самое место, я настороженно начала оглядывать свои слегка вьющиеся волосы. Подняла их у корней, всё тот же золотой оттенок. Пропустила сквозь пальцы, мягкие, будто не знавшие никогда краски. Повернулась спиной к зеркалу, перекинув волосы на левый бок, и стала рассматривать затылок, приподняв чуть пряди.
Перед мной в зеркале стояла натуральная золотистая блондинка с аккуратными, слегка вьющимися локонами. Они даже запутанными не были, учитывая длительное пребывание в Индигоре, валяние в снегу и отсутствие расчёски. Неужели настойки духа-защитника были настолько хороши? Верила я в это или не верила, но результат налицо — расчёска волосам не понадобится ещё долго.
И мне бы радоваться, да только этот ненавистный цвет вызывал чувство отвращения и, как ни странно, отупения. Наверное, я тоже стала слегка подвержена всеобщему мнению, что блондинки по определению не обладают высоким интеллектом и весьма посредственны во всем. Глупо, поскольку я была живым опровержением данного утверждения, но как же глубоко в меня въелось общественное мнение. Когда все считали, что я попала в кадетский корпус только благодаря положению отца, мне не единожды приходилось разбивать носы злословам, однако это не улучшало моего положения. Слишком яркая и красивая внешность никак не вязалась у людей с образом воина. Я больше напоминала невинный прекрасный цветок, который хочется защищать, а не орудие для защиты других. Отец изначально не хотел отпускать меня в кадетский корпус, даже устраивал скандалы. Поэтому мне было смешно, когда мои сослуживцы говорили о несуществующем блате в моем продвижении. Я и сама не рвалась строить карьеру мага-воина, но династию военных кто-то должен был продолжить. Иначе наш великий род просто угас бы. Никто не виноват, что милостивый Ватир не благословил моих родителей сыновьями. Однако это повлияло на мой выбор будущей карьеры. Я стала не только воином первой руки, но наследницей своего рода.
Фамилия, статус, положение в обществе, а также право передать одному из своих детей родовой титул, вот мои возможности. Только с получением военного звания я обзавелась возможностью передать своим потомкам Лихой дон — родовые земли, и прилагающееся к нему место в ближайшем окружении королевской семьи.
Титул давно стал моим — воин первой руки короны Зиреи, аналитик Его Величества и глава тайного элитного спецотряда. Я та, что всегда подле короля. Была всегда подле короля. Я потеряла свое имя и право передать знаменитую фамилию потомкам, как и отписать им родовые территории. Увы, но земли наверняка отошли короне после моего предательства. Печальная правда этого мира.
Стремительный Ватир, как же я запуталась! В голове была мешанина, будто кто-то поменял местами все мои воспоминания и мысли. Мир, недавно столь привычный, заполненный любимой работой и близкими людьми, рухнул в один момент. И именно этот момент я не помнила.
Maг, один из самых сильных и с редчайшим даром, побежден собственным сознанием. Какой позор для воина моего уровня. Нас учили быть стойкими, сильными и ни при каких обстоятельствах не поддаваться психологическим пыткам. А потеря памяти говорит о слабости духа и низком уровне ментальный стойкости. Если простым языком, я спеклась. Как бы ни было неприятно это признавать, но факт остается фактом: нашелся маг, просто виртуоз в менталистике, который сделал из моего сознания кисель.
За всю свою карьеру я не встречала существ, способных сломать ментальные щиты воина первой руки, однако это произошло. Либо король привлёк кого-то извне, что весьма сомнительно, никто не хочет раскрывать своих тайн, тем более государственных, либо в этом вообще не участвовала Зирея. Тогда назревал вопрос, кто хозяйничал в моей голове как у себя дома? Ящеры или третья, никому неизвестная сторона?
Вопросов становилось все больше, ответов меньше, Но дар исправно служил мне, что повышало шансы добраться до истины.
Сомневалась я в своей измене, но пока решила оставить все так, как есть. Если меня подставили, то лучший способ получить информацию, это вытянуть ее из самих заговорщиков, то бишь сообщников Лерея. Вполне возможно, что я была двойным агентом, и по каким-то серьезным причинам миссия сорвалась. Если исходить из этой точки зрения, то тогда меня по прежнему считали предательницей и разыскивали по всему королевству.
Почему бы временно не побыть шпионкой. Пока я не выполнила задание, я все еще была нужна драконам, это давало небольшую гарантию безопасности. Лучше, чем ничего. Вот только чего я хотела добиться, связавшись с Роном?
Пока это не было важно. Вывод из моих размышлений все равно один: ждем развития событий и трясем связного на предмет информации. Зирея мой враг, драконы друзья.. Вероятность того, что меня казнят, как только схватят на некогда родной земле, была равна семидесяти пяти процентам. Для них я уже предатель, а в причинах решила разбираться по ходу дела.
Звук трения дерева о дерево и я дождалась свою жертву. Двери были смазаны, а потому петли не скрипели, но и этого глухого звука мне было достаточно. Берт отличная хозяйка, держит свои купальни и таверну в отличном состоянии.
— Ну что ты там копаешься, Дин? Заходи быстрее и закрывай дверь, — этот голос принадлежал Лерею. — Я хочу, наконец, смыть с себя всю тюремную грязь и нечистоты. Провонял казематами насквозь.
— Иду. Просто этот дух решила меня откормить как на убой, — отозвался мой второй спаситель и захлопнул дверь.
— Ещё бы! Какой ты бледненький! Какой ты худенький, — лепетал противным голосом связной, пародируя Берт. — Держи супчик, а вот тебе жаркое! И салатик возьми, и пирог. Я налила тебе чаек, а к нему всегда пирожки. Кушай-кушай, немощный, а то жалко смотреть на тебя.
Он так мастерски сыграл духа-защитника, что я не удержалась и начала смеяться. Хорошо, что вовремя закрыла рот рукой, а то гогот стоял бы знатный. Я бы многое отдала, чтобы присутствовать при этом разговоре. Берт действительно ещё тот уникум.
— Прекращай кривляться, и пойдем в купальни, — буркнул не разделявший нашего веселья извозчик.
Не пойму, чего он дуется? На самом деле высокий, худосочный и вечно бледный. По крайней мере, он был таким все время, что я его знаю. А чёрные лохмы и невыразительные карие глаза довершали образ обычного бедного парня без гроша за душой. Совершенно ясен порыв духа откормить и обогреть.
Другое дело Лерей. Понятия не имею, откуда Рон берет такой генофонд, но там было на что посмотреть. Как только я вспоминала касания пальцев связного, его ладони на моей пояснице, теплое дыхание возле шеи, мне становилось жарко. Стоило этому пикантному видению обрасти
