Даже если Лада не слышала весь разговор, не уловить главного она не могла. Это каждый дурак бы уловил, а Лада не была глупой.
– Я что, с ума сошел? – зло спросил Прохор. – Я еду на работу! Послушай, ну хоть ты меня не мучай! Алиса сделала это сама!
Он повернул ручку, приоткрыл дверь и помедлил. Хотел объяснить, что еще в пятницу понял, что крыша у бывшей жены окончательно поехала. Человек в здравом уме не может утверждать, что никогда не проезжал там, где его зафиксировала камера видеонаблюдения.
Ничего объяснять Прохор не стал. Ему не хотелось ни говорить, ни думать о бывшей жене.
Он поцеловал Ладу и наконец вышел из квартиры.
* * *
Квартира у Ники была огромная. Вадим купил эту квартиру перед женитьбой, Катя была поражена, когда впервые пришла к подруге в гости.
Она тогда за Нику порадовалась, но и позавидовала, если честно.
К тому времени они уже не встречались так часто, как пять лет до этого, но и тогда Ника оставалась для Кати очень близкой.
Они пять лет в университете сидели рядом и делились своими тайнами.
Потом Ника вышла замуж, а Катя все свободное время проводила со своим тогдашним парнем.
А потом все изменилось, и в Катину жизнь вошел кошмар.
Ключи от квартиры у нее были, но Катя позвонила в дверь. Ника открыла заплаканная, бледная.
Катя подругу и понимала, и нет. Понимала, потому что подруге пришлось пережить ужас, когда Вадим выгнал ее из дома и запретил видеться с детьми. Такой стресс бесследно не проходит.
А не понимала, потому что сейчас все плохое было позади. Вадима больше нет, пора перестать рыдать, не пугать детей.
Следом за матерью к двери подбежал Петя, уткнулся Кате в ноги. Она прижала его к себе, погладила. Примчалась Соня, уткнулась в Катю с другой стороны.
– Из полиции больше не звонили? – спросила Катя.
Подруга покачала головой – нет.
– Звонила свекровь.
– Приедет?
Ника снова отрицательно покачала головой.
Катя достала из тумбочки-обувницы домашние тапочки, переобулась и тревожно посмотрела на подругу.
– Она знает?..
– Нет. Кажется, нет.
Самое страшное произошло в пятницу. В тот день Вадим выгнал Нику, а уже тем же вечером он не мог разговаривать ни с кем, кроме дьявола.
Его уже не было в живых.
У него не было времени рассказать матери о том, что происходит в его семье.
Ну и отлично!
– Пойдем играть, – позвал Петя.
– Через пять минут, Петенька, – пообещала Катя. – Мне нужно поговорить с мамой.
Когда позвонили из полиции, Ника с детьми пряталась у Кати на даче. Подруга боялась отвечать на вызов с незнакомого номера, но Катя настояла, чтобы она ответила. И видела, как Никино лицо бледнеет еще больше.
Они тут же вернулись в Москву и отвечали на какие-то вопросы, и Катя боялась, что подруга упомянет про нелады в семье, но Ника ничего лишнего не сказала.
Она плакала и честно отвечала на вопросы.
Она не знала, кто мог желать смерти ее мужу.
Она вообще мало знала о его делах, муж с ней проблемами не делился.
– Как ты думаешь, кто его убил? – тихо спросила Ника, проходя на кухню.
Вопрос был риторический, подруга понимала, что Катя знает не больше ее.
– Кто бы ни убил, он сделал хорошее дело! – в сердцах сказала Катя. Тихо сказала, чтобы дети не слышали.
– Грех так говорить!
– Нет! – отрезала Катя. – Грех было его терпеть!
Ника ухитрилась долго быть счастливой. Прощала Вадиму грубость и смотрела на него любящими глазами.
Как будто Бог лишил ее разума.
– Звонил какой-то Виталий, – подруга включила чайник. Когда тот закипел, заварила для Кати растворимый кофе, подвинула чашку. – Сказал, что он помощник Вадима. Предложил взять на себя похороны. Я согласилась.
– Правильно.
– Свекрови это может не понравиться. Скажет потом, что я похороны мужа на чужих людей спихнула.
– Черт с ней!
Петя не выдержал, вбежал на кухню и дернул Катю за руку:
– Ну пойдем! Ты же обещала!
– Пойдем, – Катя отпила кофе и встала. – Во что будем играть?
– Я буду строить замок, а ты мне помогай.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Соня, лежа на ковре, листала книжку. Читать она еще не умела, разглядывала картинки.
В отличие от брата, девочка почти не требовала к себе внимания. Она была тихой и задумчивой, и Кате иногда казалось, что трехлетний ребенок понимает жизнь лучше матери.
Катя опустилась на ковер, подтянула к себе коробку с лего и весело сказала:
– Начинай свое строительство. Я буду подавать тебе детали.
Она ненавидела этот ковер.
На этом ковре она впервые чувствовала на себе тяжесть тела Вадима.
* * *
Работа Дениса устраивала, работа была интересная и неплохо оплачиваемая. И начальница Ксения его устраивала, он давно считал ее почти подружкой. Ксения в его работу не вмешивалась, с пустыми советами не лезла, а то, что результаты тестировала тщательно и ни малейшей небрежности не пропускала, так это Денис даже ценил.
Ксения была старше его на десять лет, у нее было двое детей и муж, благодаря которому Ксения ездила на «Мерседесе». В их конторе заработать на «Мерседес» было проблематично.
– Ты не заболел? – озабоченно спросила Ксения, когда Денис открыл дверь в офис.
– Нет, – засмеялся он.
– А почему вчера прогулял? – Ксения вздохнула и упрекнула: – Даже не позвонил!
Обойдя Ксению, которая возилась с новой установкой, он бросил рюкзак на стул, наклонился и включил компьютер.
– У меня вчера соседка самоубилась.
– Молодая? – перебирая провода, уточнила Ксения.
– Тридцать пять.
– Обычно в таком возрасте дамы умнеют, – прокомментировала начальница.
– Ума на то, чтобы себе в голову не стрелять, в любом возрасте должно хватать, – Денис подвинул монитор, чтобы не отсвечивал.
– Несчастная любовь? – не отставала Ксения.
– Понятия не имею, – Денис потянулся к лежащим на столе наушникам и запоздало ахнул. – В тридцать пять лет такая любовь, чтобы застрелиться?!
– Любви все возрасты покорны, – пропела Ксения и с укором на него посмотрела.
Денис впервые слышал, чтобы она пела. Голос у начальницы был прекрасный.
Он нацепил наушники, включил музыку, снова поправил монитор и больше ни о чем не думал, кроме программного кода.
Телефон он услышал, когда звонки стали совсем громкими. На экране высветилось имя «Даша», и он не сразу вспомнил, что так зовут вчерашнюю подружку покойной Алисы. Вынул из ушей наушники и с недоумением посмотрел на телефон.
Звонка этой Даши он совсем не ожидал. Записал ее номер только потому, что девушка предложила обменяться телефонами, а он не хотел ее обижать.
– Денис! – волнуясь, пролепетала Даша. – Ты ничего больше не узнал? Больше ничего нового нет?
Ничего нового о самоубийстве Алисы Денис узнать не мог, полицейские вчера одновременно отогнали и его, и Дашу от двери Алисиной квартиры.
Вообще-то, насколько Денис понял, версия самоубийства не была окончательной. Менты допускали, что Алисе кто-то мог помочь отправиться на тот свет.
Неожиданно ему стало интересно узнать, что же произошло на самом деле. Интересно настолько, что расхотелось смотреть на экран компьютера. Раньше Денис считал, что ничего интереснее компьютерных программ не бывает.
– Я больше ничего не знаю, – сказал Денис. – Думаешь, менты мне докладывают?
– Сегодня они снова будут там работать? В квартире?
– Да не знаю я! Ты хочешь попасть в квартиру?
– Хочу, – тихо призналась Даша.
– Зачем?
Она не ответила, только вздохнула. Денис с телефоном у уха зачем-то вышел из пустого офиса и заходил по коридору. Поступок был глупый, по коридору, в отличие от офиса, сновали коллеги.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Даша, что ты хочешь найти в квартире?
– Книги, – она сказала это совсем тихо, Денис еле расслышал.
– Какие книги?
– По магии, – прошептала Даша.
– Что? – оторопело выдохнул Денис.
