отстранились тяжело дыша.
— Давно хотела это сделать… — прошептала она, жадно втягивая в себя слюнку, натянувшуюся между нами. После чего с удовольствием облизнулась.
Она опустилась на колени передо мной и начала возиться с ремнем на моих брюках. Я не препятствовал ей, молча наблюдая сверху вниз. Мой организм реагировал на женские ласки самым естественным образом, натягивая ткань брюк аж до треска.
— А ты та ещё шалунишка, любовь моя, — произнес я, ухмыляясь.
— Мур-р-р… — протянула младшая Акане, высвобождая мое твердое как камень естество. Она несколько раз прошлась по нему языком, от кончика, до основания, после чего резко заглотила и начала быстро двигать головой вперед-назад. Я запрокинул голову, стиснув со всей силы зубы от острого удовольствия.
Действовала Эйка уж очень энергично, и я приплыл довольно быстро. Схватив её за затылок, я насадил голову Эйки на себя со всей силы, словно хотел проткнуть её насквозь. В моей голове словно взорвалась ядерная бомба…
Когда я немного пришел в себя, я опустил глаза, и увидел очень довольную Эйку. Глядя мне в глаза, она неторопливо провела по своим губам языком, словно слизывала изысканное лакомство.
— Вкусненько… — с улыбкой произнесла она.
— Для тебя у меня всегда найдется добавка… — ухмыльнулся я.
Эйка не заметила, как я незаметно своей духовной рукой проник под её платье, расстегивая пуговицы и ослабляя ленты. Она моих движений не замечала, полностью поглощенная мной.
Я легонько потянул её платье вниз и оно с легким шелестом соскользнуло с тела на пол. Эйка взвизгнула и от испуга вскочила на ноги. Её грудь колыхнулась, плавно подпрыгивая перед моими глазами.
Я молча развернул её и положил животом на небольшой столик, все вещи с которого я предварительно смахнул на пол. Обнаженная попка девушки оказалась полностью в моем распоряжении.
Красноволоска задергалась, но я держал её крепко, ограничивая движения.
— Что ты делаешь? — взвизгнула Эйка, но я не отпускал, — Я… я не разрешаю!
— Да кто тебя спрашивать будет? — ухмыльнулся я.
Резким движением я вошел в неё. Сладострастный стон сорвался с её губ, но тут же сменился воплем ярости.
— Как… как ты смеешь? — прошипела она.
Я молча провел рукой по её спине, разглядывая кожу. Я успел изрядно изучить спину Эйки за время наших отношений. И знал в точности, как у неё расположены родинки. Мои опасения подтвердились — у этой девушки родинки были расположены совсем в ином порядке. Она, конечно, очень хорошо скопировала облик Акане, но в точности повторить его не смогла.
Передо мной была не Эйка. А кто-то, принявший её облик.
— Кто ты такая? — сухо произнес я, — Ты думаешь, я не отличу настоящую Эйки от подделки? Я с самого начала понял, что здесь что-то нечисто.
Она зарычала и дернулась, но я держал крепко.
— Отпусти меня немедленно! — приказала она, — Слышишь? Или я…
— Ага, щас, — хмыкнул я, — Ещё чего попросишь? Вина принести? Пироженку?
Я резко увеличил интенсивность толчков, погружая разум шпионки в пучину острого удовольствия. Посмотрим, как она в таком состоянии сумеет оказать мне сопротивление.
Псевдо-Эйка то стонала, то рычала, по контуру её тела вспыхнула зеленоватая духовная сила. Но я не отпускал — мне не так трудно было пересилить свою противницу, хотя она была отнюдь не из слабаков.
Духовной рукой я вытащил из её платья то, что ожидал там найти — ободок с пушистыми кошачьими ушками. Очень милыми, по идее. Но сейчас они мне такими совершенно не показались.
Точно такие же я нашел в столе класса по технике крови, когда подкупил волчицу Беллу и когда искал духовные ингредиенты. Нет… не точно такие же. Те же самые.
Глава 6. А где девушка?
— Ты ведь не случайно спрашивала про Мориль и про леди Найткет, верно? — поинтересовался я, — Ты уже давно за мной наблюдаешь, принимая чужие личины… Сначала шпионила за мной под видом девушки, жены Юцера Мориль, потом маскировалась под леди Найткэт… а теперь стала Эйкой. Говори, кто ты такая и чего тебе надо.
Я резко взвинтил темп, погружая разум шпионки в пучину острого удовольствия. Обеими руками, духовной и настоящей, я исследовал её тело, нажимаю одну точку за другой. При помощи акупунктуры я повышал чувствительность этой пройдохи. Шпионка она, или кто… я доведу ее до изнеможения, когда ее сила воли будет подавлена. И тогда я подчиню ее себе при помощи оранжевой ауры власти, как подчинил Анастасию Андреевну.
— Колись, — приказал я, намотав её волосы на кулак и резко натянув, заставив девушку запрокинуть голову, — Говори всю правду, что ты от меня хотела?
Она застонала пуще прежнего. Я же ощутил увеличивающееся напряжение в промежности. Сжимала она меня словно тисками… такими темпами я и сам долго не смогу сохранять разум в спокойствии.
Ее волосы из красных начали медленно менять цвет, постепенно перетекая в оранжевые спектр, а местами и вовсе в жёлтый. Кажется, шпионка начала принимать свой настоящий облик. Теряет над собой контроль. Ещё чуть-чуть и личина спадет с нее.
Мы финишировали одновременно — сильнейшая судорога сотрясла наши тела, когда я наполнял ее Чашу до самых краев…
Но когда я захотел продолжить допрос и взяться за эту дамочку посерьёзнее, мои руки зачерпнули лишь пустоту. Шпионка растворилась прямо в воздухе, вместе со своим платьем. Вот она тут передо мной — а теперь ее нет.
Она исчезла — оставив в моих руках ободок с пушистыми ушками. Я задумчиво повертел его в руках — ну это хотя бы что-то. Жаль, у меня не получилось ухватить её за мягкое… ну или получилось… но совсем не так крепко, как следовало.
В следующий раз я буду внимательнее.
— Ну и ну, — я покачал головой, — Такого я, конечно, ещё не видел.
Я думал, Дар этой девушки — изменение своего облика. А тут она ещё телепортацию показала. Ну тут либо два варианта — либо у неё есть сообщник, который выдернул её в опасный момент. Либо её Дар заключается в чем-то совсем другом — например, в манипулировании материей. А изменение внешности и телепортация — лишь побочные следствия из него.
Правда, если у нее такой мощный Дар, почему она действует исподволь? Неужто не хочет затевать драку прямо во время бала? Всё может быть.
И почему она сразу не воспользовалась своим умением и не исчезла? Ей нужно какое-то время на подготовку? Или же она… специально тянула до последнего? Хотела получить удовольствие?
С учётом того, как самозабвенно она мне отсасывала, последнее может оказаться вполне себе
