кряхтя и постанывая, я доковыляла до реки, умылась, зачерпнула в плошку воды и полезла в мешок в поисках съестного. После нехитрого завтрака великой сытости не ощущалось, но немного полегчало. К тому же из ниоткуда нарисовалась Рысь с настоящим зайцем в зубах. Я задохнулась от умиления.
– Да ты ж моя кормилица! Заботушка моя, хозяюшка. Что ж мне теперь с этим добром делать?
При виде дичи опять побежала слюна. Мясо я люблю. Как вот только теперь из этой тушки сваять готовое блюдо – ума не дам. Я достала из рюкзака нож лесничего и с кровожадно-задумчивым видом застыла над тельцем невинно убиенной зверушки, пытаясь определить, с какого края за него браться.
Из прошлого опыта я знала, что ошкуривать надо сразу, пока мясо не застыло. Как там по-умному называется муж сестры? Так вот он самый у нас – заядлый охотник. Олег. Ни одного сезона не пропускает. И всегда возвращается с добычей.
Ольга – моя сестра – терпеть не может возню с необработанным продуктом, поэтому, щедрой Олеговой рукой практически вся добыча распределяется по родственникам и друзьям. У нас в семье, кстати, точно такая же картина, только с рыбой. О, будет время, можно попробовать рыбки наловить. Ну, это по возможности. Опять отвлеклась.
В общем, разделкой дарованных тушек, конечно, занимался Кот. Особо не заморачиваясь, он снимал шкурки целиком, не мудохаясь с пухом и перьями – в зависимости от того, какая дичь перепала.
Я обычно не присутствовала при этом малоувлекательном для меня процессе, но теоретически догадывалась, как всё происходит. Теперь вот как-то надо сообразить на практике.
К большому удивлению, провозилась я не так уж и долго. Промыв готовую тушку в реке, посолила мясо, посыпала Мириной "вкусной" травкой и завернула в чистую тряпку. Пока так. Пусть хоть немного помаринуется, дичь – мясо "дубовое".
Теперь предстояло придумать, как этого зайца приготовить. Шампуры – грили – мангалы – отсутствуют по определению. Остаётся что? Правильно, – в ямке. Э-эх, балда. Надо же было сперва ямку наковырять и костёр распалить. А у меня, видимо, от такого внезапного счастья "в зобу дыханье спёрло", вцепилась в несчастное животное – теперь кучу времени потеряю. Ладно, впредь умнее буду. Я ж не думала, что мне в помощь такой великолепный охотничек достанется.
От обуявшего азарта, кажется, даже мышцы начали оживать. Я энергично ковыряла дёрн, выгребая землю руками.
– Рыська, может ты того, когтиками подмогнёшь? – попробовала поканючить я.
Кошка, демонстративно отвернув морду, делала вид, что глухая. Мол, я свою миссию исполнила – дальше сами – сами – сами. Сбитая колом земля поддавалась с трудом. Нож – таки не лопата, да и лес – не огород.
Через минут пятнадцать моих мучений, сжалившись, Рысь подошла ко мне, отодвинула "кормою" в сторонку и в три секунды мощными лапами докопала ямку нужного размера. Затем высоко подняла морду и гордо удалилась.
– Матушка – спасительница, спасибочки. – искренне выдала я и начала стаскивать на импровизированную плиту пригодный для костра хворост.
Благо этого добра тут хватало буквально в шаговой доступности. Осторожно посыпав конструкцию из веток и палок потолще горючим порошком, уселась ждать. Костёр разгорелся моментально. Прелесть, а не изобретение. Любому розжигу фору даст.
Так, теперь поглядим, что там у нас с мясом и в чём его запекать. Фольги нет, значит надо поискать листья максимально большого размера. Надеюсь, они здесь не ядовитые.
– Рысь, пригляди за мной, чтобы я чего попало тут не налопалась. – сделав бровки "домиком", попросила я и направилась шариться по кустам.
Помню, что по пути мне попадались лопухи подходящего размера. Лес один и тот же, значит и лопухи где-то рядом. А, вот же они. Я надёргала ворох подходящей ботвы и вернулась к костру.
Так, зайца лучше распилить. В сочности он, конечно, потеряет, ввиду того что листья – всё-таки не фольга, влагу особо не удержат. Но, целая тушка будет слишком долго пропекаться. Порубив мясо прямо на тряпке, я бережно начала пеленать свой будущий обед в листья. Эх, маслица бы ещё. Ну да ладно – стройнее будем. Так, обёрток не жалеть – меньше подгорит.
Как только бывшие дрова превратились в угли, я присыпала их землёй, водрузила на неё своё творение, снова присыпала землёй и сверху опять разожгла костёр. Оставалось только ждать и следить, чтобы огонь не погас, но и не горел слишком яро.
Когда мне показалось, что должно быть готово – сгребла догорающие угли в сторонку и осторожно раскопала горячий дымящийся свёрток. Запах стоял, я вам доложу, сногсшибательный.
Вытаскивать его целиком побоялась. Всё-таки мясо порублено – вдруг рассыпется. Поэтому, разрезала листья сверху и осторожно ножом достала шикарно пропёкшиеся, безумно аппетитные куски в плошку. Не знаю, я такая голодная была, травки ли знахаркины сыграли свою роль, или и вправду всё удачно получилось – лопала я, даже вспотела. Рысь сидела напротив и смотрела на меня с укоризной. Мол, куда только в тебя столько лезет?
Разум всё-таки возобладал, я решила не объедаться, ибо с полным пузом идти тяжело, да и на ужин что-то бы оставить. Постиранная тряпочка – кулинарный мешок успела высохнуть. Я закидала ямку обратно землёй, для верности залила догоревший костёр водой, собрала манатки и, наконец, отправилась в путь.
Так мы и топали с Рыськой три дня. Мышцы постепенно начали привыкать к нагрузке, двигаться становилось легче. К вечеру, перед привалом, моя кошка уходила на охоту, пока я жгла костёр. Потом мы в обнимку ждали, пока блюдо изготовится, ужинали и ложились спать. (В смысле я ужинала, – Рыська, видимо успевала налопаться во время охоты, деликатно не делая это на моих глазах.) Так было рациональней по распределению времени и теплее ночью.
На утро четвёртого дня, доев вчерашнего глухаря, или как он тут называется, двинули дальше. Я увлечённо рассказывала своей кошке какую-то ерунду, и вдруг, лес закончился. Вот прям практически полосой.
Передо мной открылась панорама, от которой просто вышибало дух. Впереди стояли горы. Нет, не так. ГОРЫ. Несказанной красоты. Сразу вспомнились наши Алтайские, родные и знакомые мне вдоль и поперёк, до которых мы с друзьями так и не добрались.
Голова закружилась от представшей передо мной мощью. Я стояла и любовалась, занемев от нахлынувшей ностальгии.
Горы, я скучаю… Мне дорог
Не стелилось долго в вашу тайну.
Где к цивилизации порог
Растворен в тумане тонкотканном,
Наделённом древнею душой.
Только здесь вдыхаешь первозданный
Изначальный истинный покой
Мощи исполинов безымянных,
Что ветрам даруют высотой
Величавый танец поднебесный.
Опьяняет чистой пустотой
Вечность
