— Там скучные новости. Я можно сказать, спасла вас, ваше высокомершество, от скуки. Видите, задачу о заботе о вас выполнила.
— Неужели.
Непонятно — спрашивает или утверждает. Что в него в голове-то происходит и почему я так нервничаю?
Взгляд оценивающий, прям прожигающий.
Киваю:
— Именно так. Вам не будет интересно.
— Колючка уже стала разбираться в моих вкусах, — прищуривает глаза, — как забавно. Но может Колючка все-таки вернет мне выпуск, мои друзья обещали, что эта статья меня заинтересует. Я склонен им доверять.
Вытягивает руку и раскрывает ладонь. А я мотаю головой.
— Неа, не дам, думаю, ваши друзья ошибаются.
Пячусь назад, пряча за спину сумку с выглядывающей газетой.
— Колючка?
— Вы так напряжены, может я могу уже что-то для вас сделать? — спонтанно предлагаю.
Но вдруг сработает?
— Например?
— Кафи по рецепту моей бабушки.
— В твоем мире пьют кафи?
— Ну да. А так есть разные вкусные напитки и вообще много всего.
— Сначала газету. Или мне активировать метку? Эй, Колючка, ты куда?
Как можно дальше. Неслась на всех возможных скоростях, спотыкаясь на ходу. Кириэль мог активизировать метку в любую секунду, но почему-то этого не делал. Может были еще какие-то ограничения?
Я в любом случае торопилась и прошмыгнув в уборную, в ускоренном темпе уничтожила опасный для меня выпуск «веселой жизни».
— Если я когда-нибудь найду создателя этой газетенки, журналиста этой статьи и редактора — вам не жить! Прям обещаю, — рычала я.
И вот когда я истребила выпуск почти в пыль, метка запульсировала.
Поздно, высокородный, газетенки больше нет. Можешь теперь бегать по академии и искать другие экземпляры.
Кириэль вызвал меня в общую гостиную учебного корпуса.
Просторное помещение, обычно пустовало в учебные часы и только вечером наполнялось адептами. Вот только в этот раз мне совсем не повезло. Сам Кириэль был не один. Расположившись на диване в самом центре, он сидел в окружении своих.
Если я не ошиблась, то все эти эльфы присутствовали на ритуале, включая ту эльфийку, которая особо яростно жаждала для меня наказания. Кажется, ее звали Лиара. Подсев поближе к высокородному, она хлопая длиннющими ресницами и расплываясь в белоснежной улыбке, что-то активно рассказывала Кириэлю, а сам Кириэль безразлично слушал, закинув локти на спинку дивана.
Казалось, ему было просто невыносимо скучно, хоть его и развлекали все присутствующие.
А меня зачем позвал?
Подходить к компании я не решалась. Одного эльфа с горем пополам выдерживаю, а тут их почти десяток. Ужас!
Лиара меня заметила первая. Она так активно крутила головой, постоянно поправляя волосы, что было бы странно, если бы не заметила. Улыбка мигом растворилась и преобразилась в откровенную неприязнь.
— Смотри-ка, человечка явилась, — громко фыркнула эльфийка, — ты что здесь забыла? У нас частная вечеринка.
Эльфы громко засмеялись, оборачиваясь в мою сторону и только Кириэль вообще никак не реагировал, будто меня не было, даже не обернулся.
Но так было недолго.
Одно движение его руки и эльфы угомонились, быстро поднялись с дивана, кресел и направились к выходу из гостиной, окатывая меня ледяными взглядами. Лиара, так вообще словно случайно задела меня плечом.
И что дальше?
Переступив с ноги на ногу, я приблизилась к высокородному и взгляд случайно упал на придиванный столик, на котором разбросанные стопочкой валялись свежие выпуски «Веселой жизни».
Ой…
Высокородный подался вперед и щелкнул пальцами у моего лица.
Моргнула. Раз. Другой. Перевела ошарашенные глаза со столика на Кириэля и обратно.
Нет слов. Вот он меня зачем сюда позвал. Издеваться будет? Мстить?
Прищурившись — жду. С подозрением его рассматриваю. Ищу в чертах лица эльфа намеки. Что-то он больно спокоен. Сверлит меня в ответ глазами. Лицо непроницаемо. Совсем никаких эмоций.
Пауза затягивается и я начинаю нервничать.
— Знаешь, ты была права, — Кириэль снова откидывается на спинку дивана.
— В чем? — округляю глаза.
— Этот выпуск «веселой жизни адепта» действительно скучный. Не понравилось.
— Правда? — шевельнув одними губами, произнесла я.
Точнее выдавила из себя первое, что обозначилось в голове, а он кивнул.
Спонтанно покрутя указательными пальцами друг напротив друга — попыталась понять, а что вообще произошло.
Высокородный, выходит, газету прочитал, но… у него вообще статья не вызвала никакой реакции.
Серьезно? Правда?
Ой, а я то боялась…
У меня вдруг настроение поднялось, махнула рукой и радостно произнесла:
— Так я же говорила. Вот о вас, ваше высокородие, забочусь.
— Заботливая Колючка, — усмехнулся Кириэль, — как на счет еще раз проявить заботу?
— А?
— Хочу попробовать кафи по рецепту твоей бабушки с земли.
— Какой бабушки…? — я поспешно осеклась, прикусив кончик языка. Совсем забыла о том, что я сама упоминала бабушку.
На самом деле бабушку то я свою особо и не знала. Да, с ней много всего интересного было связано, но варка привычного мне кофе или по местному кафи— не значились. Не уверена, что бабушка хоть что-то готовила.
— Твоей бабушки, — уточнил высокородный.
— Ах, моей, — растянув губы в самую невинную из возможных - улыбок, делаю вид, что просто не поняла сказанное, — да да, конечно, моя бабушка варила отменный кафи. А вы попробовать хотите?
— Мечтаю.
— Ну тогда не смею вам отказать…— потирая висок на нервах, протяжно бубню я.
— Особенно, если учесть, что ты сама это ранее предлагала, — добавляет он.
— Ну да, было такое. Помню помню, — переступаю с ноги на ногу и ожидаю непонятно чего.
— Замечательно, я жду.
— Вам сюда принести?
Он серьезно думает, что я ему кофе готовить буду по мифическому рецепту моей почившей бабушки, с которой я даже толком не общалась?
Ну да, он действительно ждёт.
Вон как глазами в меня стреляет.
Говорит:
— Я жду.
Великолепно. Просто великолепно.
И угораздило же меня лишнего сказануть.
— Аааа, — закричала я, сжав кулаки, как только покинула общую гостиную и оказалась подальше от других студентов.
Двигалась в сторону своего корпуса. По дороге развернула список от Харта.
Так так так, что у нас тут есть?
Ага.
Перечитав перечисленные по пунктам вредоносные ингредиенты, задумалась…еще бы спросить у темного, как именно они действуют.
Вдруг еще отравят высокородного случайно. Такое вредительство в мои планы не входило.
Закинув перемолотые зёрна кафи, почему-то фиолетового цвета, но дающие во время варки насыщенный темно-коричневый оттенок обычного кофе и далее, распахнула шкафчик.
Много разных баночек. Рассмотрела их, сверилась со списком. Проговорила:
— Гобататиусы…это что? Фертрон…эммм? Левонный щавель…оно съедобно? Да что все это такое? — я принюхиваюсь к некоторым баночкам. Вроде пахнет как специи. Читаю дальше, — златоцвет и хотонец? Не поняла…так, кажется что-то похожее было у Харта.
Почерк у темного и правда неразборчивый. То ли златоцвет, то ли хотонец? Скорее всего что-то из этого подойдет.
Беру хотонец, на вкус не пробую, но аромат словно вообще отсутствует. На свой страх и риск добавляю немного в турку. Довариваю и выливаю в самую чудесную чашечку.
Вопрос в том, как донести и сохранить температуру?
Магией я пока владела плохо, но некоторые заклинания из бытовых были знакомы. Я немного ослабив браслет, наложила на чашку защиту от расплескивания и окутала слабой формой утепления, чтобы не остыло.
Кириэля застала на том же месте. Почти. Он расположился у открытого окна, рассматривая внутренний двор.
— Ваше кафи, ваше высокомершество, по фирменному рецепту моей земной бабушки.
