я элементарно не представляю, что искать?
Получается, нужен кто-то, способный меня вытащить. Разумеется, этот «кто-то» за «спасибо» работать не будет. А чем я могу расплатиться? Только информацией. Уверен, внешний вид и месторасположение крестражей Темного Лорда – достаточная плата за свободу. И пусть никто не даст гарантию, что здешний мир полностью совпадает с каноном (а мое присутствие здесь – уже настораживающий звоночек!), но даже одного удачного совпадения окажется достаточно, чтобы окупить хлопоты моего возможного благодетеля.
Теперь прикинем, кому нужен настолько специфический товар. Во-первых, преданным слугам Волдеморта, которые жаждут возрождения своего любимого господина. Одна беда – все они являются моими соседями в четверть-звездочной гостинице под названием Азкабан, а из оставшихся на воле Пожирателей желания оказать содействие второму пришествию Темного Лорда, согласно канону, никто не изъявлял. Особенно показателен данный момент на примере Малфоя, у которого крестраж был буквально под рукой. Исключение в виде фанатично преданного Реддлу Крауча-младшего лишь подтверждает данное правило. Впрочем, Барти и исключением в полной мере не назовешь, поскольку он сейчас аналогично прочим верным сторонникам Тома сидит в тюрьме. Только более комфортабельной.
Во-вторых, моя информация может быть полезна Дамблдору. Однако обращаться к этому доброму дедушке в здравом уме я точно не стану. Не представляю, гад Альбус в этой истории или нет, но знаю точно, что директор – прожженный политик. А доверять политикам – последнее дело. Судя по оригинальной истории, Дамблдор законопатил Блэка в Азкабан вполне сознательно, так что даже если у меня и получится передать предложение о сделке, то максимум, что я смогу получить за сведения о крестражах – красивые обещания. Короче, дедулю из списка вычеркиваем!
В-третьих, мои знания могут заинтересовать Фаджа, нынешнего Министра магии. И пусть в каноне этого человека старательно смешивали с нечистотами, вылепливая карикатурный образ недалекого безынициативного чиновника, предпочитающего замалчивать проблемы, а не заниматься их решением, но если отбросить явную пропаганду идеологических противников и судить только по фактам, то получится фигура хитрого, расчетливого и успешного дипломата.
Много лет лавировать между враждующими лагерями, став удобным для всех, благополучно тратить ресурсы министерства для собственной выгоды, не теряя при этом симпатии электората, а после вынужденной отставки выбить себе хлебное место в стане победителей и жить припеваючи – подобное не каждому по силам! Так что Фадж наверняка может прельститься возможностью заполучить славу окончательного победителя Темного Лорда. Уж честолюбия ему не занимать, судя по ордену Мерлина, которым министр наградил себя сам.
Определившись с выбором, я принялся продумывать детали намеченной авантюры. Нильсон упомянул про скорое окончание смены, поэтому именно его я определил на роль почтовой совы. Затык приключился на этапе планирования предстоящего диалога с тюремщиком. Я понимал, что без личной заинтересованности Стив пальцем о палец не ударит, однако вряд ли его можно удивить пустыми обещаниями золотых гор. Уверен, за годы тюремной работы, мужик подобного наслушался. Следовательно, нужно давить на возможность карьерного роста, подобрав такие слова, чтобы Нильсон сам решил рискнуть, передав мое послание наверх. Но без знания здешних реалий эта задачка сходу не решалась.
Мои размышления были прерваны скрипом из коридора. Как вскоре выяснилось, к нам пожаловал коллега Нильсона – высокий хмурый мужчина в серой куртке, который собрал пустые тарелки и удалился, не удостоив заключенных вниманием. А спустя несколько минут я ощутил, что в камере стало заметно прохладнее, и услышал тихое поскуливание, издаваемое Джонни. Периодические покашливания больного Сэма тоже сменились на хрипловатые отрывистые: «Нет… Не надо… Прошу…».
Подозревая худшее, я повернулся к решетке и обнаружил за ней огромную, не меньше двух метров ростом фигуру в длинном черном плаще. Дементор безмолвно парил над полом, уставившись на меня черным провалом капюшона, а я почувствовал, как тепло начало медленно покидать мое тело.
- Твою ж… - вырвалось у меня изо рта вместе с небольшим облачком пара.
Обрадовавшись произведенному эффекту, нежить приблизилась к самой решетке, вытянув руки в мою сторону. Увидев серые, покрытые слизью и струпьями кисти с длинными, напоминающими паучьи лапки пальцами, я хотел отодвинуться подальше от ожившего мертвеца, но тело отказалось подчиняться. Мой разум объял дикий ужас, а перед глазами возникла дражайшая супруга, которая, искривив прелестные губки, брезгливо констатировала:
- Ты – полное ничтожество! И как я вообще за тебя вышла? Надо было слушать маму…
«Чего?» - пробилась сквозь пелену ужаса одинокая удивленная мысль.
А видение уже сменилось. Теперь передо мной стояла моя мать, заплаканная, поседевшая от горя, сжимающая в суховатых руках свидетельство о смерти отца и словно автомат повторявшая:
- Как же так? Как же так? Как же…
«Но откуда свидетельство, если я сам занимался похоронами и всей бумажной волокитой, бдительно отгоняя от мамы кровопийц-ритуальщиков?» - заметил мозг несоответствие в картинке.
И та вновь поменялась. Я увидел дочку, моего маленького милого ангелочка, божественный нимб которому с успехом заменяла пара косичек с бантиками. Это прелестное создание в цветастом платьице гневно топало своими ножками и кричало:
- Уходи, папа! Ты мне не нужен! Я тебя не люблю!
«Такая же фигня!» - нахально парировало мое сознание, отчаянно барахтавшееся в пучине наведенного ужаса и, словно за спасательный круг, цеплявшееся за любые другие отголоски эмоций. Такие как ненависть, злость или презрение.
Не знаю, сколько длилась эта пытка. Я успел увидеть отца, судорожно зажимающего раны на животе и зовущего меня на помощь, начальника, плюющего мне в лицо и обзывающего крысой, победно ухмыляющуюся тещу, которая обмахивалась веером денежных купюр, а потом в один прекрасный миг осознал себя лежащим на старом вонючем матраце, вконец озябшим и обессилевшим. Дементора за решеткой не наблюдалось, хотя сопровождаемое всхлипываниями поскуливание продолжало доноситься из коридора.
Облегченно выдохнув, я принялся растирать вконец заледеневшие и потерявшие чувствительность пальцы, подводя итоги знакомства с представителем местной обслуги. Что ж, в книжках не врали. Дементор – та еще тварь, с которой лучше не встречаться. Вот только, несмотря на заверения Роулинг, положительными эмоциями данная нежить не питалась, иначе мне бы сейчас показывали самые лучшие моменты жизни, которые потихоньку выцветали бы, лишаясь сопровождающих их чувств. Да и патронус – заклинание, основанное на светлых воспоминаниях, не отпугивал бы тварей, а наоборот – приманивал, являясь лакомой добычей.
Нет, все куда проще – дементоры высасывали магию. Или жизненную энергию, если речь шла о простых людях. А навевали ужас они только по одной причине – чтобы жертва не сбежала. Ведь физической силой твари похвастаться не могут, способностей к дальнобойной магии не имеют, а оружием либо брезгуют, либо тупо не
