По спине Сайленса пробежал холодок. Он попытался улыбнуться и отогнать тревожные мысли, затем оглядел свою команду, чтобы узнать, как его люди чувствуют себя в новой обстановке. Морские пехотинцы держали в руках дисраптеры и озирались вокруг, готовые к возможному нападению. Они приспосабливались к незнакомой местности. Разведчица стояла немного в стороне, спокойно разглядывая силовой экран. Экстрасенс, сжавшись от холода, вглядывалась в громаду леса; ее глаза на бледном худом лице выглядели неестественно большими. Но никто из экипажа не проявлял излишней нервозности. Довольно скоро они будут вести себя иначе. Желая привлечь их внимание, Сайленс громко кашлянул.
– Я должен ненадолго покинуть вас. До моего возвращения обязанности командира будет выполнять разведчица. Если возникнут проблемы, свяжитесь со мной по каналу командирской связи. Но прошу не беспокоить меня без крайней необходимости. Для того чтобы проникнуть за силовой экран, нам потребуется помощь, и, я думаю, мы найдем того, кто нам ее окажет.
Фрост пристально посмотрела на него.
– Помощь? Здесь, на Ансили? А не кажется ли вам, капитан, что настало время раскрыть нам глаза на то, что происходит на этой планете?
– Нет, – сказал Сайленс. – Еще не время.
– Но скажите хотя бы, куда вы идете?
– Конечно, разведчица. Я иду говорить с человеком по имени Кэррион. Он может помочь нам преодолеть экран. Если, конечно, ему в голову не взбредет сначала убить нас.
Глава 2
ПРИЗРАКИ
Рипперу и Стэйсяку было поручено обозначить периметр контролируемой площадки на космодроме, но они большую часть времени разглядывали загадочный металлический лес, подернутый дрожащей дымкой Ониоба добровольно отправились выполнять это задание. Риппер – потому что верил в надежность хорошо контролируемого периметра. А Стэйсяк был рад избавиться от общения с разведчицей. Он слышал немало рассказов о знаменитых киллерах Империи и теперь, встретив Фрост, поневоле поверил многому из того, в чем раньше сомневался. Разведчики были элитой Империи, обученной действовать в ситуациях, слишком сложных или опасных для обычных родов войск. Специфика их деятельности заключалась в контактах с новыми видами жизни в космосе. Они проводили сложные обследования аборигенов планеты, разрабатывали наилучшие способы использования, порабощения или уничтожения неизвестных существ, а затем возглавляли экспедиции, которые тем или иным путем присоединяли вновь открытые миры к Империи.
Разведчики были непревзойденными бойцами, холодными и расчетливыми стратегами, их могла остановить только смерть. Говорили, что они столь же странны и непохожи на обычных людей, как и жители других планет. Стэйсяк верил в это. От общения с Фрост у него по коже ползли мурашки.
Пехотинцы медленно передвигались вокруг посадочных терминалов, устанавливая через небольшие интервалы мины дистанционного действия. Взрыватели мин должны были сработать в тот момент, когда кто-то или что-то пересечет невидимую границу, установленную пехотинцами. Риппер был горячим приверженцем дистанционных мин: они не только отбивают у врага охоту шпионить за вами, но и создают колоссальный шум, сигнализирующий, что враг где-то рядом.
Риппер любовно пошлепал по лежащей перед ним мине, не обращая внимания на вздрогнувшего Стэйсяка. Мина выглядела довольно невзрачно, но мощности этого плоского серого диска было достаточно, чтобы унести не один десяток жизней.
Разметка периметра потребовала больше времени, чем предполагалось, и не потому, что они увлеклись разглядыванием леса: космодром имел гораздо большие размеры, чем им казалось, теперь он выглядел просто бесконечным. Риппер попытался представить, как выглядело это поле во время строительства Базы, когда многотонные звездолеты, подобные летающим горам, ежечасно садились здесь и стартовали. Но такое было трудно вообразить. Масштабы этого действа были поистине гигантскими. Он хотел поделиться мыслью со Стэйсяком, но передумал. Стэйсяк был неплохим парнем на случай, когда требовалось прикрытие в бою, но он обладал слишком скудным воображением. То, что нельзя было съесть, выпить, убить или подмять под себя, совершенно не интересовало Стэйсяка.
Сейчас он опять вглядывался в дрожащую дымку. Риппер невольно проследил за его взглядом. Вообще на Ансили, и в частности на Базе № 13, существовало что-то такое, что внушало ему инстинктивную тревогу. Чудовищные размеры металлических деревьев устрашали, заставляли чувствовать себя маленьким и жалким, словно мышь перед готическим собором. А кроме того, была еще и дымка, окутывавшая металлический лес, словно неряшливый, грязновато-белый саван. Рипперу показалось, что он увидел какие-то неясные огромные силуэты, двигавшиеся по краю леса. Они появлялись и исчезали в мгновение ока. Опытного солдата не покидало чувство, что за ним наблюдают, почти физически ощущалось давление невидимого, неотвязного взгляда – взгляда врага.
Нервировала и тишина. Единственными звуками, раздававшимися в неподвижном воздухе, были те, которые производили сами Стэйсяк и Риппер. Эти звуки быстро поглощались тишиной. Не было рычания зверей, пения птиц, в воздухе царил мертвый покой. Мертвый мир. Мир-призрак. Риппер нахмурился и, не снимая пальца с гашетки дисраптера, ждал, пока Стэйсяк уложит последнюю мину. В воздухе пахло опасностью, казалось, должно было произойти какое-то роковое событие. Но пока все вокруг было тихо. Мертво…
Стэйсяк быстро пробежал через зону действия мины, вставил взрыватель и отошел к Рипперу. Теперь, если кто-нибудь задумал бы пересечь границу периметра, не набрав мысленно специального кода, его останки были бы разбросаны на огромной площади. Стэйсяк уныло вздохнул и поправил дисраптер на своем бедре. После минирования периметра он надеялся почувствовать себя в большей безопасности, но, честно говоря, этого не произошло. Одного взгляда на лес было достаточно, чтобы ощутить легкий озноб. Дымка у леса переливалась в глубине разными цветами, причудливо изменявшиеся оттенки растворялись в ней, словно краска в воде, наводя на мысль о какой-то непонятной цели или скрытом смысле. Некоторые виды космической жизни непостижимы для человеческого разума.
Риппер тронул своего товарища за руку, чтобы привлечь его внимание, и Стэйсяк едва не отпрыгнул в сторону. Он дикими глазами посмотрел на Риппера, который ответил ему спокойным взглядом.
– Если ты дошел до того, что пытаешься вызвать у меня сердечный приступ, то нам пора убираться отсюда к чертовой матери! – стал жаловаться Стэйсяк.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
