они защищают тебя от меня.
Он начинал говорить голосом Теда, но к концу фразы голос стал холоднее, более эдуардовским. Что такого было в Логане, что Эдуарду стало так трудно оставаться в своей роли? Чуть раньше меня оскорбили гораздо хуже, да и работали мы оба с куда большими засранцами, так что сделал Логан, чтобы попасть в дерьмовый список Эдуарда? Обычно нужно быть плохим парнем, чтобы так вывести его из себя.
— Прекратите, оба, — прикрикнул Пирсон.
— Я буду играть паиньку, если он это сделает, — сказал Эдуард.
— Мы здесь не играем, Форрестер. Мы пытаемся поймать тех вампиров, пока они не поубивали еще больше народа. Это не игра.
— Что хорошего в игре, если ставки невысоки, Логан?
— Что это значит, Форрестер?
— Это значит, что жизнь и смерть — наилучшие ставки для игры.
— Тед, не мог бы ты чуть сбавить тон «я-большой-и-плохой»? — Это было лучшее, что я могла сделать, чтобы предостеречь его, потому что он все больше становился Эдуардом и все меньше — Тедом. Как если бы Супермен надел очки Кларка Кента, но объявился бы перед «Дэйли Плэнет» в своем супергеройском костюме. Если вы одеты как Супермен, очки не скроют, кто ты такой.
— Да, Тед, сбавь обороты ради своей девчонки, — поддакнул Логан.
— Каковы у вас правила насчет сексуальных домогательств, старший офицер Пирсон?
— Почему спрашиваете?
— Кажется, Логан собирается упираться в этот вопрос, пока не доиграется.
— Я не доиграюсь, Блейк. Эта маленькая проблемка только ваша.
— Рада, что мы хоть в чем-то согласны, Логан.
— О чем это вы?
— Вы только что сказали, что это моя проблема, значит, я выиграла.
— Я не это имел в виду.
— Ты выражаешься неточно, Логан. И это постоянно, пока я здесь, — сказал Эдуард.
— Трахни себя в зад, Форрестер.
— Нет, спасибо.
— Нет, блядь, ты знаешь, что я хотел сказать.
— Ничего я о тебе не знаю, Логан, кроме того, что ты охрененный геморрой, — заявил Эдуард.
— Если не можешь работать с маршалом Форрестером спокойно, можешь быть отстранен от расследования, — вмешался Пирсон.
— Я занимался этим расследованием с самого начала.
— Американцы нужны нам, чтобы найти и задержать этих вампиров.
— Нам не нужен какой-то ковбой из Штатов, чтобы помочь нам делать нашу работу, — плюнул Логан.
— Я приму любую помощь. Эти вампиры убили невинных людей, а все, что ты в состоянии делать — это сраться с Тедом, — вставила Шеридан.
— Теперь он уже Тед?
Тут до меня дошло: Логану нравилась Шеридан, храни нас Господь и ее тоже. Она отреагировала на Эдуарда как-то так, что Логан решил, будто Тед ей понравился. Такое ощущение, что мы старшеклассНикки и играем в игру «ему-нравится-девушка-которой-нравится-другой-парень», ну, или наоборот, не суть. Я не была уверена на сто процентов, но попытка не пытка.
— Как давно ты в Ирландии? — задала я вопрос.
— Неделю.
— Донна и дети, должно быть, скучают.
— Я тоже по ним соскучился.
— Она, наверное, вне себя от того, что ты свалил в самый разгар планирования свадьбы.
— Приготовления почти завершены. Это твоя свадьба состоит из одних планов.
— Свадьба будет гигантская, — ответила я и ощутила привычную зубную боль, появлявшуюся всякий раз, как я думала о списке гостей.
— Похоже, ты будешь моим шафером прежде, чем я твоим.
— Погоди. Ты только что сказал, что Блейк будет твоим шафером?
— Ну да, — ответил Эдуард, стараясь вернуться в образ Теда и потерпел такую сокрушительную неудачу, каких я за ним ранее не замечала. Обычно он был мастером маскировки, но что-то в Логане срывало с него его обходительное «я».
— А твоя невеста не беспокоится о том, что Блейк будет на твоей свадьбе?
— Донна это поддерживает.
— Что ж, как говорят: всех, кто получше, уже расхватали, — вздохнула Шеридан, что означало, она была не слишком тактична насчет охмурения Эдуарда. Он был метр семьдесят семь ростом, голубоглазый блондин, стройный, но в прекрасной физической форме и, судя по реакции других женщин, весьма привлекательный. Я этого не замечала, но сначала он угрожал меня пытать или убить, и это меня пугало достаточно, чтобы не воспринимать его как симпатяжку. Теперь же мы были настолько близкими друзьями, что это бы уже смахивало на какой-то инцест. Я хотела обсудить другие фотографии, но их больше не было.
— Это не могли быть все изображения, Тед.
— Не все, только те, которыми мне разрешили поделиться с тобой.
— Леди и джентльмены, вы действительно так предубеждены против моего психического дара?
— Ничего личного, Блейк, — сказал Пирсон.
— Черта с два ничего.
— Ничего с два черта, — парировал он, и, кажется, задумался, что же он только что ляпнул. — Знаете, вспоминаются все эти американские мультфильмы с вечным сезоном охоты на уток…
— Вы охотитесь на вампиров. Моя некромантия может оказаться там как нельзя кстати.
— В Ирландии мертвые не разгуливают, если они не призраки, маршал Блейк.
— Полная чушь, и вы это знаете. У вас проблема с вампирами.
— Признаем, — ответил он.
— Тогда позвольте Аните приехать и помочь мне, помочь вам, — сказал Эдуард.
— Прости, Форрестер, и не в обиду Блейк, но некромантия здесь не работает.
— Она вне закона? — уточнила я.
— Не то чтобы.
— Ирландия претендует на звание одной из самых магически толерантных стран в мире. Ко мне сильно придираются, — сказала я.
— Ничего личного, Блейк.
— Не думаю, в смысле, вы так не думаете.
— Спасибо, нам это было нужно, — чуть усмехнулся он.
— Анита может нам помочь, — встрял Эдуард.
— Вы допускаете, что великий и могучий Тед Форрестер, тот, кого вампиры прозвали Смертью, не сможет справиться с тем, что здесь твориться, без своего напарника, Истребительницы?
— Смерть и Истребительница — отличная команда для такого рода дел, — ответила я.
— То же самое со Смертью и Войной, — сказал он.
— Тоже звучит.
— Война — это новое прозвище Аниты среди вампиров и оборотней, — объяснил Эдуард.
— Почему вы не получили нового прозвища? — спросила Шеридан.
— Смерть мне подходит, — сказал он, и я могла почти видеть его, так жутко посмотревшего на нее в упор своими светло-голубыми глазами. Как будто на тебя смотрит зимнее небо.
Я услышала дрожь в голосе Шеридан даже через динамик, когда она ответила:
— Да. Да, пожалуй.
Ее тон сказал мне, что наши попытки отвести ее от интереса к Эдуарду разговорами о Донне и женитьбе не сработали. Эдуард был красив, но такой уровень настойчивости заставлял меня заинтересоваться, что же он сделал, чтобы произвести на нее столь неизгладимое впечатление.
— Возвращайся ко сну, если можешь, Анита.
— Не думаю, что сильно помогла.
— Ты помогла нам так сильно, как смогла, раз они не дают мне
