началом XII века и известной как «Книга Рочестера» (Textus Roffensis). Законы Этельберта, как и было принято у германцев, носили компенсационный характер — в них оговаривалось возмещение за причиненный ущерб.
«[За кражу] божьего и церковного имущества [пусть возместят] в двенадцатикратном размере; имущества епископа — в одиннадцатикратном; имущества священника — в девятикратном; имущества дьякона — в шестикратном; имущества клирика — в трехкратном. За нарушение церковного мира — вдвойне. За нарушение мира народных собраний — вдвойне…
Если свободный украдет у короля, пусть возместит в девятикратном размере…
Если кто-либо убьет свободного, [пусть уплатит] пятьдесят шиллингов королю как господину…
Если свободный украдет у свободного, пусть втройне заплатит, а король пусть получит штраф и все имущество вора…»[31]
Примечательно, что кодекс начинается с положений, обеспечивающих защиту интересов церкви, и что король уравнивает себя в статусе со священником — обоим устанавливается девятикратное возмещение за украденное.
Нашествие викингов
В первой половине VIII века, а именно около 730 года, Люнденвик, вместе со всем Эссексом, перешел под власть Мерсии, королевства западных англов, которое между 716 и 825 годами доминировало на юге Британии, а затем уступило первенство Уэссексу. Вряд ли в жизни горожан происходили какие-либо серьезные перемены при смене верховного сюзерена, поскольку в большинстве случаев принадлежность территорий изменялась без масштабных войн. Да и вообще, здравомыслящие правители старались не причинять вреда мирному населению, поскольку видели в нем источник своего благосостояния.
Другое дело — викинги-датчане, начавшие набеги на Англию в тридцатые годы VIII века. Они не завоевывали земли, а разграбляли их. В первую очередь викингов привлекали монастыри, представлявшие собой богатые и плохо защищенные объекты, но в целом они не гнушались никакой добычей. Принцип был простым: «откупись или умри», но случалось и так, что после уплаты выкупа людей убивали, а их дома сжигали. Древние хронисты не приводят точных сведений о численности разбойничьих отрядов, но называют число кораблей, а один большой драккар[32] викингов вмещал не менее сотни воинов, и это — не считая шестидесяти или семидесяти гребцов, которые тоже могли браться за оружие. Имело значение не только количество, но и качество — викинги, для которых грабежи были основным занятием, значительно превосходили по боеспособности большую часть англосаксонского войска, состоявшую из ополченцев.
В 842 году викинги устроили в Люнденвике, Кентербери и Рочестере «большую резню», после которой горожанам пришлось приложить много усилий для восстановления своих поселений. Спустя девять лет викинги, приплывшие на трехстах пятидесяти кораблях (!) снова разграбили Люнденвик, однако после этого король Уэссекса Этельвульф задал незваным гостям хорошую трепку, после которой они на шестнадцать лет оставили его владения в покое, предпочитая нападать на более слабые королевства — Мерсию, Восточную Англию и Нортумбрию.
Рунный камень был установлен в память двум викингам, умершим в Лондоне
Anglo-Saxon_Chronicle_-_Lundenbyrig_(British_Library_Cotton_MS_Tiberius_A_VI,_folio_19r)
Фрагмент Англосаксонской хроники. «Lunden byrig», — одно из англосаксонских названий Лондона. XI–XII вв.
«Тогда [в 871 году] войско язычников пришло из Рединга в Люнденвик и там перезимовало», — говорится в «Англосаксонской хронике», самой древней английской летописи. На сей раз Люнденвик был захвачен надолго. «Жители Мерсии заключили с этим войском мир», — добавляет летописец. В данном контексте слова «заключили с этим войском мир» следует понимать как «откупились», а не как «стали союзниками».
Что ж — рано или поздно следовало ожидать, что викинги сменят тактику и от набегов на побережье Британии перейдут к созданию здесь опорных пунктов, которые облегчали грабеж населения острова и служили плацдармом для дальнейшей экспансии (в конечном итоге викинги доплыли аж до Ньюфаундленда!)[33]. Хронисты не рассказывают о судьбе жителей захваченного Люнденвика, но тут, как говорится, двух вариантов быть не может — те, кто не успел убежать, были убиты.
Викинги оставались в Люнденвике до 885 года, когда город отбил у них король Уэссекса Альфред, прозванный за свои дела «Великим». «Весь народ англов перешел под его руку, кроме тех, кто был под датчанами», — сообщает «Хроника».
Глава четвертая
Новый старый Лондон
Mortality, behold and fear!
What a change of flesh is here!
Think how many royal bones
Sleep within this heap of stones:
Here they lie had realms and lands,
Who now want strength to stir their hands:
Where from their pulpits seal’d with dust
They preach, ‘In greatness is no trust’.
Francis Beaumont. On the Tombs in Westminster Abbey[34]
Люденбург
Король Альфред решил использовать городские стены Лондиниума, оставшиеся от римлян. Римляне строили основательно, и большая часть стены сохранилась. Восстановить разрушенное было гораздо проще, чем строить новые укрепления, да и вообще, со стратегической точки зрения расположение Лондиниума было предпочтительнее, недаром же захватчики-римляне поселились именно здесь. Поэтому ядро города вернулось в Лондиниум, а Люнденвик был восстановлен в незначительной степени, чисто как место торга.
Возрожденный Лондиниум стал называться Люденбургом, но, пожалуй, пора уже забыть о старых именах и начать называть город его нынешним именем, тем более что название «Люденбург» просуществовало недолго.
Летопись сообщает, что Люденбург был передан элдормену Этельреду. Вообще-то изначально Этельред II, избранный правителем Мерсии в 879 году, носил королевский титул, но после признания сюзеренитета Альфреда Великого он стал именоваться элдорменом (эрлом). Несмотря на то что норманны ликвидировали все привилегии англосаксонской знати (да и саму знать тоже), титул эрла сохранился и стал использоваться вместо аналогичного франкского титула comte[35]. Став вассалом Альфреда, Этельред женился на его дочери. Передача Лондона под управление зятя показывает, что король Альфред придавал городу большое значение.
Завещание короля Альферда
Восстановленный Лондон не стал столицей королевства, поскольку еще 871 году, сразу же по восшествии на трон, Альфред Великий объявил столицей город Уинчестер, также, как и Лондон, основанный римлянами.
«Правда короля Альфреда»
Возрожденный Лондон стал жить по законам короля Альфреда, которые, по сути своей, не отличались от прежних установлений. «Ныне я, король Альфред, собрал все законы и приказал переписать многие из тех, что соблюдались моими предшественниками и были одобрены мною, — говорилось во вступлении к „Правде“ (так традиционно назывался кодекс), — а многие из тех, которые не получили моего одобрения, я отбросил и с согласия моих мудрых советников приказал внести изменения. Также я не решился устанавливать большое количество своих собственных законов, поскольку неизвестно
