– Но ты провела там достаточно много времени!
– Терпение всегда вознаграждается. Я получила мужчину, от которого не воняет.
Каллен рассмеялся, что разрядило атмосферу, и покачал головой:
– У тебя, однако, острый язычок.
– Я с таким же успехом владею луком и стрелами.
– А в чем ты не сильна?
– В совокуплении.
– Хочешь научиться?
Его откровенный вопрос поразил ее, но с ответом она не задержалась.
– А вы предлагаете меня поучать?
– Это не входит в условия нашей сделки, – сказал Каллен и растянулся на одеяле, подложив под голову руку. – Но мы попробуем и покончим с этим.
– Мне это подходит, но не сегодня ночью. Я дам вам знать когда. – Она тоже легла, завернувшись в плащ.
– Согласен, я сегодня слишком устал, – ответил Каллен зевая.
Сара кипела от возмущения. Возможно, это лишь условие их сделки, но ему незачем говорить об этом так пренебрежительно, как будто это нечто бессмысленное.
Но на самом деле так оно и было. Этим актом они просто скрепят клятвы, данные перед алтарем: Ждать чего-либо другого просто глупо. «Мы это сделаем, и делу конец».
Сара украдкой посмотрела на Каллена. Он лежал с закрытыми глазами, но вряд ли уже спал. Его губы были сжаты, и он, видимо, был раздражен и обдумывал то, о чем они говорили. У нее не было опыта обольщения мужчин, но ей приходилось наблюдать, как это делали другие женщины, и она заметила, что мужчины легко поддавались на их чары.
Ее женская гордость была задета. Но она сама виновата – зачем было так ехидничать? Все же Сара решила, что стоит попрактиковаться в женских хитростях. Как знать, может, они ей когда-нибудь пригодятся?
Она всегда была готова научиться чему-нибудь новому, даже когда задача казалась непосильной. Наоборот, чем больше было трудностей, тем ревностнее она их преодолевала.
Сможет ли она соблазнить Каллена? Было ли это честно? Или будет нечестно даже не попытаться? Она больше никогда не выйдет замуж. Не сможет. Ее муж исчезнет, но, согласно традициям клана, она все еще будет замужем, поэтому сейчас, возможно, ее единственный шанс познать мужчину. И это произойдет тогда, когда удобно ей, и без всяких дальнейших обязательств, способных осложнить ей жизнь.
Кроме того, инициатива будет исходить от нее, так что Каллену не придется беспокоиться о том, что она потребует от него большего. Она не ждет любви, хотя надеялась…
Печаль сжала ей сердце. Сара смирилась с тем, что в ее будущей жизни не будет любви, поэтому она постарается получить максимум удовольствия от того, что у нее есть. Она уже не заперта в стенах монастыря, а скоро освободится и от опеки отца. Жизнь будет принадлежать ей одной, и эта мысль наполняла ее радостью.
– Что ты имела в виду, когда сказала, что я недостаточно любил Алэну?
Сара знала, что он не спит, но его вопрос удивил ее.
– Не важно.
Каллен повернулся на бок и посмотрел на нее:
– Мне это важно.
На секунду ей показалось, что его карие глаза увлажнились от слез. Неужели он плакал об Алэне? Трудно было себе представить, что этот громадный горец может плакать. Он, который может победить в самом жестоком бою. Но победить боль в сердце гораздо труднее.
– Я любил Алэну, как… Я не могу этого описать. Это была боль в сердце, это были бесконечные мысли о ней… Алэна… – Каллен улыбнулся, – она была и загадкой и ключом к разгадке. Рядом с ней все казалось правильным. Она была моей любовью, моим сердцем, моей жизнью.
– Я часто думала, стоит ли искать любовь, – сказала Сара. – Я видела и слышала, как люди страдают, когда теряют ее, и спрашивала себя, стоит ли она таких страданий.
– Очень даже стоит, – Каллен решительно тряхнул головой. – Я не променял бы время, проведенное с Алэной, ни на какие богатства на свете. И поэтому я не могу понять, почему ты сказала, что я любил ее недостаточно. Ведь это просто невозможно!
– Если бы вы любили ее так, как утверждаете, вы бросили бы ее, потому что ваша любовь привела ее к гибели.
Глава 6
На следующий день Каллен задал лошадям более изнурительный темп. Ему не терпелось покончить со всем этим. Он хотел поскорее обнять своего сына, а потом, стоя на палубе корабля своего брата, навсегда распрощаться с Шотландией и своими тяжелыми воспоминаниями.
А Сара?
Он ехал впереди и на нее не оглядывался, будто даже не хотел признавать ее присутствия. С утра, едва открыв глаза, она начала болтать и не остановилась до тех пор, пока они не сели на лошадей и не отправились в путь.
У этой женщины всегда находились темы для разговора, и его раздражало то, что он находил их интересными. Не то чтобы он охотно присоединялся к дискуссии, но она, черт бы ее побрал, умела заставить его как-то откликнуться.
Все же его очень задело ее вчерашнее недоброе замечание, особенно потому, что он сам думал также. Если бы он любил Алэну так, как утверждал, почему он не ушел от нее?
На этот вопрос у него не было определенного ответа, сколько бы он ни пытался. Кроме того, где-то в глубине души он верил – и верил по-настоящему, – что они с Алэной могли бы поступить по-другому. Они могли бы потихоньку скрыться от всех и жить вместе, несмотря ни на что. Он верил – Бог тому свидетель, – что им это удастся. Этого требовала их любовь.
Он сердился на Сару за ее проницательность и откровенность. То, что она сказала, было правильно, хочет он это признавать или нет. Если бы у него хватило смелости увезти Алэну, сейчас она была бы жива. Однако Алэна первой бы напомнила ему, что такая жизнь не стоит и ломаного гроша.
Он долго обдумывал оба варианта и пришел к выводу, что права все же была Алэна – их жизнь друг без друга была бы невыносимой – пустой и бессмысленной.
Оглядываясь назад, Каллен понял, что они поступили правильно, воспользовавшись шансом, предоставленным судьбой. Он испытал настоящее счастье и всегда будет вспоминать свою единственную любовь, подарившую ему сына. Он будет жить для него, он воспитает его настоящим мужчиной, которым Алэна могла бы гордиться.
– Похоже, приближается снегопад! – крикнула Сара, Каллен взглянул на серое небо и почувствовал, что ветер стал холоднее. Возможно, это будет последний привет зимы перед наступлением весны.
– Есть по дороге какой-нибудь приют, где мы могли бы укрыться? – спросил он, не оглядываясь.
– Если погода еще немного продержится, мы успеем доехать до заброшенной фермы. Там мы сможем переждать метель.
Он кивнул в знак согласия. Они прибавили скорости, ведь в такую погоду недолго и замерзнуть. А он должен жить – ради своего сына.
Всего несколько месяцев назад Каллен предпочел бы смерть. Когда он увидел на земле истекающую кровью Алэну, ему хотелось закричать. Это было нечестно. Они были уже так близки к свободе! Сжимая в своих объятиях ее истерзанное тело, он понял, что она умирает: ему ничего так не хотелось в этот момент, как умереть вместе с нею.
