слышал о нем, и так я доберусь и до самого ублюдка.
Ладно, надо вернуться обратно к девчонкам…
Я потопал обратно по канатным дорогам между деревьями, по платформам вокруг стволов и между ними, переходя по мостам и проходя по винтовым лестницам, пока не дошел до того самого дома, где происходили торги. Однако, когда я подергал за ручку, дверь оказалась уже закрыта.
Тц… косяк…
— Эй, прошу прощения! — позвал я какого-то мужчину, который проходил мимо, но тот лишь бросил быстрый взгляд на меня и поспешил дальше. — Не подскажете, где находится клан Меткой стрелы?
Мужчина покосился на меня странным взглядом, после чего махнул в сторону.
— Там, круглое большое здание на вершине китуль-дерева. Если пойдете в ту сторону, не промахнетесь.
И быстро ушел.
— Вижу, они не очень-то и любят чужаков, — проводила его взглядом Люнь.
— Да признаться честно, я его в какой-то степени понимаю, — ответил я и посмотрел, куда нас послали. Практически в самый центр города. Ну что ж, идем туда. — Приходят чужаки, и черт знает, что у них в голове.
— Но мы-то не такие.
— А они умеют мысли читать, да? — хмыкнул я.
— Плохого человека обычно сразу видно.
— Да далеко не факт, Люнь. Вот совсем не факт, серьезно. Вон, тот же Бао, он совсем не похож на отморозка, но на деле еще хуже. Интересно, кстати, он от нас отстал уже или до сих пор ищет.
— Как бы то ни было, вряд ли он теперь нас найдет.
— И все же мне дико интересно, чего было такого особенного в этом свитке? Вернее, как его активировать?
— Я бы не ломала над этим голову, — посоветовала она. — В мире столько вещей, и ты даже не представляешь, насколько много из них так и не нашли своего применения.
— Например?
— Например?.. Да даже возьми артефакты демонов. Многим из них так и не нашли применения, как бы ни старались. Ни какой-либо ауры, ни энергии, ничего. Создается ощущение, что это просто кусок металла, не больше.
— Честно говоря, я ни разу не видел артефакты демонов и даже не представляю, как они выглядят.
— Если я тебе скажу, что необычно, это что-то исправит? — улыбнулась Люнь.
— Нет, вряд ли… — усмехнулся я.
Тем временем мы углублялись в город. Было довольно интересно увидеть быт людей в таком странном месте.
Когда мы спустились пониже, то попали в явно жилые районы обычных граждан города.
Прямо около меня пробежала орда детворы, которая не боялась, что может спокойно запнуться и вывалиться нахрен вниз (а лететь высоко). Одна из девчонок, еще мелкая, лет шести, замедлилась, увидев мое лицо, пока полностью не остановилась. Стоило мне помахать ей, как девчонка неуверенно улыбнулась и бросилась вдогонку за своими друзьями.
Повсюду здесь висело белье. Видел женщин, которые хлопотали, собирая его в тазики и вешая мокрое. На моих глазах одна из матерей хорошенько так дала по заднице своему ребенку за то, что он перевернул корзину с бельем.
Здесь прямо чувствовалась самая обычная жизнь: разговоры из окон, крики детворы, чья-то ругань, иногда звон посуды.
Иная картина предстала перед нами, когда мы поднялись выше. Стало более… умиротворенно, что ли. Здесь и мостов канатных поменьше — их заменяли обычные, крепкие и приличные на вид. И платформы лучше сделаны, доски подогнаны плотнее, и видно, что здесь постоянно все чистится. Народу меньше, зато дома более большие и красивые, в которых все равно да угадывалась азиатская культура. Здесь вообще не было никакого шума, даже вездесущих детей. Только птицы, потрескивание деревьев и шелест листьев.
Зато самый нижний уровень на земле… Пару раз я проходил по нему, но здесь улочки были… как показывают улочки в китайских городах или подобных местах, где хрен протиснешься, вот такие здесь улочки у земли.
Повсюду всевозможные магазины, где торгуют вообще всем, но чаще все же продуктами. Тут же забегаловки, где можно было сесть прямо у стойки, которая выходила на улицу. Все гремит, все стучит. Тут даже мастерские и кузни. Я пробежался взглядом по товару, но понял, что моим мечом, а вернее, качеством моего меча здесь и в помине не пахло.
Зато приходилось держать сумку как можно ближе к себе, так как я боялся, что меня тупо обокрадут. А бедолаге Зу-Зу постоянно наступали на хвост. Хотя с другой стороны, вот если бы он не жрал так много, смог бы в сумку поместиться!
Короче, неплохая такая экскурсия по городу.
Клан Меткой стрелы оказалось найти не так уж и сложно. Повсюду были указатели, как к ним пройти. Вот в буквальном смысле, куда ты ни сунься, повсюду указатели. Они здесь, как я понимаю, были чем-то вроде знаменитой охотничьей группы, которая могла достать все что угодно.
И дом их располагался тоже… высоко, как раз согласно статусу.
— Охренеть, конечно, мы поднялись, — окинул я взглядом округу.
Суть была в том, что все это время я шел или под кронами огромного леса, или в самих кронах. Но когда я стал подниматься к дому охотниц, выяснилось, что их дом располагался даже выше крон. Отсюда открывался вид на этот город сверху, причем он не сильно отличался от всего леса вокруг.
Дом охотниц действительно оказался круглым и больше походил на какую-то бочку, которая была густо покрыта листвой для маскировки. Большая площадка перед самим зданием и широкая дверь, будто от замка.
В нее-то я и постучал, после чего стал ждать ответа. Секунд через десять за ней послышались чьи-то уверенные шаги, и дверь чуть-чуть приоткрылась.
— Кто ты? Чего надо?
На меня смотрела хмурая рожа девчонки, которую я бы описал как бандитку. Такие злые приоткрытые глаза, слегка поднятый уголок губ, будто хочет оскалиться, пирсинг в ушах. У нас такие во дворах били всяких ботаников и слабаков, после чего отсасывали правильным пацанам в подъездах. И обычно весь такой гонор тут же смывался одним простым наездом.
Правда, не в этот раз.
— Я ищу… девушку…
— Мы тут все девушки, — грубо перебила она меня.
— Да я уже заметил. Ищу ведущую аукциона, которая продавала мне енота.
— Обратно товар не принимаем. До свидания.
Я едва успел подставить ногу, не дав закрыть ей дверь.
— Я не возвращать товар. Я хочу поговорить с вашей старшей.
— С Мисуко? А она с тобой
