Ника, закрыв лицо руками, зарыдала. Катя одна проводила Виталия до двери.
* * *
В дверь позвонили минут через двадцать после того, как Лада поговорила с мужем. Она не стала прятаться за дверью. Во-первых, это было глупо. А во‐вторых, что-то ей не нравилось в том, как Прохор себя ведет.
Впрочем, она плохо представляла, как правильно себя вести в его ситуации.
Лада распахнула дверь. Женщина за дверью смотрела мимо Лады, как будто силилась рассмотреть что-то в глубине квартиры. Она была худенькая и невысокая, с седыми кудрявыми волосами до плеч.
– Мне нужны ключи от квартиры дочери, – все так же не глядя на Ладу, неприязненно сказала гостья.
Глаза у нее были сухие.
Лада протянула руку, взяла с тумбочки связку ключей и протянула.
Женщина отчего-то помедлила, перед тем как их взять. И тогда Лада зачем-то предложила:
– Хотите, я вас отвезу?
Женщина замерла, зажав связку ключей в руке, и неохотно кивнула. Она так и стояла за дверью, пока Лада быстро переоделась, схватила сумку и заперла квартиру. Потом молча смотрела мимо Лады в лифте и, только сев в машину, нехотя разжала губы.
– Адрес знаете?
– Нет, – призналась Лада, уже успев пожалеть, что вызвалась поработать таксистом.
Она ни в чем не провинилась перед этой теткой, а чувствовала себя виноватой.
Бывшая теща Прохора продиктовала адрес, Лада повторила его навигатору и всю дорогу старалась не коситься на сидевшую рядом даму. Та ее не замечала. Минут через десять она достала телефон, сказала кому-то, что едет, и потребовала, чтобы ее собеседник не опаздывал.
Это потом, когда Лада остановила машину у нужного подъезда и к вылезающей из машины женщине подошел человек в полицейской форме, Лада поняла, что, скорее всего, Алисина мать звонила из машины ему.
Наверное, квартира считается местом преступления и войти туда без полиции нельзя.
Надо было уезжать отсюда, но Лада медлила. Она тоже вышла из машины и закурила. У подъезда на лавочке сидела девушка. На какое-то время она скрылась в подъезде, потом вышла снова.
Лада поискала глазами урну, увидела ее около лавки, выбросила окурок.
Надо уезжать.
– Простите, вы Алисе кто? – робко спросила девушка.
Она смотрела на Ладу виноватыми испуганными глазами.
– Родственница, – сказала Лада.
– А это мама, да? – девушка кивнула на подъезд.
– Да.
– Похожа на Алису.
Машина Прохора подъехала с явным превышением скорости, резко остановилась, едва не ударив в бампер Ладиного «Пежо». Лада и девушка уставились на вылезающего из машины Прохора.
– Я же тебе сказал!.. – зло выговорил Прохор, мельком взглянул на Алисину собеседницу и тяжело выдохнул: – Езжай домой!
Прохор вбежал в подъезд, Лада и девушка проводили его глазами.
– Это мой муж, – зачем-то сказала Лада.
– Алиса ничего о родственниках не рассказывала, – с грустью произнесла девушка. – Я знала только, что у нее мама есть. Алиса с мамой при мне однажды по телефону разговаривала.
– Вы дружили?
– Я бы хотела с ней дружить, но… Алиса была знаменитостью.
Наверное, Лада посмотрела на девушку с большим удивлением, потому что собеседница пояснила:
– Алиса была ясновидящей. Вы не знали?
– Нет, – покачала головой Лада.
– Алиса была очень скромная. Если даже родственники не знали… – Девушка тяжело вздохнула и прошептала: – Это я ее первая увидела. В окно. Ужас! Она лежала на полу.
– И в полицию вы позвонили?
– Нет. Сосед вышел, он позвонил. Меня зовут Даша, – спохватилась девушка.
– Лада.
– Лада, пожалуйста, продайте мне Алисины книги.
– Об этом нужно разговаривать с ее матерью.
– Я понимаю. Но к маме сейчас приставать неловко, – Даша снова тяжело вздохнула. – Я хочу купить ее книги. За любые деньги.
– Вообще все книги? – зачем-то уточнила Лада.
– Книги по черной магии.
– Что?
– Книги по черной магии не переиздаются. А у Алисы они есть. Были.
– Даша, неужели вы верите в черную магию? – поразилась Лада.
Девушка не производила впечатления сумасшедшей. У нее были красивая стрижка и длинные красивые ногти. На ногтях указательных пальцев цветочки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Верю!
– Но… это глупость какая-то.
Даша молча и виновато опустила глаза.
– Диктуйте телефон, – вздохнула Лада. – Я позвоню, если насчет книг что-то прояснится.
Прохор не станет даже слушать о каких-то книгах.
Она сейчас просто обманывает доверчивую девушку Дашу.
Когда-то Лада взяла за правило никому не навязывать своих услуг. Напрасно сегодня от этого правила отступила. Ничего хорошего из этого не вышло.
Чувство вины, возникшее, когда она увидела бывшую тещу Прохора, только усилилось.
Чувствовать себя виноватой Лада не привыкла и по дороге домой пообещала себе поменьше думать о бывшей жене Прохора. Ее все это не касается.
* * *
Ничего особенного вчера не произошло, но что-то все-таки случилось. Что-то хорошее, отчего Денису с самого утра хотелось улыбаться.
Это даже Ксения заметила.
– Что ты веселишься? – подозрительно спросила начальница.
– Я? – удивился Денис, снимая наушники.
– Ты, ты! Сияешь, как масленичный блин.
– Погода хорошая.
– Ничего хорошего в этой погоде нет! В жару надо на пляже лежать.
– Возьмите отпуск, – посоветовал Денис.
– Возьмешь тут! – фыркнула Ксения. – В сентябре работу сдавать, а мы еще половины не сделали.
Начальница сильно преувеличивала, они сделали огромную часть работы и сдадут ее вовремя, даже если оба отправятся в отпуск месяца на полтора. Впрочем, Ксения постоянно ворчала и жаловалась, Денис привык.
День тянулся медленно. Около пяти Денис не выдержал, позвонил Кате, спросил:
– Если я подъеду через час, ты освободишься?
– Освобожусь, – тихо сказала она.
Он был уверен – она его звонку обрадовалась.
Ничего особенного вчера не произошло, только со вчерашнего вечера он знал, что Катя будет ему радоваться.
– Ксения, я ушел! – крикнул он в приоткрытую дверь.
– Пока! – обиженно крикнула Ксения.
Завтра она будет ворчать, что он мало того что постоянно опаздывает, так еще и уходит в разгар рабочего дня.
Ее ворчания ничего не стоили. На самом деле она боялась, что Денис уволится.
Катю он увидел, подъезжая к шлагбауму, у которого утром ее высадил. Денис выскочил из машины и крепко ее обнял. И она обняла его тоже.
– Я по тебе весь день скучал, – прошептал он.
Она отстранилась, заглянула ему в глаза.
Катя смотрела нежно и благодарно. Как щенок, которого маленький Денис подобрал однажды на улице.
Мама не разрешила брать щенка, и Денис отвез его к бабушке. Через полгода щенок превратился в огромного лохматого пса непонятной породы. Как ни странно, пес маму любил и радовался ей больше всех, когда Денис с родителями приезжал к бабушке.
Семья страдала, когда пес помер от старости.
– Сегодня наконец пойдем в ресторан, – бодро сказал Денис, отпуская Катю.
Она улыбнулась и кивнула, словно была готова идти за ним куда угодно.
Это была совсем другая Катя. Не та соседка, которая равнодушно цедила слова, когда он с ней заговаривал.
Новая Катя ужасно ему нравилась, но отчего-то сделалось ее жалко.
Они не пошли в ресторан. Они заказали ужин с доставкой на дом и весь вечер снова просидели у Кати.
– Мужа подруги не стало, и я как будто начала жить заново, – словно удивляясь этому, призналась Катя.
– Зачем ты у них работала, если он так ужасно на тебя действовал? – не понимал Денис.
Катя пожала плечами.
– Ника его любила. Ника – это моя подруга. Она какая-то… наивная очень.
Даже вечером было жарко. За настежь раскрытым окном еле заметно покачивались листья растущих у дома деревьев.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Ну и отлично! Наивная Ника любила мерзавца. Ты тут при чем?
– Я чувствовала, что все это добром не кончится. – Катя тронула пальцем пустую рюмку. Просто так тронула, но Денис снова наполнил рюмки. – Я не могла Нику бросить.
