— О! Знали бы вы, как они на меня наседали! Но я отбивалась с достоинством, присущим сказочным рыцарям!
— Они? — спросила моя брюнеточка, заглядывая поочередно в каждую сумку и в каждый чемодан — наверняка искала сладости.
Я широко улыбнулась, немного опечалилась тем, что разлюблю Лаки до того, как он познакомится с моими девочками, а затем вернулась к теме разговора, продолжая разбирать вещи:
— Мы всей семьей гостили у Квинфов, когда Уол заговорил, что я должна съехать с общежития в их дом. Я, как могла, вежливо отказалась. Так мне мама опять про наш городской особняк говорить стала, а я закатила истерику, доказывая, что до свадьбы жить с семьей жениха или в одиночестве неприлично.
Ялси рассмеялась, схватившись за живот, а Агнети захлопнула чемодан и окинула меня внимательным взглядом.
— Ты и прилично? — спросила она, постукивая пальчиком по чемодану. — И они поверили?
— Не совсем, чтобы поверили, — скривилась я, приподнимая плечи и направляясь к креслу. Вещи не убегут — потом разберу. — Но что они могли сделать мне?
— Оставить без денег, — предположила Ялси, моментально перекатываясь и усаживаясь на кровати.
Она не сводила с меня сурового взгляда, ожидая подтверждения или опровержение. Я выбрала второе:
— И тогда я всем рассказала бы, что из-за Квинфов, щедрые Скойлок родную дочь ущемляют!
— Ты можешь, — не удивилась Агнети, распаковывая найденный шоколад и усаживаясь на небольшой стол. Я только и успела вытащить третрадочки до того, как она на них уселась бы.
— Девочки, а я влюбилась, — призналась я, примерно зная, что услышу в ответ, но очень хотелось перевести тему от семейных дел. — Лаки... Он такой...
— Молчи! — взвизгнула Агнети.
— Когда?! — вскочила с кровати Ялси. Ее взгляд метался от Агнети ко мне.
— Не знаю. Может, час или полтора назад.
— Интересно. Целый час.
— Ставлю на полчаса с того момента, как Карра покинет комнату! — воскликнула Ялси, указывая пальцем на Агнети.
— А я... — А я не хотела спорить, потому что всегда проигрывала. А может, проигрывала, потому что всегда была уверена, что моя новая влюбленность раз и навсегда? Тогда. — Пятнадцать минут!
Агнети молчала, накручивая и без того кудрявые волосы на пальчик. Она сильно поморщилась, фыркнула и заявила:
— Мне нужно хотя бы один раз проиграть. Скучно постоянно оказываться победительницей. Ставлю на то, что очередная влюбленность Карры — это навсегда!
— Не смешно, — насупилась я.
— Карра, ну прости, — в ее голосе не слышалось раскаяния. — Очередной самый красивый, самый ласковый и самый. Как его говоришь зовут?
— Ла-а-а-ки... — Я выдохнула, опять чувствуя себя лишней в этом мире.
Агнети права. Какую бы сильную тоску я сейчас не испытывала, вспоминая краткую встречу с Лаки, все скоро пройдет. Все будет забыто. На смену забытому Лаки в мою жизнь придет другой рыцарь.
— Так вот Лаки...
— Хватит! — вмешалась Ялси, вновь забираясь на мою кровать. — В последние два года ты нормально справляешься, Карра. Мы же даже веселиться научились на почве твоей непостоянной влюбленности. Не надо сейчас в уныние скатываться.
— И с вынужденным браком все проще будет, — согласилась Агнети, а я уже улыбалась, планируя, как буду выбирать забегаловку, где она будет отрабатывать проигрыш. — Это не смертельное заболевание.
— Кстати, как твой отец? — поинтересовалась я, стирая улыбку с лица.
Ялси уставилась на Агнети, а та поджала губы, вздохнула печально и даже улыбнулась краешком губ:
— Ему последнее дело поручили, а потом он уходит в отставку.
— Так это же хорошо! — взбодрилась я. — Его после такого ранения сразу нужно было домой отправлять! Я пыталась достучаться до родителей Уола, чтобы они хоть как-то повлияли, но судебные инстанции без иска не вмешиваются, а иск. Уол пытался объяснить мне, но я...
— Спасибо, Карра! — твердо произнесла Агнети, улыбаясь мне. — Правда, спасибо, но мы справимся. Последнее дело, конечно, выглядит запутанным.
— Расскажи! — Ялси от любопытства подпрыгнула на месте.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— А вы потом с Каррой всему институту растрещите!
— Не-ет! — не то возмутилась, не то пыталась заверить моя блондиночка.
Я усмехнулась и уже, наверное, правильно догадывалась, какое нашумевшее дело могли отдать в работу опытному следователю.
— Убийство Илана Антидо?
— Его, — кивнула Агнети.
— Почему я ничего не знаю?
— Мои родители только утром обсуждали произошедшее. — Я посмотрела на обиженную незнанием Ялси и постаралась говорить тише: — Вы же знаете моего папу, он считает, что главное для успешного дела — честность. Он утром рвал и метал! Говорят, что, обыскивая кабинет Антидо, удалось найти свидетельства, что он причастен к хищениям людей и к куче других преступлений.
— Правду говорят. — Агнети кивнула, откладывая шоколад, и скрестила руки на груди. — Я вам расскажу, что сама от отца узнала. Думаю, что скоро новости по всему Ленверу расползутся, поэтому не страшно, если даже вы проболтаетесь.
— Да никому мы не расскажем! — воскликнула Ялси.
— Рассказывай! — потребовала я, вглядываясь в темные глаза Агнети.
— Ночью неизвестные пожаром внимание охраны отвлекли, а в это время их подельники в кабинете рылись и мучали Антидо. Отец кровавыми подробностями со мной не делится, но к нему напарник приходил, так я подслушала. С этого Антидо кровь спустили!
— Как? — просипела Ялси.
Сердце сжалось от услышанного, и я обернулась, будто убийца мог стоять у меня за спиной. Меня тоже интересовали подробности. Жутко, но будоражит!
— Ему вены вскрыли и при этом даже к стулу не привязали. Маги истины следов магии не обнаружили, на голове побоев не было и синяков на сонных точках тоже. То есть, выходит, что он все это время сидел смирно и не сопротивлялся.
— Кто же в здравом уме позволит такое с собой сделать? — прошептала я.
Агнети повернула ко мне голову и еще тише договорила:
— В крови никаких зелий обнаружено тоже не было. И на теле ничего. Кто бы ни убил Антидо, у него не первый опыт.
— Но зачем? — снова всполошилась Ялси и, глянув на дверь, тише спросила: — А с хищениями он как связан? Разве у нас в Ленвере люди пропадают?
— Конечно пропадают! — изумилась Агнети тому, что наша блондинка не знает о пропажах.
Если честно, то я тоже не знала о пропадающих без вести людях. Только утром весь ленверский ужас услышала, когда папа за завтраком маме жаловался. Он арендовал несколько складских помещений у Антидо для хранения излишков и остатков материалов от завершенного строительства. И теперь переживал, чтобы его — Тавела Скойлок, в подельники к нечистому перед законом человеку не приписали.
— И что он с ними делал? — поинтересовалась я, потому что данный вопрос папу не интересовал, поэтому и не обсуждался.
— Продавал.
— Зачем продавать людей? — скривилась я.
— Карра, не зря твой отец настаивает на вашем браке с Уолом, — произнесла Агнети. — Дело в прибыли, о которой тебе, как наследнице крупной компании знать с рождения необходимо! Людей ведь можно принуждать к грязным работам, заставить их.
— Не продолжай, пожалуйста! — вскочила с кровати Ялси и сразу же обратно шлепнулась.
И я была ей благодарна за то, что она остановила нашу кудрявую. Подробности всякой мерзости мне слышать не хотелось.
— Если они в кабинете рылись, значит, искали что-то, — вернула я тему к интересному, жуткому, но не омерзительному.
— Сейчас мой отец и его подчиненные пытаются выяснить, что грабители искали и нашли ли. Но главное ведь не в этом.
— А в чем?
Агнети вновь на меня посмотрела и кратко произнесла, приподнимая одну бровь:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— В букве.
— В какой еще букве? — спросила Ялси.
— «А». Ее кровью вывели на стене.
— И какие версии у твоего отца? — желала знать я.
— Много. — Агнети пожала плечами. — Среди пропавших, как выяснилось, по вине Антидо числилась девушка с именем Арикха Ая. Главная версия, что Илану Антидо отомстил кто-то из ее близких. Есть еще версия, что «А» — Антидо, тогда следует ждать новую жертву и тоже помеченную заглавной буквой фамилии убитого.
