спенсер с компаньонкой. Прикажете впустить обеих или только тьессу?
Хантер нахмурился. Когда подданным надоест отвлекать его из-за всяких пустяков!
– Что за компаньонка? Какая, преисподняя, компаньонка?!
– Похожа на школьную учительницу, ваше величество.
Офицер пожалел о заданном вопросе. С другой стороны, он неукоснительно следовал инструкциям. Посторонних во дворец просто так не пускали. В любой другой ситуации офицер принял бы решение самостоятельно, но Таисия Спенсер числилась на особом положении. Распоряжения на ее счет отдавал только король.
– Пусть Таисия тащит с собой хоть целый оркестр, лишь бы пела сегодня!
Хантер с шумом хлопнул дверью.
Офицер с облегчением перевел дух и вытер испарину со лба.
– Ну вы учудили! – перед тем как отключить местную связь, пожурил его секретарь. – Удружили, нечего сказать!
На подносе лежали письма. Вот как теперь нести их его величеству? А нести надо, потому как одно от невесты, ее высочества принцессы Анны. Страшно представить, что король напишет в ответ после дурости офицера! Тут до разрыва помолвки и войны с Гентебергом недалеко. Рано, рано произвели того молодца в аспиранты[1]! Не обтесался еще, мудрости от старших товарищей не набрался.
– Ну так как, Мартин?
Воспользовавшись задумчивостью кавалера, фрейлина кокетливо положила руку ему на плечо. Секретарь недовольно сбросил ее:
– Не сейчас, Арабелла! Видишь, – он покосился на дверь королевского кабинета, – громы и молнии метает. Как герцог вернется, совсем худо станет.
– Думаете, – встревоженно понизила голос Арабелла, – нашли ведьмачье гнездо?
Секретарь промолчал. Он предпочитал не распространять слухов, ничего не комментировать. Длинный язык – верный путь к отставке.
– Наверняка, иначе зачем королю вдруг понадобился брат? – не унималась любопытная фрейлина.
– Мало ли? – пожал плечами секретарь и посоветовал: – Лучше не вникать в дела инквизиции.
Арабелла намек поняла, сменила тему, принялась пытать собеседника насчет Гейла.
– Скажите, Мартин, вы когда-нибудь видели его светлость без маски? Правда ли, что у него печать Темного на лице?
– Да вы с ума сошли?! – шикнул на нее побелевший секретарь и гулко сглотнул. Не приведи Всевышний, услышат! – Вы с таким трудом получили назначение в свиту принцессы Анны, хотите по глупости всего лишиться?
Некогда Арабелла состояла в штате королевы Джованны. Когда ее не стало, она ходила с шифром королевы-матери. Увы, та ненадолго пережила невестку, Арабелла осталась без жалованья. Однако она всегда держала нос по ветру, по примеру многих других дам не вернулась домой, а крутилась во дворце. И не зря. Во‑первых, Арабелла вошла в свиту принцессы Анны. Во‑вторых, обзавелась парой потенциальных женихов. Самым перспективным как раз считался королевский секретарь, барон Мартин Энг. Собственно, его стараниями имя Арабеллы и внесли в число фрейлин будущей королевы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Казалось бы, живи и радуйся, но таинственный герцог Ричток не давал ей покоя. Арабелла строила ему глазки, пару раз будто невзначай роняла платок, чтобы продемонстрировать глубину декольте – без толку! Это ранило самолюбие. Арабелла не какая-нибудь дурнушка или бедная тьесса, из милости пригретая при дворе, она признанная красавица, дочь графа Соенского. Пусть не старшая, вторая по счету, но тоже хороша.
– Нет, – излишне резко ответил секретарь и подозрительно прищурился: – С чего вдруг такой интерес?
– Да так, – стушевалась Арабелла и поспешила успокоить ревность поклонника ласковой улыбкой. – Просто к слову пришлось. Как бы не напугал принцессу!
Анну ждали совсем скоро. Лучшие повара трудились над составлением меню многочисленных банкетов и званых ужинов. Балетмейстеры подготовили аллегорические постановки в честь грядущего союза. Гулять собирались долго, с размахом, а самой главной звездой представлений предстояло стать Таисии Спенсер. Сегодня она как раз собиралась представить часть праздничного репертуара.
Глава 4
– Вы хотя бы знаете, кто я? На каком основании вы смеете меня задерживать?!
Лицо Таисии пылало от злобы. С направленным в грудь дежурному офицеру пальцем она, по мнению Ирен, походила на ведьму. Но, похоже, никто, кроме нее, этого не замечал. Ни дрожащего скрюченного пальца, ни толстого слоя пудры и румян, призванных замаскировать полночные излишества. Молоденький аспирант смотрел на Таисию со смесью страха и уважения, но стойко держался: не положено, и все тут.
– Кем не положено? Кому? Мне? – не на шутку разбушевалась Таисия. – Да я тебя в казематах сгною!
Преувеличивала, конечно. Королевская певица – величина весомая, но не настолько, чтобы по ее прихоти бросать людей в тюрьмы. Да и формально офицер прав. Ладно, если бы Таисия прибыла одна, но с ней компаньонка, величина неизвестная. Надо получить указания, проверить. Именно этого «проверить» Ирен боялась больше всего. До сей поры ей везло.
Экипаж Таисии подкатил не к центральным, а к боковым воротам. Казалось бы, артефакт остался позади, но судьба любила играть с людьми. Прямо перед Ирен маячил страшный кристалл. На вид – ничего особенного, просто матовый булыжник в замке каменной арки, но каждая ведьма, каждый ведьмак ощущали исходившие от него горячие волны.
Ненадолго отлучившись в караульное помещение, аспирант рассыпался в извинениях:
– Все в порядке, тьесса. Вас обеих разрешили пропустить.
Таисия презрительно фыркнула и, не удостоив его ответом, толкнула решетчатую калитку. Ирен хотела последовать за ней, но офицер задержал ее:
– Простите, тьесса, пустые формальности. Сначала вам нужно пройти через это.
Он указал на зловещую арку.
Во рту Ирен пересохло. Ладони вспотели, с трудом удерживали ридикюль с косметикой Таисии.
– Зачем? – как можно спокойнее поинтересовалась она.
– Нам положено проверять каждого, кто впервые входит во дворец. Таковы правила.
Липкий, позабытый страх поднял голову. Ирен ощущала, как он цепкими лианами опутал сердце, сжал его железными тисками.
Взгляд против воли обратился на матовый кристалл. Он гипнотизировал, теперь Ирен не могла видеть ничего, кроме него.
Ну вот!
Ридикюль таки выскользнул из скользких пальцев.
Ирен вздрогнула, не сразу сообразив, что произошло, а потом, извинившись, склонилась над сумкой, радуясь возможности спрятать лицо. Наверняка она бела как снег.
«Вечная мать, помоги, дай мне силы!» – беззвучно шептали губы.
