Фумия-кун очаровательный, любезный со мной, но, думаю, он слишком очаровательный для парня. В любом случае, по сравнению с Ани... нет, этот человек необычен.
Сегодня я снова увидела, что их одежда немного... оригинальна. Я должна напрячься, чтобы лицевые мышцы не двинулись.
Даже с этим кондиционером, разве не слишком жарко носить что-то подобное в этом сезоне, Фумия-кун?
Даже если назвать это мужской одеждой, носить жакет болеро и широкий пояс... так как это частная вечеринка, не думаю, что необходимо заходить так далеко.
С другой стороны, Аяко-сан... ну, как обычно называется как обычно не без причины. Её платье было обильно украшено ленточками и декоративными пуговицами, и даже её носки выше колен были с кружевами и лентами на них. Её волосы были уложены в локоны, в её ленту для волос была добавлена бахрома. Я не особо хочу придираться к чужому вкусу в одежде, но этот стиль, кажись, немного ненормален на летнем курорте.
Так как они и их родитель носили такие одежды, думаю, они выглядели слишком формальными.
Пока я над этим размышляла, чтобы себя отвлечь, Одзи-сама продолжал хвастаться своими детьми. Пока он хвастался о несущественных вещах, вроде Аяко-сан получила приз на конкурсе пианистов, и Фумию-куна похвалил инструктор верховой езды, я вежливо отвечала во всех нужных местах и ждала, пока пройдет время.
Мне всегда было интересно, неужели это своего рода игра в наказание. Тем не менее, каждый раз я счастливо спасалась, прежде чем моё терпение становилось слишком тонким. И сегодня, сейчас в любой момент Фумия-кун начнет суетиться.
— Кстати, Миюки-неесама... где Тацуя-ниисама?
Ах, вот и оно.
Фумия-кун очень хороший ребенок, он к Аяко-сан и ко мне относится одинаково. Если коротко, он так меня обожает, будто я действительно его старшая сестра, но он обожает Ани больше, чем нас обеих; или можно сказать, что он его почитает.
Нет, интересно, может восхищение будет лучшим способом, чтобы это описать? Даже так, ну, я не могу сказать, что не понимаю.
В общем смысле — в соответствии с общим курсом, установленном Магической Ассоциацией — Ани не наделен талантом в магии. Но этот человек компенсировал это избытком мозгов, мышц и особых талантов.
Его школьные оценки были просто превосходными.
Независимо от того, какой спорт, он всегда лучший; или, возможно, самый лучший.
И, контратака, против которой уязвимы все маги, является единственным козырем этого человека.
Несомненно, Ани такой человек, которого все мальчики могут почитать как героя.
Нет. Несомненно, не только мальчики.
Его внешний вид не дружелюбный, жизнерадостный или милый, но несмотря на всё это.
Ани невероятен...
...Э, о чем, черт возьми, я думаю!?
Этот человек всего лишь мой охранник, ничего более.
Мы разделяем родственные отношения лишь через гены, ничего более.
Почему я поступаю так, будто у меня комплекс брата...
— Он вон там на страже, — словно не замечая это черное облако, которое внезапно появилось в моем сердце, я указала на его позицию у стены, при этом кропотливо построив улыбку на лице.
Ах, щеки Фумии-куна начали становиться красными.
Видимо, мне удалось их обмануть.
— ...Эм, где именно?
Возле Фумии-куна, который отвернулся от меня, чтобы найти Ани, обследуя всю комнату, Аяко-сан тоже посмотрела туда-сюда вдоль стены, притворяясь равнодушной.
Её отношение было необычайно легко читать, она даже показывала зубы, когда улыбалась. Однако я думаю, это что-то, что она направляет на Фумию-куна. Я указала место, где стоял Ани, Фумии-куну, стоявшему возле Аяко-сан, которая позволила своей стене безразличия разрушиться.
Ани смотрел на нас.
— Тацуя-ниисама!
Лицо Фумии-куна внезапно загорелось, он направился к Ани.
— Ох, что ж, с этим ничего нельзя поделать.
Хотя она высказала жалобу, Аяко-сан быстрым шагом направилась за Фумией-куном. Действительно, она выглядела, словно сдерживала себя от того, чтобы побежать.
Увидев этих двоих, Одзи-сама сделал кислое лицо; он каждый раз так делал.
Одзи-сама медленно пошел за ними в полностью ином настроении, чем Аяко-сан. Я тоже последовала за ними.
Фумия-кун увлеченно болтал о чем-то с Ани.
Ани множество раз мелко кивал, уголки его рта чуть поднялись, немного показывая зубы — он улыбнулся?
Этот человек?
Несмотря на то, что никогда не показывал такую улыбку мне!..
— Эй, Фумия, Аяко. Вы не должны мешать работе Тацуи-куна.
Чтобы поддержать свою неискреннюю улыбку, я сильно сжала руки, чтобы мои пальцы не сжались в кулак, и улыбнулась такой кропотливо построенной улыбкой, чтобы выглядеть естественно, чтобы Одзи-сама не сомневался, что она отразила мои истинные чувства.
— Спасибо за твою работу. Ты столь прилежно выполняешь свои обязанности.
— Нет необходимости меня благодарить.
Этот Ани, который столкнулся с Одзи-самой, был обычным Ани. Его лицо было настолько лишено выражения, что улыбка, которая совсем недавно на нем была, показалась иллюзией.
— Ау, Ото-сама.[9] Неужели его нельзя отвлечь даже на пару мгновений? Миюки-неесама наш приглашенный гость. Принимать меры предосторожности, чтобы наш гость не пострадал, — обязанность хозяина.
— Как и сказала Онее-сама. Стражи Куроба не столь не профессиональны, чтобы позволить даже одному из наших гостей быть меньше, чем в полной безопасности. Разве я не прав, Ото-сан[10]?
Э? Фумия-кун не обращается к Одзи-саме как «Ото-сама»...
Концентрируясь на такой тривиальной вещи, я смогла отвлечься от своего настроения.
— Это так, но...
Не обращая внимания на мои мысли, Одзи-сама сказал многозначительные слова, глядя в недоумении.
Я тоже была в недоумении. Но, наверное, Аяко-сан и Фумия-кун поняли истинные намерения Одзи-самы. Ему не нравилось, как собственные дети — особенно Фумия-кун — направляют любой дружелюбный интерес к Ани.
Фумия-кун — кандидат, который стремится стать следующим главой Семьи Йоцуба.
Ани — просто охранник такого же кандидата на преемственность, меня. Даже если мы дали им специальный титул «Страж», они слуги, в конце концов. Если говорить жестоко — они не более чем инструменты, которые будут использованы, а затем выброшены.
Инструмент, который, если я буду точной, не может стать кандидатом на преемственность Йоцуба.
Естественно, пока Ани мой страж, так как отношения между Ани и Фумия-куном лишь отношения троюродных братьев, нет реальной проблемы с тем, что Фумия-кун его обожает. То же самое и с Аяко-сан. Маю Обаа-сама,[11] наверное, это не будет волновать.
Звучит жестоко, когда я это говорю, но Одзи-сама беспокоится лишь о статусе. Он может видеть в Ани лишь слугу, одноразовый инструмент. Всё это значит, что человек по имени Куроба Мицугу, вероятно, «Йоцуба» до мозга костей. Следовательно, думаю, я не ошиблась, что считаю, что он думает, что если собственные дети показывают сопереживание инструменту, — это неправильно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
