кому захотелось нервы пощекотать. И шестеро проводников: две британки, вроде из САС. Одна израильтянка, но по мне — точно из недавно «переехавших» с прекрасным русским языком и плохим идишем. Еще трое мутных, на подхвате. Исключительно — носить и телами прикрывать. Меня подрядили встретить в нужное время у открывшегося портала и проводить по маршруту. Я долго отбивалась, но очень уж вкусную оплату пообещали. И люди участвовали в переговорах серьезные, не эта шушера. Хотя подозреваю по итогам, что пролетаю я и с обещанным, и со всем остальным.
— О, Маша! А мы тебя здесь дожидаемся!
Если вы хотите меня выбесить — назовите «Машей». Обещаю, я вам за это отвечу так, что до конца жизни помнить будете. А ведь — предупреждала. Когда инструктаж проводила для болванчиков. Но они тогда головами крутили и к болотным запахам принюхивались неодобрительно. Похоже — в одно ухо влетело, в другое выскочило на ускорении. Им хотелось в бордель и быстрее. И по магазинам. Про то, что проводника слушать как родную маму и не стрелять во все, что шевелится — это мимо просквозило. Поэтому и шандарахнули из стволов по кустам, где жабуны копошились. Твари сома или еще какую бяку из мутной воды выдрали и завтракали. Я более чем уверена, что без пиф-паф смогла бы всю группу в обход аккуратно протащить без глупого превозмогания. Но — не срослось.
И первым, кстати, именно этот гламурный мудак палить начал.
Поэтому посмотрела через плечо на Якова и спросила:
— С оплаты хватит разбитую посуду покрыть? Я бы тут намусорила чуть-чуть.
Хозяин таверны покосился на дурака, вставшего на проходе, затем на меня и усмехнулся:
— Если без фанатизма.
Отлично. Теперь очередь вежливо трех мужиков в домотканых рубахах побеспокоить:
— Уважаемые, можно я вашу лавочку на минуту позаимствую?
Знают меня здесь. Молча поднялись, сдвинулись в сторону, с интересом наблюдают за продолжением беседы. Я же оценила морду Араба и решила, что одного раза ему будет достаточно. От него выпитыми «лечилками» и прочими эллочками несло за версту. Наверняка с перепугу на болотах влил себя пару литров магической бурды. Его теперь убить — только если дуплетом в глотку из чего-нибудь монстрообразного засадить, чтобы башка на куски разлетелась. Любые остальные раны затянутся за минуту.
Лавочка удобная. Тут секрет надо понимать. Есть такое хорошее упражнение для любителей тяжелыми мечами махать и боевыми молотами. Когда ты за рукоять цепляешься и за счет инерции раскручиваешь предмет, дабы он в нужной точке на максимальном ускорении прилетел по цели. Я не суперспециалист по холодному оружию, но общее обучение прошла год назад. Повезло тогда — с парой абсолютных оторв зачищали логова в лесу. Выступала больше как мул, таскала на себе всякое. Но успела немножко по верхам нахвататься, да и платили Кровавые Сестры щедро. Потом еще в Городе порекомендовали нужному мастеру, тот меня поднатаскал. Поэтому как брать, как туловищем отрабатывать и как совмещать выбранную траекторию с выбранной точкой — знаю. И умею. И не беда, что лавочка тяжелая. Другой мебели Яков не держит. Специально, чтобы зашедшие на огонек «туристы» никого не прибили.
Раскрутив деревяшку вокруг себя, влепила четко по оскаленной роже. Без фанатизма, как и просили. Если бы я в полную силу шибанула — оторванную голову пришлось бы у границы биома искать. Так — просто снесла «кеглю» и по инерции на место лавочку вернула.
— Спасибо, уважаемые.
Все. Теперь можно мыться. Теперь я смогу себя в руках держать. Наверное.
* * *
— А вы сегодня монстров видели, фрау Хазарова?
Сыновья у хозяина мелкие и шустрые. Если у кого лошадь принять и в стойло пристроить. Или вот с помывкой помочь — тут как тут. С меня денег не берут, как ни странно. Но очень любят истории послушать. И сейчас — черпают теплую воду из установленной на высоком помосте безразмерной бочки и смывают налипшую грязь. Стираться и перышки чистить буду потом. Сейчас бы дерьмо налипшее хоть чуть-чуть сгрести.
— Вчера видела.
— Больших?
— Не очень. Размером с вашу корову.
— И вы их мечом зарубили⁈
Обалдуи маленькие. Вроде мечтают к какому-нибудь рыцарю в оруженосцы прибиться. О том, что их вместо «мяса» станут использовать во время походов — это мама и папа знают. А шпанята о таком еще не думают. У них приключения в одном месте играют.
— Сломала я меч о гидру. И ружье разбила, когда прикладом отмахивалась. Потом с голыми руками по болоту бегала. Так что — я бы лучше здесь, в тепле сидела и кашу с ягодами кушала.
Не, бесполезно. Пацанам работа с утра до вечера по хозяйству явно радости не доставляет. И слышат выборочно:
— Видал⁈ Меч сломала! Вот это гидра была! Взрослая, наверное! У нее шкура — вилами не проткнешь!
Я подставила лицо под очередную порцию воды и зажмурилась. Хорошо — вроде согреваться чуть-чуть начала. Главное — не вспоминать про ту самую взрослую гидру. Потому что прибила я совсем юную, не больше трех метров в длину. Взрослая на болоте крайне редко встречается. Им там жрать нечего. Взрослые многоголовые чудовища в дельте реки, впадающей в море. Кстати, я там ни разу не бывала. Очень странное место, судя по рассказам бродяг. Каменный город с огромными стенами и пушками в башнях. Тростниковые заросли поверх запутанных проток. И монстры, размером со слона, изредка выползающие на берег. Может быть, я бы и не поверила, но череп одного из порождений тьмы подвешен под потолком в холле гостиницы «Чаровница» в Песчаном Городе. Хозяин очень любит собирать разного рода редкости, вот и раскошелился. Поэтому — да, не везде человек царь природы. Он в местных краях вообще чаще всего — закуска или досадная помеха. Прихлопнут походя и не заметят.
Все. Основную грязь я смыла, теперь можно вещи в стирку отдавать, самой в бочку с горячей водой. Окончательно приходить в себя. И ужинать.
Главный плюс любой таверны — обязательно кто-то из работников приведет в порядок чужие обноски, и подштопает, если надо. А еще — сделают это все за полчаса. В мыльной воде простирают, потом на решетку пристроят и через десять минут — все уже сухое и чистое. Наверное, я бы вместо дурацких «мозговертов» такую штуку домой притащила. Чтобы тридцать минут на все — и одежда в полном порядке, не надо с влажным барахлом ковыряться. Ненавижу домашние заботы. Время жрут без меры.
